Текстовые и дискурсные параметры ли¬тературного нарратива (на материале современной немецкоязычной прозы) (29.06.2009)

Автор: Андреева Валерия Анатольевна

анализ конкретных коммуникативных событий с позиции многоаспектной природы дискурса.

Научная новизна исследования определяется разработкой и описанием с позиций лингвистики дискурсных категорий литературного нарратива и связанных с ними элементов его текстового построения, а также анализом поли- и интердискурсного своеобразия современной немецкоязычной повествовательной прозы. Большинство авторов и текстов, рассматриваемых в работе, в силу временного фактора либо еще не привлекали к себе внимания исследователей в аспектах, затрагиваемых в настоящем исследовании, либо оставались на периферии рассмотрения. Включение их в контекст настоящего исследования позволило расширить базу научного осмысления литературно-художественной коммуникации на материале немецкого языка.

Методология исследования представляет собой результат дальнейшей разработки теоретических принципов, выдвинутых как в отечественной, так и в зарубежной теории текста и дискурса. Важнейшими из них являются:

Принцип антропоцентризма, ставящий во главу угла изучение процессов «присвоения» языка человеком, который использует язык в познавательных и коммуникативных целях и влияет таким образом на его функционирование в разных сферах жизни языкового сообщества.

Принцип когнитивизма в подходе к исследованию стратегий текстообразующего освоения мира, видящий в субъектах литературно-художественной коммуникации не просто «трансляторов» неких дискурсов, но и их созидателей.

Принцип интердискурсивности, согласно которому любой литературный текст может быть отнесен сразу к нескольким когнитивно-тематическим текстовым множествам, в которых утверждаются определенные личностно и общественно значимые смысловые позиции, что, в свою очередь, свидетельствует о его полидискурсной природе.

Принцип активной интерпретации, которая исходит, с одной стороны, из вненаходимости автора в произведении, с другой – в его присутствии в языковой данности текста. Для актуализации «авторских» смыслов, заданных текстом, решающее значение имеет контекст восприятия, который влияет на диалог двух универсумов (автора и читателя) в поле текста.

Вероятностный принцип в подходе к явлениям языка и речи, позволяющий объяснить факты эволюции языковых форм, «смещения» периферийных элементов текстового построения в центр дискурсного поля, а центральных – на его периферию. Вероятностный подход объясняет связь актуализации смыслов, заданных текстом, с контекстом восприятия.

В диссертации используются методы дискурсивного, контекстуального и интертекстуального анализа текстового материала, а также методы семантического анализа дискурсных и текстовых категорий литературно-художественного произведения.

На защиту выносятcя следующие основные положения:

Литературный нарратив как дискурс представляет собой а) особую стратегию текстообразующего освоения мира; б) межтекстовое когнитивно-тематическое пространство; в) когнитивно-коммуникативное событие, участники которого (автор и читатель) творчески реализуют существующие до текстопорождения (автором) и текстовосприятия (читателем) способы видения и представления мира, «присваивая» и модифицируя их в своей когнитивно-речевой деятельности.

Онтологическими признаками литературного нарратива как особой стратегии текстообразующего освоения мира являются нарративность и литературность. Нарративность может быть определена как специфическая практика текстообразующего способа представления мира или его фрагмента в виде сюжетно-повествовательных высказываний, в основе которых лежит некая история (фабула), преломленная сквозь призму определенной (определенных) точки (точек) зрения. Литературность является способом представления истории в определенной жанровой форме (рематический критерий литературности) в виде вымысла (тематический критерий литературности).

Нарративность и литературность как дискурсные категории литературного нарратива связаны с его текстовыми категориями (такими как фабула, сюжет, тема, мотив, повествовательная перспектива, повествователь, персонаж, событие, хронотоп) и языковыми элементами, актуализирующими эти категории в текстовом построении. Эта связь носит не жестко детерминированный, а вероятностный характер. Центр категории образуют те текстовые элементы, которые используются чаще других и обладают наибольшей художественной значимостью в отдельных текстах, принадлежащих либо единой индивидуально-художественной системе, либо одному литературному направлению (одной литературой тенденции). Центр имплицирует периферию плана выражения категории, составляющие которой в условиях другого коммуникативного события могут смещаться в его центр.

