Каспийская модель регионального сотрудничества (27.09.2010)

Автор: Ланда Камиль Газимагомедович

В главе анализируются важные с точки зрения автора процессы, начавшейся, когда с образованием целого ряда новых самостоятельных государств в одночасье разрушилось политическое равновесие в регионе, многие страны заявили о своих геополитических притязаниях. Более того, в условиях изменившейся геополитической ситуации совершенно по-иному повели себя и ранее абсолютно лояльные к событиям в регионе страны, такие как Иран, Китай, Индия, активизировалось политическое присутствие в регионе Турции, европейских стран и США. Диссертант показывает, как в процессе формирования Каспийского геопространства возникли серьезные противоречия между странами региона в связи с проблемами определения границ, доступа к углеводородному сырью и путей его транзита. Среди множества исторических, цивилизационно-культурных и конфессиональных проблем до сих пор остро стоит проблема границ. Все эти противоречия не позволяют еще однозначно утверждать, что Каспийский регион в политическом, экономическом и социокультурном планах представляет завершенную целостность в качестве самостоятельной геополитической единицы. Политические действия и экономические устремления стран региона не приведены к консенсусу, их стратегии социально-экономического развития находятся в стадии становления, внешнеполитические приоритеты лишь выкристаллизовываются.

С точки зрения автора, уникальность Каспия в том, что регион является ключом от его пространства, которое получило определение «Хартленда» (Дж. Фоингрив, 1915; Х. Маккиндер, 1919), и опорной точкой к овладению если не миром, то, бесспорно, доминированием над ним. В отличие от суши как «срединной земли» еще в том, что там можно разместить атомные подводные лодки (АПЛ) с ракетами дальнего радиуса действия с ядерными боеголовками. Обладая Каспийским регионом, можно влиять на внешнюю и внутреннюю политику таких мировых политических акторов, как Россия, Иран, Индия, Китай, и на страны Ближнего Востока, на «Мировой остров», где сосредоточены 5/6 населения мира. Это плацдарм для государства, претендующего на мировое господство с целю установления контроля, распространения и продвижения своей (западной) идеологии, культуры, военной мощи под эгидой НАТО. Данный вывод подтверждает тот факт, что американизация и реисламизация Кавказа происходят быстрыми темпами, и к этим процессам прилагается больше усилий, чем к «вестернизации» России. Поэтому за Каспий идет борьба, от которой зависит судьба «Хартленда» в результате определится, кто будет доминировать над «Мировым островом».

Формирование региона, начавшееся более 15 лет назад, продолжается. Многообещающие богатства и коммуникационные возможности региона превращают его в объект столкновения геополитических интересов различных государств. А сами страны региона без исключения сталкиваются как с объективными трудностями, которые естественны на пути государственного строительства, так и с субъективными, возникающими или в результате корыстной деятельности внешних сил, или же в результате деятельности солидарной с ними части сложившихся здесь политических элит.

?????? и координировать усилия всех государств по упорядочению и моделированию этого геополитического пространства и наполнению его духом рационального партнерства. Именно от того, по мнению автора, зависит решение одной из главных проблем Каспия – определение правового статуса Каспийского моря, отсутствие которого сдерживает выполнение всех других задач и создает дополнительные проблемы в Каспийском регионе. Хорошо известно, что в течение последнего десятилетия процесс правового урегулирования проблем Каспийского моря серьезно отстал от того, что происходит на Каспии де-факто. Поводом для беспокойства служит и то, что политики и бизнесмены давно обогнали юристов в развитии сотрудничества. Однако без прочного правового фундамента не может быть надежно обеспечено упорядоченное и цивилизованное сосуществование прибрежных государств, их сотрудничество между собой и с внерегиональными партнерами, рациональная хозяйственная деятельность и природоохрана Каспия.

