Становление трансцендентально-феноменологической концепции истории Эдмунда Гуссерля (29.06.2009)

Автор: Савин Алексей Эдуардович

В отношении прояснения генетической феноменологии как способа тематизации истории большое значение имеют работы американского исследователя Дэвида Карра, и в частности, его монография «Трансцендентальная феноменология и проблема истории» (1974). Основной новацией этой работы выступает трактовка гуссерлевской тематизации смыслового генезиса как «исторической редукции». Эта редукция, согласно Карру, есть способ раскрытия исторически возникших предрассудков. Они характерны для сообществ имеющих ту или иную историю, но являются – в отличие от «фундаментального предрассудка», т.е. «веры в существование мира» свойственной естественной установке изначально присущей всем людям, – само-собой-разумеющимися только для тех или иных различных конкретных сообществ, каждое из которых имеет свою историю как источник своих специфических предрассудков. Несмотря на то, что автор отвергает осуществленное Карром различение «трансцендентальной» – эксплицирующей естественный «фундаментальный» предрассудок – и «исторической» редукций, и полагает, что у «позднего» Гуссерля происходит «историзация» понятий естественной установки и трансцендентальной редукции, он констатирует, что работа Карра (и, в частности, представленная в ней идея «исторической редукции») внесла значительный вклад в разработку этой проблематики.

Элизабет Штрекер в своих статьях и книге «Феноменологические штудии» (1987) эксплицирует принципиально важное различие между историцизмом и трансцендентально-феноменологической разработкой истории у Гуссерля, а также проблематизирует переход от «внутренней истории» (истории индивидуальной «солипсистски» понятой монады) к «внешней истории», т.е. к истории сообщества монад.

Специально рассматривали различные аспекты гуссерлевского понимания истории также «ранний» Ж. Деррида, П. Рикер, О. Финк, П. Янсен, Г. Бранд, К.-Х. Лембек, Г. Хойос, А. Мицкунас, С. Люфт, Ж. Гранден, Э. Штейнбок, Я. Паточка, Б. Вальденфельс.

В отечественной литературе исследованию темы гуссерлевского понимания истории уделено значительно меньше внимания. Первой работой в данном направлении является статья Р.З. Хестанова в журнале «Логос» (1991). Она содержит, однако, лишь самый общий обзор гуссерлевской концепции телеологии истории, представленной в «Кризисе европейских наук».

Размышления по поводу гуссерлевской философии истории можно найти также в предисловии П.П. Гайденко к первому изданию §§ 1 – 12 «Кризиса европейских наук» на русском языке в «Вопросах философии» (1992). Кроме того, вопросу о связи гуссерлевской концепции времени и его понимания истории посвящен небольшой, но очень содержательный фрагмент в монографии П.П. Гайденко «Время. Длительность. Вечность» (2007), включающий, в частности, критику истолкования «позднего» Гуссерля Д. Карром.

Наибольший вклад в исследование проблематики историчности у Гуссерля в отечественной истории философии принадлежит, с точки зрения автора, Н.В. Мотрошиловой. В опубликованном в 2006–2008 годах ряде статей в «Вестнике МГУ», «Философских науках» и «Вопросах философии» она исследует генезис гуссерлевской концепции жизненного мира и, в частности, раскрывает важные моменты гуссерлевского пути осознания историчности жизненного мира.

Проблему связи историчности и генеративности у Гуссерля затрагивает в своей диссертации «Рождение и отношение между поколениями как предмет анализа в экзистенциально-феноменологической философии» (2007) белорусская исследовательница Т.В. Щитцова.

Задача изучения становления гуссерлевского понимания истории требует анализа историко-философской литературы и по другим вопросам гуссерлевской философии.