Литературный нарратив может быть научно описан и как некое динамическое пространство, в котором пересекаются разные множества текстов. Основанием для объединения «рассеянных» в социуме текстов в подобные множества служит не их простая тематическая общность, но общность смысловых позиций, выражаемых в них. С этой точки зрения к литературному нарративу применимо понятие «интердискурс», с помощью которого обозначаются сложные конфигурации взаимодействующих дискурсов, к каковым, без сомнения, относится литературный нарратив.

Как когнитивно-коммуникативное событие литературный нарратив представляет собой интеракцию автора и читателя на основе языковой реальности текста. В силу временной и пространственной разобщенности субъектов литературно-художественной коммуникации их интеракция протекает в режиме автокоммуникации, что делает текст центральным звеном литературно-художественного дискурса, заключающим в себе элементы, обеспечивающие (или блокирующие) успех литературно-художественной коммуникации.

Закладываемая в текст в процессе его порождения автором интерпретационная программа в узком смысле представляет собой систему средств прагматического фокусирования – языковых явлений разных уровней, находящихся в тексте в «сильных» (в том числе эквивалентных) позициях. Интерпретационная программа в широком смысле включает средства осуществления специфических текстопорождающих стратегий и артикуляций разнообразных позиций и взглядов, связанных как с авторской, так и с читательской смысловой средой.

Задаваемые текстом смыслы, носителями которых являются его дискурсные компоненты, конституируют такой его специфический признак, как дискурсивность. Дискурсивность литературного текста не противоречит признаку его формальной и смысловой завершенности, так как последняя достигается именно при выходе в дискурс. Любой литературно-повествовательный текст представляет собой полидискурсное образование. Вместе с тем каждый литературно-повествовательный текст является интердискурным образованием, так как воспроизводит и усиливает позиции, релевантные для целого ряда текстов, что и позволяет объединить последние в некое множество, или дискурсную формацию.

К центральным дискурсам деконструктивистско-постмодернистского комплекса относится автобиографический дискурс. С одной стороны, постмодернизм максимально расширяет понятие автобиографизма, ставя знак равенства между бессубъектным письмом и «авто-био-графией», с другой – подвергает его деконструкции. Распространение понятия «автобиография» на всю литературу позволяет включить в автобиографический дискурс также феминистский дискурс и дискурс о языке.

Литературный нарратив как когнитивно-коммуникативное событие представляет собой процесс и результат «присвоения» его участниками сверхличных норм текстообразующих стратегий и дискурсов и их творческого использования, в результате чего каждый из субъектов литературно-художественной коммуникации создает свой собственный дискурс, местом же пересечения авторского и читательского дискурсов является текст.

Особенности литературного нарратива второй половины ХХ века во многом определяет неомифологизм – особый тип мышления и стратегия текстопорождения. Центральное значение для неомифологической стратегии имеет мотив, напрямую соотносящийся с культурными архетипами, что позволяет рассматривать его в качестве ведущей дискурсной категории современного литературного нарратива. Связанные с мотивом текстовые категории (фабула, сюжет, тема, способ повествования, персонаж, событие, хронотоп), а также средства их выражения представляют собой дискурсные элементы текстового построения литературного нарратива.

Теоретическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что полученные научные результаты вносят вклад в развитие как общей теории текста и дискурса, так и теории литературно-художественной коммуникации. Они позволяют уточнить сложившиеся представления об основных категориях литературного нарратива в свете актуальных теорий дискурса, выявить конститутивные признаки текстового построения современного литературного нарратива, определить наиболее актуальные тенденции в развитии современной немецкоязычной повествовательной прозы XX и XXI в.в.