Сложность вопроса заключается в том, что в мировой практике не существует аналогов подобной запутанной юридической ситуации в определении статуса единственного уникального мирового водоема как море или как озеро. Следовательно, нет и прецедентов ее решения. На этом основании государствам Каспия трудно прийти к единому мнению. В случае признания Каспия морем, согласно международному морскому праву, необходимая двухсотмильная береговая зона из-за узости Каспия будет пересекаться. В случае признания Каспия озером, согласно международному праву по озерам, необходимо определить государственные границы на Каспии, и каждое государство будет иметь право разрешать иностранным кораблям присутствовать на озере, с чем категорически не согласны Россия и Иран.

В связи с этим автор предлагает выработать особый статус Каспийского моря, где не применимы Международное право по Морям и Международное право по Озерам. Статус «не как Море» или «не как Озеро», а как «Море-Озеро» с выработкой отдельных Международных правовых сегментов и из Международного права по Морям и из Международного права по Озерам с применением их только, для Каспийского моря как уникального мирового водоема приемлем для России и не идет во вред другим государствам Каспия. Только так может прекратиться тысяче летный спор вокруг статуса Каспия.

Это проблема многогранна; включает такие непростые и взаимосвязанные вопросы, как водные границы прилегающих государств, судоходство и использование недр водоема, рыболовство, военное и иные виды деятельности в пределах его акватории и на прилегающих территориях, наконец, изучение и сохранение уникального Каспийского бассейна, сбережение его естественных богатств, флоры и фауны.

Во второй главе – «Динамика становления геополитического пространства Каспия» – исследуются исторические особенности формирования региона. Диссертант через призму истории рассматривает этот процесс, начиная со времен римского географа Страбона (§ 2.1.), включая изменение геополитической ситуации в Каспийском регионе произошедшие в 90-е гг. ХХ в. (§ 2.2.). На основе анализа конфликтного потенциала региона и его влияния на формирование геополитического пространства России автором рассмотрен причины возникновения конфликтов в Каспийском регионе (§ 2.3.).

В главе охватываются периоды вторжения арабов, непрекращающихся попыток Османской и Персидской империй завоевания Кавказа и региона, продвижения Российской империи на юг с целью расширения и защиты своих южных границ в центральноазиатском направлении, которые твердо обозначают границы, включив в свои территории Среднюю Азию, а затем и Большого Кавказа. С этого времени, ставшего переломным моментом в истории Каспийского региона, проблемы Большого Кавказа, Средней Азии и всего Каспийского региона, за исключением южной иранской ее части, стали внутренними проблемами Российской империи, а затем и СССР вплоть до его распада, совпавшие с началом кардинальных геополитических, геоэкономических и геостратегических изменений в бассейне Каспийского моря.

Если до этого все противоречия и проблемы по Каспию решались двумя государствами – СССР и Ираном и определялись договорами, подписанными между Россией и Персией (договор от 26 февраля 1921 г.) и между СССР и Ираном (договор от 25 марта 1940 г.), то теперь Каспийское море становится собственностью пяти государств: России, Азербайджана, Казахстана, Туркменистана и Ирана.

Автор предпринимает исследование трудностей переходного периода вновь образованных государств Каспийского региона, доказывает, что начавшийся дележ Каспия и ее ресурсов: нефти, газа, островов, проведение демаркационных линий по тем или иным участкам, раздел нефтяных месторождений среди пяти государств продолжается.

Россия оказалась в наиболее проигрышной ситуации. Она потеряла огромные территории, богатые природными ресурсами, завоеванные еще в царское время. Минимизировалось влияние на Каспий как стратегически важный регион и кладовой мировой экономики, снизились экономические показатели. Сократились вооруженные формирования, упал военно-стратегический потенциал, с Закавказья пришлось передислоцировать военные части, создавая и строя новые военные городки по всему периметру границ на Северном Кавказе, отодвинулась вглубь России государственная граница. Кавказ и в целом Каспийский регион стали решающим орудием в геополитических играх других стран с Россией и вытеснения ее из региона. России заново пришлось строить межгосударственные отношения в регионе и отстаивать свои геополитические, геоэкономические и геостратегические интересы.