Поскольку разработка проблематики историчности у Гуссерля является результатом пересечения проблем генезиса и интерсубъективности, необходимо привлечение комментаторской литературы по этой тематике. Проблеме перехода от статической к генетической феноменологии и прояснению характера генетической феноменологии посвящены работы А. Агирре, Г. Бранда, Ю. Ирибарне, Р. Соколовски, К. Хельда, Э. Штрекер и др. Гуссерлевское учение об интерсубъективности рассматривается в работах Б. Вальденфельса, А. Гурвича, К. Мертенса, К. Хельда, Г. Рёмпа, Шт. Штрассера, И. Ямагучи и др., а также в статьях отечественных исследователей Е.В. Борисова, А.А. Гуцалова, О.Ю. Кубановой, В.И. Молчанова, Ю.О. Орловой, Д.Н. Разеева и белорусских историков философии А.В. Лаврухина и О.Н. Шпараги.

Гуссерлевская концепция жизненного мира анализируется в работах Б. Вальденфельса, Р. Вельтера, У. Клэсгеса, Л. Ландгребе, В. Маркса, К. Хельда, Э. Штрекер, а также в статьях Е.В. Борисова, Н.В. Мотрошиловой и др.

Исследованию гуссерлевского понимания эпохе и редукции посвящены работы В. Бимеля, Т. де Бура, С. Люфта, Дж. Саллиса, О. Финка, К. Хельда, П. Янсена, а также В.В. Калиниченко, М.К. Мамардашвили, В.И. Молчанова, Н.В. Мотрошиловой, А.Г. Чернякова и др.

Связь гуссерлевской феноменологии с историей трансцендентальной философии вообще и кантианского трансцендентализма, в частности, проясняется в работах И. Керна, Дж. Моханти, Н. Ротенштрайха, О. Финка, а также В.В. Калиниченко, В.И. Молчанова, Н.В. Мотрошиловой и др.

Следует учесть также и обзорные работы, посвященные развитию творчества Гуссерля в целом. Среди наиболее значительных их них коллективная монография Р. Бернета, И. Керна и Э. Марбаха, работы Б. Вальденфельса, К. Хельда, Э. Штрекер, а также статьи и монографии отечественных исследователей Е.В. Борисова, П.П. Гайденко, А.Ф. Зотова, В.И. Молчанова, Н.В. Мотрошиловой.

В целом исследование является продолжением историко-философских разработок Л. Ландгребе посвященных анализу и истолкованию сущности и развития гуссерлевской концепции истории, разворачивающееся с учетом современных исследований гуссерлевского понимания интерсубъективности, а также генезиса конститутивных процессов и жизненного мира, особенно в аспекте взаимодействия «домашнего» (Heimwelt) и «чужого» (Fremdwelt) миров.

Источниковая база исследования состоит из нескольких групп произведений. К первой группе относятся работы Гуссерля позднего периода. Это обусловлено тем, что тематическая разработка истории осуществляется, начиная 1934 года. В источниковую базу исследования входят поэтому, в первую очередь, «Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология» (1937) вместе с приложениями к нему (Husserliana VI), которые имеют принципиальное значение для изучения темы, а также «дополнительный том» «Кризиса», изданный в 1993 году в Husserliana XXIX, содержащий гуссерлевские разработки 1934-1937 годов. К этой же группе источников относится третий том «Феноменологии интерсубъективности» (Husserliana XV), включающий гуссерлевские разработки по проблеме интерсубъективности 1929-1935 годов. Кроме того, в эту группу входит «Опыт и суждение», работа, первое издание которой вышло в 1938 году. Особое значение имеет «Предисловие» к ней, которое многие историки философии рассматривают как результат совместного труда основателя феноменологии и его ученика Людвига Ландгребе, выступающего издателем и редактором этого произведения Гуссерля.

Поскольку, однако, настоящее исследование не ограничивается изучением гуссерлевской концепции истории, но и выявляет ее генезис, потребовалось привлечение других работ основателя феноменологии.

С целью изучения развития идеи трансцендентальной феноменологии, и, в частности, эволюции определяющих трансцендентально-феноменологическую методологию понятий эпохе и редукция, анализируются «Идея феноменологии» (1907), первый том «Идей к чистой феноменологии и феноменологической философии» (1913) и второй том «Первой философии», лекционного курса Гуссерля 1923-1924 годов, изданный как Husserliana VIII. Эти произведения наряду с «Кризисом европейских наук» являются узловыми пунктами эволюции понятий эпохе и редукции. Они образуют вторую группу источников.