Практическая значимость диссертации определяется тем, что предложенная концепция литературного нарратива дает филологической науке и практике ее преподавания в вузах новые данные об особенностях литературно-художественной коммуникации, о механизмах дискурсивизации литературно-повествовательного текста и принципах его интерактивной интерпретации. Полученные результаты могут быть использованы в вузовских курсах лингвистики и стилистики текста, истории и теории литературы, при разработке спецкурсов по нарратологии, а также в учебных и учебно-методических пособиях, посвященных проблемам повествовательной прозы.

Апробация работы. Основные положения диссертационного исследованиях многократно представлялись в докладах на межвузовских и международных конференциях в Москве, Санкт-Петербурге, Смоленске, Берлине, на заседаниях кафедры германской филологии РГПУ им. А.И.Герцена, в 36 публикациях на русском языке, 8 из которых вышли в свет в ведущих рецензируемых журналах и изданиях, рекомендованных ВАК для публикации результатов докторских исследований. Материал диссертации используется в лекциях и на практических занятиях по интерпретации текста в РГПУ им. А.И.Герцена. Основные материалы исследования представлены, в том числе, в монографии «Литературный нарратив: текст и дискурс» (СПб.: Изд-во «Норма», 2007).

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и списка использованной литературы. Библиографический список содержит 312 наименований.

Основное содержание работы

Во Введении содержится обоснование актуальности избранной темы и направления исследования, дается характеристика объекта и предмета исследования, формулируются его цели и задачи, определяются методологические и методические принципы исследования и формулируются его основные положения.

В главе первой «Теория дискурса в координатах интерпретации текста» рассматриваются истоки современных концепций дискурса и дискурс-анализа, аспекты понятия «дискурс» как основы для его определения, место текста, в том числе литературного текста, в динамическом пространстве дискурса.

Термину «дискурс» занимает особую позицию в метаязыке современного гуманитарного знания. Появление термина, история его становления и создания основных концепций дискурса отражают сдвиг в научной парадигме, связанный с переходом от внутренней к внешней лингвистике, с растущим интересом к исследованию функционирования языка в разных областях жизни языкового сообщества, взаимодействия языковой и социальных практик, роли языка в развитии и становлении языковой личности и языкового коллектива. В целом можно говорить о двух основных направлениях, под влиянием которых сформировалось современное представление о «дискурсе».

Первое направление сложилось в рамках постструктуралистской парадигмы, отрицающей как «почву опыта», т.е. непреложную действительность, так и априорные инстанции познания, т.е. сознание индивидов. Правила формирования дискурса выводятся изнутри него самого: они задают связь между объектами дискурса, выбор акта высказывания, применение понятий и выбор стратегии. Кроме того, дискурс предписывает говорящему определенную субъектную позицию, которая при определенных условиях может быть занята любым индивидом. В постструктуралистской парадигме дискурс предстает как зона фиксации значений, признаваемых в пределах определенной группы «рассеянных» высказываний истинными, и как зона формирования идентичностей говорящих индивидов.

Второе направление исходит из прямо противоположных философских и методологических предпосылок, признавая автономность субъекта, который, с одной стороны, наделен врожденными характеристиками, а с другой – способен с помощью ментальных процессов категоризировать внешний мир и таким образом формировать свое социальное поведение. В рамках когнитивно-прагматической парадигмы дискурс – это категория, служащая осмыслению процесса речемыслительной деятельности, составляющими которого являются говорящий, или автор сообщения (текста), само сообщение (текст) и слушающий, или адресат сообщения (текста). Дискурс предстает в таком понимании как когнитивно-коммуникативное событие, как «речь, погруженная в жизнь» (Н.Д.Арутюнова, 2000).

Постструктуралистский и когнитивно-коммуникативный подходы к дискурсу оказали существенное влияние на разработку этого понятия в современных лингвистике и литературоведении, общим и исконным объектом изучения в которых является текст, прежде всего литературно-художественный текст. Сегодня уместно говорить, как минимум, о трех аспектах, которые могут быть основанием для определения понятия «дискурс».