В главе автор отмечает о столкнувшихся трудностях переходного периода вновь образованных государств Каспийского региона. Начавшийся дележ Каспия и ее ресурсов; нефти, газа, островов, проведение демаркационных линий по тем или иным участкам, раздел нефтяных месторождений, среди пяти государств продолжается.

Также на начальном этапе геополитических изменений в регионе они более всего негативно повлияли на Азербайджан, который принял 18 октября 1991 г. Конституционный Акт «О государственной независимости Азербайджанской Республики» ставшим началом нового этапа и независимого развития в истории Азербайджана. Этнополитические и межконфессиональные проблемы и последствия сепаратизма, тлевшие на закате СССР и начавшиеся с его распадом, стали проявляться все более открыто, что в немалой степени было связано с ослаблением власти. В этом плане у России и Азербайджана проблемы стали схожими; с ослаблением центральной власти обоих государств сепаратные тенденция проявились как в России (Чечня), так и в Азербайджане (Нагорный Карабах). В отличие от России в Азербайджане проблема сепаратизма окончательно не решена, даже с помощью международных государств-посредников и международных структур.

Более спокойно произошло становление независимости Казахстана и Туркменистана. 16 декабря 1991 г. Верховный совет Казахстана принял конституционный закон «О независимости и государственном суверенитете Республики Казахстан». С этого дня началось правовое становление Казахстана как демократического и суверенного государства.

27 октября 1991 г. парламент принял Конституционный закон Туркменистана «О независимости и основах государственного строительства», и тем самым еще одно государство Каспия стало независимым.

Раскрывая сущность изменений, произошедших в регионе, автор анализирует процесс, при котором Россия отступала из закавказских республик, а Турция и Иран расширяли свои военные, экономические, культурные контакты и другие отношения в регионе, доказывает, что появилась возможность преломления данной тенденции, в современных условиях, руководствуясь политическим рационализмом России важно кардинально изменить в лучшую сторону отношения с Турцией и Ираном.

В главе проводится исследования институционализации связей региональных акторов. Начали создаваться такие интеграционные межгосударственные организации, как: ОДКБ (ДКБ), ЕврАзЭС, ШОС. Их деятельность направлена на сплочение региональных акторов, восполнение имеющегося вакуума в международном правовом поле, совместную активность в области экономического политического и других видов сотрудничества. Важность региональных институтов взаимодействия определяется и тем, что благодаря им возникает новая и самостоятельная культура межгосударственных отношений в регионе. При явно обозначившихся проблемах в международном праве, появлении различных радикальных концепций будущего мироустройства каспийское и центральноазиатское сотрудничество преставляется естественным процессом в становления региона, определении специфики оегиональной модели сотрудничества.

В тоже время в регионе сохраняются симптомы нестабильности, в том числе на Северном Кавказе. Такое положение стратегически не выгодно ни одному из государств Каспийского региона, но на руку тем мировым державам и центрам силы, которые, не имея территориального выхода к Каспию, хотели бы обеспечить контроль над этой территорией, ее ресурсами и путями транспортировки углеводородов. Если проанализировать региональные проблемы в историческом развитии мирового масштаба за последние сто лет, случайно или нет, все конфликты, войны и революции происходят там из-за углеводородов или в районах нефтяных промыслов, местных ресурсов и нефтепроводов. Не избежал такой трагической участи и Каспийский регион: все конфликты на Кавказе (чеченская нефть) и в Каспийском регионе (каспийская нефть) после распада СССР возникли именно из-за углеводородов и путей их транспортировки. Тем не менее автор не все конфликты в регионе связывает с энергоресурсами, так как на процесс формирования государственности в странах Каспия (особенно на Кавказе) оказывают влияние охватившие их этнотерриториальные конфликты, которые в значительной степени осложняют и усугубляют последствия общего системного кризиса на большей части постсоветского пространства. Поэтому здесь все противоречия и конфликты проявляются в наиболее запутанной и чреватой далеко идущими непредсказуемыми последствиями форме.