Для исследования перехода от статической к генетической феноменологии и прояснения сути генетической феноменологии как трансцендентально-феноменологического подхода к пониманию истории источниками выступают «Анализ пассивных синтезов» (1921), «Формальная и трансцендентальная логика» (1929) и «Картезианские медитации» (1931). Они составляют третью группу.

Кроме того, для выявления предпосылок формирования трансцендентальной феноменологии и реконструкции гуссерлевского истолкования истории развития трансцендентальной философии привлечены «Размышления о первой философии» Декарта и «Критика чистого разума» Канта. Они образуют последнюю, четвертую группу источников.

Объект исследования. Объектом исследования является история феноменологической философии.

Предмет исследования. Предметом исследования выступает становление феноменологического понимания истории у Гуссерля.

Цели и задачи исследования. Основная цель исследования – раскрытие становления и существа концепции истории и историчности в гуссерлевской феноменологии. С достижением этой цели автор связывает прояснение линий развития и перспектив феноменологии в целом.

На пути к достижению поставленной цели решаются следующие основные задачи.

1. Выявление специфики гуссерлевской трансцендентальной философии и экспликация гусерлевского понимания истории трансцендентализма, а также изучение эволюции гуссерлевского понимания эпохе и редукции – мыслительных операций, учреждающих трансцендентальную феноменологию.

2. Анализ и истолкование процесса преобразования статической феноменологии в генетическую, поскольку последняя является трансцендентально-феноменологическим подходом к тематизации истории. В рамках решения этой задачи особое значение приобретает осмысление гуссерлевского перехода от изучения трансцендентальной истории единичного изолированного Ego к исследованию историчности «сообщества монад», или, иначе выражаясь, перехода от «внутренней» к «внешней» интенциональной истории. Это требует также изучения мотивов гуссерлевского перехода от трансцендентальной эгологии к трансцендентальной «социологии», произошедшего в ходе разработки проблемы интерсубъективности и связанного с обогащением понятия трансцендентальной монады.

3. Экспликация и реконструкция гуссерлевской исторической концепции. Для этого следует выявить специфику гуссерлевского понимания исторического процесса, и, в частности, его телеологии истории, а также вскрыть основания гуссерлевского способа его периодизации.

4. Анализ гуссерлевской концепции жизненного мира в аспекте его историчности, поскольку именно историчность жизненного мира, согласно Гуссерлю, определяет ход исторического процесса. Лишь ее прояснение позволяет в полной мере постичь характер гуссерлевского трансцендентально-феноменологического понимания истории.

Метод исследования. Диссертация строится на сочетании методов имманентного и сравнительного анализа в их феноменолого-герменевтическом истолковании, а также метода историко-философской реконструкции. В феноменолого-герменевтическом истолковании метод имманентного анализа предстает как экспликация горизонта, а метод сравнительного анализа как раскрытие «истории воздействий».

Применительно к исследованию развертывания гуссерлевской мысли имманентный анализ означает раскрытие неявных предпосылок, определяющих развитие гуссерлевской философии. Сравнительный анализ применительно к теме работы означает взаимное прояснение горизонтов гуссерлевской мысли и его современных исследователей.

Использование традиционного метода историко-философской реконструкции стало необходимым, поскольку поздние работы Гуссерля, в которых и разрабатывается его историческая концепция, являются незаконченными и фрагментарными.

Результаты исследования и их научная новизна.

Научная новизна диссертационной работы состоит в том, что в ней впервые осуществлена экспликация и реконструкция гуссерлевского трансцендентально-феноменологического понимания истории: прояснен генезис трансцендентально-феноменологической концепции истории, и, в частности, обнаружена ее сущностная связь с генетической феноменологией; раскрыт переход от «внутренней» к «внешней» интенциональной истории; выявлены основания периодизации исторического процесса и истолкование характера его развития в феноменологии Гуссерля; обнаружен базовый слой истории в ее трансцендентально-феноменологическом понимании – историчность жизненного мира – и раскрыты ее измерения (естественная историчность, политическая историчность и историчность-связанная-с-разделением-труда).