Первый аспект дискурса восходит к взглядом М.Фуко на роль языка в эволюции и сохранении («генеалогии» и «археологии») знания. Дискурс (или дискурсная формация) рассматриваются как некое когнитивное пространство, в котором формируются релевантные на данном историческом этапе идеологические (смысловые) позиции, обладающие значимостью для определенного коллектива и выражаемые не в одном высказывании/тексте, а в множестве рассеянных высказываний/текстов.

Второй аспект дискурса сформировался в лоне общей теории высказывания (неориторики), изучающей их «не как определенные типы высказываний, отличные от других типов, но имеющие с ними общую <…> природу» (М.М.Бахтин, 1975). Дискурс предстает как коммуникативно-речевая стратегия текстопорождения и текстовосприятия, включающая разнообразные приемы использования языковых средств, их отбора и аранжировки с позиций оптимизации речевого акта, т.е. его максимальной успешности.

И, наконец, третий аспект связан с когнитивно-комуникативной моделью дискурса, в которой последний отождествляется с конкретным коммуникативным событием, взятым во всей его полноте. В этом случае составляющими дискурса являются участники коммуникации, само сообщение (или текст), код, на котором создано сообщение, и экстралингвистическая ситуация, в которой происходит коммуникация.

Эвристический потенциал понятия «дисурс» связан с тем, что оно позволяет реализовать вероятностный подход к фактам языка, который, в отличие от традиционного взгляда, видящего в языке жесткие структуры со стабильным составом элементов, способен объяснить его подвижность, текучесть, размытость, поскольку исходит из того, что истоки изменчивости языка заключены в его избыточности, которая может быть редуцирована без потерь для понимания, что, в свою очередь, может привести к «смещению» ядерных элементов дискурсивной практики на ее периферию, а периферии в ее центр. Понятие дискурса по сути своей является вероятностным: оно позволяет увидеть в любом речевом произведении артикуляции не одного, а нескольких дискурсов, их соотношение и взаимодействие, а стало быть, и моменты нестабильности в построении текста, являющиеся источниками его дальнейших изменений.

Как видим, первый и второй аспекты связаны с действием общих закономерностей, заложенных в языке как хранителе сверхличного опыта («культурной памяти»), третий же учитывает творческое преломление коллективного опыта в индивидуальной практике языковых личностей как в процессе порождения, так и в процессе восприятия высказывания/текста. Не вызывает сомнений, что все три аспекта взаимосвязаны и могут быть интегрированы в модели коммуникативного акта.

Дело в том, что категория «дискурс» позволяет рассматривать целенаправленное взаимодействие коммуникантов с учетом исторически определенных социо-культурных контекстов и определенных (в том числе художественных) кодов. В зависимости от дискурсивной практики коды и контексты, артикулированные в литературном тексте, с разной степенью жесткости детерминируют целенаправленную деятельность субъектов. Интерпретация литературно-художественного текста, которая базируется на «гармонизации» всех аспектов дискурса, позволяет включить в поле зрения как надсубъектные, так и субъективные факторы акта литературно-художественной коммуникации.

Надсубъектные факторы проявляют себя в тексте в виде артикуляций с помощью определенных кодов различных исторически обусловленных, культурно и социально значимых дискурсов. Субъективные факторы воплощаются в тексте, прежде всего, в интерпретационной программе, заложенной автором для «идеального» читателя. Следуя этой программе, реальный читатель интерпретирует текст, строя свои предположения относительно внутреннего мира текста, внутренних миров автора и своего собственного внутреннего мира, какими их, по его мнению, задумал автор.

Интерпретация представляет собой рациональный процесс. Восприятие же текста, особенно художественного, включает и не поддающиеся рационализации процессы эстетического переживания.

В силу того, что и авторская, и читательская дискурсии протекают в режиме «Я-Я», при которой субъекты коммуникации имеют дело с «идеальным» образом своего контрагента, возрастает роль текста как центрального звена дискурса.


загрузка...