Региональный конфликтный потенциал автор делит, во-первых, на внутренние составляющие (Россия), конфликты на Кавказе, связанные с нерешенностью спорных земельных и приграничных разногласий, так называемые «местечковые» проблемы, которые в итоге могут привести к крупным противостояниям и конфликтам; межконфессиональные, возникающие за главенство в регионе того или иного религиозного течения, и межнациональные проблемы – на почве неправильного распределения властных полномочий на местах без учета национального фактора.

Во-вторых, внешние, такие как проблема Нагорного Карабаха, никак не решаемая мировым сообществом, грузино-югоосетинский конфликт, которые серьезно влияют на формирование геополитического пространства Каспия.

России выгодно иметь своим союзником на Южном Кавказе Армению как стратегического партнера, но не менее выгодны и стратегически важны отношения с Азербайджаном, как одним из главных акторов, влияющих на геополитику Каспийского региона, ее становление и дальнейшее развитие. С оглядкой на Россию, то как она строит стратегические отношения с Азербайджаном, зачастую и другие прикаспийские государства начинают строить двусмысленные отношения с Россией. Сложилась геополитическая необходимость пересмотра политики двойных стандартов на Кавказе, которая проявилась например в противостоянии Ингушетии с Северной Осетией, прослеживается в противостоянии Азербайджана и Армении. Можно сказать, теряя влияние в Азербайджане, Россия теряет один из главных рычагов влияния на весь Каспийский регион.

Имеются геополитические ситуации, когда одновременно присутствуют и внутренние, и внешние факторы как взаимосвязанные, проходящие сквозь своеобразие множества конфликтных ситуаций, где проявляются такие общие черты, которые позволяют проследить причины их возникновения. Одна из них кроется в исторических традициях создания государственности в специфике устройства того или иного региона и страны. В данном случае внешние факторы могут влиять на Россию и обострить ситуацию внутри страны. Так, «усиливая» Южную Осетию хотя как и самостоятельное государство, но и гипотетически которое может объединиться со временем с Северной, нельзя замалчивать нерешенность проблемы беженцев Ингушетии и административной границы между этими субъектами Федерации.

Среди нерешенных конфликтогенных проблем, постоянно держащих в напряженности региональных акторов, автор выделяет проблему определения статуса Каспийского моря. Эта проблема постепенно переходит в разряд «вечных тем» для государств Каспия и экспертного сообщества, разрывает целостность рассматриваемого пространства. Из-за этого развитие азербайджано-иранских и азербайджано-туркменских отношений идет практически в обратном направлении, вплоть до столкновений с применением ВМС и ВВС. Между сторонами имеется ряд серьезных разногласий, главным образом по поводу богатых и спорных нефтяных месторождений Каспийского моря. Ситуация стала особенно напряженной после того, как военные корабли иранских ВМС под угрозой применения оружия заставили приостановить работы по разведки шельфовой нефти, которую проводили морские суда Азербайджана на основе соглашений Баку с British Petroleum. Инцидент между гидрографическими судами Азербайджана и ВМС Ирана в июне 2001 г. произошел из-за разногласий по поводу группы месторождений Араз – Алов – Шарг. Не менее показательно и продолжающееся противостояние Азербайджана и Туркменистана вокруг месторождений Азери – Чираг – Гюнешли, следствием которого стало интенсивное наращивание Ашхабадом своих военно-морских сил.

Автор заключает, что подобный расклад сил в будущем из-за нерешенного статуса Каспийского моря и проблемы, связанной с его делением на сектора, могут взорвать хрупкий мир в регионе. Конфликты по поводу разработок нефтяных месторождений приведут к милитаризации Каспийского моря. Тогда «тлеющая» межгосударственная проблема на Каспии (без определения его статуса), еще не скоро будет потушена.