На защиту выносятся следующие основные положения:

Основным отличием гуссерлевского феноменологического трансцендентализма от классического (кантианского) выступает экспликация феноменологией трансцендентального опыта, который классический трансцендентализм оставляет без внимания. Этот недостаток классического трансцендентализма (в аспекте метода он эквивалентен неисполнению эпохе и редукции) определяет различие между феноменологическим и классическим трансцендентализмом в понимании предмета и метода трансцендентального исследования, а также служит отправным пунктом гуссерлевской критики развития трансцендентального мотива в истории философии.

Эволюция понятий эпохе и редукции – методических операций, выражающих характер гуссерлевского трансцендентализма – определяется влиянием на их первоначальные формулировки идеи горизонтности сознания и мира. Эта идея принимает вид концепции интенциональной импликации. Истолкования эпохе и редукции в свете идеи интенциональной импликации, а интенциональных импликаций – в свете эпохе и редукции влияют друг на друга и служат источником развития гуссерлевской мысли в направлении разработки проблематики историчности.

Специфика гуссерлевского подхода к пониманию истории определяется генетическим анализом конститутивных систем. Этот анализ осуществляется в рамках генетической феноменологии, идея которой разрабатывалась Гуссерлем в 20 – 30-е годы. Генетическая феноменология позволяет раскрыть процессы смыслообразования и седиментации смысла, живое движение которых, согласно Гуссерлю, есть трансцендентально-феноменологически понятая история. Сама же трансцендентальная феноменология выступает средством реактивации (оживления) седиментированных смыслов, а, тем самым, и возвращения к истокам.

Гуссерль переходит от анализа смыслового генезиса в отдельном изолированном сознании к анализу процессов смыслообразования и седиментации смысла, протекающих в «сообществах монад» в результате разработки проблемы интерсубъективности; в частности, «личный» характер единичного «я», согласно Гуссерлю, определяется ходом истории «смыслового обмена» между монадами. Благодаря различению типов монад и характера их влияния на становление единичного «я» (различению «ближних» и «дальних») формируется концепция домашнего мира, история которого и выступает как предельное трансцендентальное a priori.

Развитие исторического процесса, согласно Гуссерлю, есть изменение типов историчности. Историчностью Гуссерль называет трансцендентальную историю – влияние уже умерших на формирование конститутивных систем ныне живущих людей и сообществ, т.е. смысловую связь между поколениями. Типы историчности выделяются Гуссерлем в зависимости от видов (типов) передаваемых и предвосхищаемых смыслов, с одной стороны, и способов передачи и предвосхищения их, – с другой. На этом основании Гуссерль различает наивно-мифологическую, научно-философскую и феноменологическую ступени (типы) историчности. В рамках историчности первого типа передаются и предвосхищаются субъективно-релятивные очевидности, смыслы «домашнего мира», в рамках второго, – смыслы идеальных объективностей, в рамках третьего, – «знания» о смысловой связи между объективными идеальными истинами и субъективно-релятивными очевидностями (истинами), а также горизонтом «домашнего мира».

Характер гуссерлевского истолкования исторического процесса определяет, в конечном счете, концепция историчности жизненного мира, или более конкретно, домашнего мира. Аналитически различимы три измерения историчности жизненного мира: естественная, политическая и историчность-связанная-с-разделением-труда. Гуссерлевское понимание телеологии исторического процесса определяется идеей европеизации, т.е. преобразования системы нормальности домашнего мира под действием философии и науки. Трансцендентальная феноменология выступает как критика европеизации и, одновременно, как ее новый этап благодаря открытию жизненного мира и тематизации его историчности.

Теоретическая и практическая значимость работы обусловлена актуальностью ее проблематики и новизной полученных результатов. Исследование способствует осмыслению истории трансцендентальной философии вообще и истории феноменологической философии, в частности. Благодаря экспликации идей «позднего» Гуссерля представлен новый – трансцендентально-феноменологический – способ понимания исторического процесса, что обогащает современную философию истории и содействует прояснению генезиса ее проблематики. Кроме того, проясняется и обогащается концепт жизненного мира – один из центральных концептов современной философии и гуманитарных наук.


загрузка...