К конфликтному потенциалу относятся в регионе и вносимые некоторыми исламистскими движениями радикализм и экстремизм. В разные исторические эпохи религиозный экстремизм вспыхивал в различных странах, в недрах разных вероисповеданий. Современный экстремизм (исламский в форме ваххабизма) поставил себе цель – жизнь по нормам шариата и создание исламского государства, не признающего границ между мусульманами не учитывая мнение самого народа населяющие эти страны. Причинами такого рода экстремизма в обществе являются: безработица и социально-экономические проблемы; нарушения прав религиозных и этнических меньшинств, допускаемые должностными лицами в особенности в Северо-Кавказских республиках, деформация политических структур; падение жизненного уровня значительной части населения.

По мнению автора нестабильность ситуации, сложившейся на Кавказе, свидетельствует о том, что процесс распределения сфер влияния и богатств Каспия, будь это нефть, газ, биоресурсы или транспортные потоки, не завершен. России необходимо продолжить активные действия в этом регионе, поддерживая дружественные ей государства.

В третьей главе – «Международный опыт формирования моделей регионального сотрудничества и Каспийского пространства» – исследуется международный опыт формирования моделей регионального сотрудничества. Автором предлагается создать модель на основе Альянса государств Каспия – образование регионального союза или объединения (§ 3.1.), апеллируя к двухстороннему сотрудничеству стран (§ 3.2.), и трансграничному сотрудничеству Каспийского региона (§ 3.3.). Диссертант рассказывает состояние двухстороннего политического и экономического сотрудничества между Россией и странами Каспийского региона, выявляет его сильные и слабые стороны учитывая изменения произошедшие на уровне трансграничного сотрудничества в регионе; исследует процессы борьбы за энергоресурсы и пути транспортировки углеводородов, ее влияние на стабильность региона (§ 3.4.)

Около 20 лет государствам региона не удается выработать проект или создать единый механизм для принятия решений, касающихся деятельности каспийских государств, а также определить и правовой статус Каспийского моря. Каждое государство Каспийского региона проводит свою внешнюю политику в регионе, исходя из собственных интересов, а интересы эти не только нефть Каспия и возможность контролировать транспортные потоки, которые проходят в районе озера-моря, но порой и острая конкуренция между соседями по региону. За этот период были проведены десятки конференций, в том числе и с участием президентов, премьер-министров, министров иностранных дел государств региона, симпозиумов и встреч для определения границ и механизмов равноправного использования углеводородов и природных богатств Каспия. Так в Ашхабаде 23–24 апреля 2007 г. состоялось 21-е заседание Специальной рабочей группы (СРГ) по разработке Конвенции о правовом статусе Каспийского моря на уровне заместителей министров иностранных дел прикаспийских государств. Споры об определении статуса самого большого внутреннего моря-озера в мире, где сосредоточены огромнейшие запасы углеводородного сырья, а побережье приспособлено для активного туристического отдыха, ведутся между прибрежными государствами с появлением СНГ, образованных на территории распавшегося СССР. И процесс поиска консенсуса, по всей видимости, будет продолжаться еще долго. До сих пор не созданы и не функционируют никакие межгосударственные союзы и организации, призванные решить эти вопросы. Единственные общепризнанные договоры (между Россией и Персией 1921 г., между СССР и Ираном 1940 г.) существуют де-юре, де-факто стороны нарушают их.

Устаревшие двусторонние договоры, многолетняя несостоятельность государств Каспия по определению правового статуса Каспийского моря, нежелание государств Каспия создать Союз или Альянс типа Организации Каспийских Государств (исключительно на основе пяти государств Каспия), как это сделано в аналогичных ситуациях во всем мире, подталкивают к поиску иных форм объединения или подключению в решении этого вопроса еще одного прикаспийского государства – Турции, в 1997 г. объявившей себя прикаспийским государством. С ее участием как активно влияющей на тюркоязычные государства Каспия и тюркоязычное население России, Ирана как влиятельного и близкого практически по всем позициям и дружественного к нам и с участием самой России, возможно создание Союза (Альянса) ведущих государств региона. Автор считает, что создание такой организации для Кавказа и в целом для Каспийского региона стало бы важным моментом и огромным вкладом в стабилизацию обстановки в регионе, в котором еще актуальной остается борьба против террористической угрозы и различных форм транснациональной оргпреступности (наркотрафика, торговли оружием). Это привело бы к ослаблению внешнего влияния, к естественному вытеснению из региона Запада, способствовало бы ослаблению позиций европейских стран и Китая, препятствовало бы превращению Каспия в чужое геополитическое достояние.

Мировой опыт свидетельствует, что там, где юридические нормы опережают политику и бизнес, геополитическая ситуация более стабильная, поскольку без прочного правового фундамента не может быть надежно обеспечено упорядоченное и цивилизованное сосуществование государств, их сотрудничество между собой и с внерегиональными партнерами, рациональная хозяйственная деятельность и природоохрана. Все это применимо к региону Каспия.

Подобная практика была опробована в деятельности Организации Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС), Дунайской конвенции, Совете государств Балтийского моря, Совете Баренцева моря – Евро-Арктического региона, где представлены или активно участвуют в работе субъекты Российской Федерации, и ряд других организаций.

Не менее чем многостороннее, для успешного развития региональных связей важно двухстороннее сотрудничество России с государствами Каспия. Автор заключает что, наиболее успешное взаимодействие государств региона и превращение его в важный фактор экономического развития всего Каспийско-Черноморского региона возможно лишь в случае успешного взаимодействия и сотрудничества государств региона. Для этого необходимо, чтобы все акторы, в том числе и мировые державы, отказались от конфронтационной политики и стали учитывать как взаимные интересы, так и интересы народов Каспийского региона. Требуется пересмотр мировыми державами своего отношения к конфликтам в регионе. Большая ответственность в связи с этим ложится на национальные элиты, которые должны выступить главными инициаторами проектов мирного и благополучного развития общего кавказского дома и их претворения в реальной политике государств Каспия. Двухсторонние и многосторонние аспекты сотрудничества между государствами осуществляются и на основе межгосударственных организаций, таких как ЕврАзЭС, ОДКБ и СНГ структурам, которым российские дипломаты и военные отводят большую роль в обеспечении безопасности на постсоветском пространстве. Также то, как эффективно будут осуществляются двухсторонние связи в регионе, зависит от умения лидеров прикаспийских государств находить общий язык по главным проблемам региона, с учетом деятельности и главных акторов «большой игры» в регионе, и договариваться с ними по ключевым проблемам безопасности. Как представляется, в любом случае достижение этой цели является длительным процессом.

Автором проанализированы изменения, произошедшие на уровне трансграничного сотрудничества ТГС в регионе. Они обусловлены тем, что из комплекса отношений внутри единого государства сотрудничество переросло в систему отношений между новыми суверенными государствами с отличающимися друг от друга законодательствами в сфере таможенной и налоговой политики, регулирования деятельности хозяйствующих субъектов, охраны и сохранения экологии и окружающей среды и т. д. Однако по-прежнему основное место занимает экономическая деятельность и торговля, также практически не осваиваются новые формы взаимодействия, такие как производственная и научно-техническая кооперация, инвестирование, лизинг и др. Более того, объемы традиционной торговли нередко снижаются из-за административно-таможенных барьеров, ужесточения миграционного контроля, в целях сокрытия налоговых отчислений и т. д. Специфика ТГС в регионе состоит в том, что помимо характерных черт, присущих приграничному сотрудничеству российских регионов, современное состояние погранично-таможенной инфраструктуры, транспортных коммуникаций не способствует в полной мере увеличению взаимного товарооборота, а уровень взаимодействия в сфере образования, науки и культуры не соответствует темпам развития интеграционных процессов на межгосударственном уровне.

В этой связи для выхода из создавшейся ситуации представляется целесообразной дальнейшая разработка мер на федеральном уровне, позволяющих создавать благоприятные условия для развития приграничных регионов с тем, чтобы они могли использовать все возможности и преимущества приграничного сотрудничества. ТГС является важным элементом внешней политики давно и широко используется в Европе, а Европейский союз рождался из Европейского объединения угля и стали (ЕОУС).

Важность региональных институтов сотрудничества определяется и тем, что возникает новая и самостоятельная культура межгосударственных отношений. При явно обозначившихся проблемах в международном праве, появлении радикальных концепций будущего мироустройства, определенной слабости прежней правовой базы очень важно в рамках центральноазиатского сотрудничества создать свои модели региональных объединений. Имеющийся вакуум в международном праве должен восполняться и таким эмпирическим опытом, который нарабатывается, например, в рамках ШОС.

Диссертант приходит к выводу, что в создавшейся ситуации различным регионам Юга России, в том числе и Дагестану, суждено играть возрастающую роль в налаживании партнерских торговых связей с зарубежными, прежде всего, соседними странами на базе ТГС. В регионе накоплен тысячелетний опыт межнационального общения. Особенно велико значение взаимовыгодных экономических, культурных, языковых и иных связей со странами и народами Закавказья.

Отдельный блок проблем формирования региональной модели сотрудничества касается его энергетической составляющей. В подбрюшье России формируется мощный центр притяжения западного капитала. С 1990-х гг., сначала осторожно, а затем все смелее, стали проникать иностранные нефтяные компании. Государствам Каспия независимость дала возможность самостоятельно распоряжаться богатствами моря в пределах своих территорий, а поддержка мировых центров силы позволила им разрабатывать нефтяные месторождения в нарушение раннее имевшихся договоренностей между пятью государствами-владельцами Каспия. В Алма-Атинской декларации от 21 декабря 1991 г., государства Каспия обязались до определения юридического статуса Каспия в одностороннем порядке не предпринимать шаги по освоению Каспия и руководствоваться Договором между РСФСР и Персией от 26 февраля 1921 г. и Договором о торговле и мореплавании между СССР и Ираном от 25 марта 1940 г.

Активно начали влиять и осваивать природные ресурсы ТНК, мировые державы и центры силы, такие как США, Евросоюз с активным участием Великобритании, Китая, Японии, Саудовской Аравии. Началась активная борьба не только за ресурсы, но и за пути транспортировки углеводородов. С момента становления Каспия «ничейным» и обнаружением в бассейне моря огромных залежей углеводородов процесс формирования региона пошел по формуле «Нефть, PR, Война, Нефть» (т. е. нефть + трубопроводы), где две ее составляющие – «PR, Война» являются испробованными инструментами перехода «Нефти» от одного собственника к другому по «праву силы», которое часто применяется в международной практике ТНК с помощью своих государств.

Особые виды на Каспий имеют и соседние государства, которые в последнее время в научной литературе и политике стали причисляться к государствам Каспийского региона: Турция, Грузия, Узбекистан, не имеющие прямого выхода к Каспийскому морю. Узбекистану регион важен по многим факторам: как удобная территория для транспортировки своих углеводородов (хотя они и уступают по запасам любому государству Каспия); как регион богатый биоресурсами; как транспортно-коммуникационный узел для продвижения своих товаров и торгово-экономической деятельности с выходом на государства региона, Ближний Восток и Европу. Хотя Грузия относится больше к Черноморскому региону, чем к Каспийскому, тем не менее, с появлением необходимости транспортировки углеводородов Грузия становится важным элементом региональной политики. У Грузии появилась дополнительная возможность помочь своей экономике, которая из-за внутриполитической нестабильности оказалась в глубочайшем кризисе. Вся история Турции связана с постоянными попытками овладеть Кавказом, начиная с военных походов на Кавказ во времена Османской империи и кончая идеями Великого Турана. Справедливо отметить, что Турция имеет больше оснований претендовать на роль прикаспийского государства по сравнению с другими «околокаспийскими» государствами. Все это необходимо учитывать при разработке российской стратегии участия в региональной модели сотрудничества.


загрузка...