Эфталитское государство и его роль в истории Центральной Азии (26.10.2009)

Автор: Исоматов Маъруф Мараджабович

Наряду с военными походами в Северо-западную Индию эфталиты распространили свою военно-политическую власть также и на Восточный Туркестан. С завоеванием эфталитов следует связывать тот факт, что после 462 г. послы Кашгара перестали прибывать к династии Вэй (386-534 гг.), а после 467 г. – из Хотана. В период между 493-508 гг. эфталиты подчинили Турфан, Карашар, и практически весь Восточный Туркестан. О политической мощи эфталитов в Восточном Туркестане свидетельствует факт, согласно которому в 522 г. жуан-жуанский правитель области Харо-Хото просил у эфталитов покровительства, а его три сестры вышли замуж за эфталитского царя. Следует отметить, что в «Бэй Ши» говорится, что «от йедаского владетеля в Западном крае зависят Кангюй, Хотан, Шалэ, Аньси и до 30 других мелких владений». У эфталитов с жуан-жуанами сложились хорошие взаимоотношения, которые сопровождались заключением союза, направленного против династии Вэй. Заключение эфталито-жуан-жуанского союза привело к разрыву взаимоотношений между Эфталитским государством и династией Вэй, и поэтому в промежутке 516-520 гг. и 526 г. эфталитское посольства направляется в Южный Китай, к династии Лянь. Так, согласно сведениям «Ляньшу» эфталиты окрепнув, завевали соседние государства – Босы (Персия), Гибинь (Северная Индия), Яньцзи (Карашар), Гуйцы (Кучу), Шулэ (Кашгар), Гумо (Аксу), Юйтянь (Хотан) и др. Земли этого государства простирались на тысячу с лишним ли.

Таким образом, диссертант приходит к выводу, что дальнейшему развитию военно-политической и экономической мощи Эфталитского государства препятствовали следующие обстоятельства: отделение эфталитских княжеств Северо-западной Индии от Центральной власти, приводящей к разрушению единой централизованной системы государственного управления; приобретение Сасанидским Ираном своей былой военно-политической и экономической мощи, которая выражалось в прекращении уплаты ежегодной дани эфталитам и возобновлении своей экспансионистской восточной политики, что сильно повредило экономической мощи Эфталитского государства; образование Тюркского каганата и освоение некоторых частей Центральноазиатского региона тюрками, в результате чего были разгромлены союзники эфталитов – жуан-жуанские племена; союзнические связи Сасанидского Ирана с Тюркским каганатом и создание «тюрко-сасанидской коалиции», приводящей к падению Эфталитского государства.

Глава пятая - «Общественно-политический строй и структура Эфталитского государства», - объединяющая четыре параграфа, посвящена изучению вопросов определения территории и населения Эфталитского государства, экономической жизни Средней Азии в эфталитском периоде, общественные институты и сословия, социальные отношения и система управления в Эфталитском государстве. Всестороннее изучение этих вопросов позволяет заключить, что Эфталитское государство являлось раннефеодальным Центрально-азиатским государством. Основное различие Эфталитского государства от Сасанидской державы заключалось в том, что оно, судя по монетам, чеканка производилась в строгом порядке и только на имена царь царей. Основная часть населения среднеазиатских областей Эфталитского государства вела оседлый образ жизни. В период эфталитского владычества экономическая жизнь земледельческих областей Средней Азии находилась на заметном уровне развития. Основными и ведущими отраслями экономической и хозяйственной жизни в Средней Азии в данном периоде являлись орошаемое и богарное земледелие, ремесленное производство, горная металлургия и торговля. Вместе с тем, нумизматические данные о чеканке монет правителей ряда эфталитских владений позволяют заключить, что и денежное обращение в Средней Азии в рассматриваемом периоде, также находилось на определенном уровне развития. В данном периоде, согласно данными из Топраккалинского дворца (III –IV вв.), в Средней Азии, в рамках возникшего нового феодального общества, некоторое время продолжает существовать и затем исчезнет патриархальная семья – «первоэлемент» первобытной общины. Место патриархальных семей в Средней Азии в эфталитском периоде уже занимают малые, средние, большие семьи, сельские и городские общины. Судя по согдийским, бактрийским и другим документам, общество Средней Азии делилось на разные сословия и в каждом сословии (за исключением сословия рабов) существовала иерархия. Необходимо отметить, что все эти изменения в обществе Средней Азии были связаны с процессом феодализации общества, более конкретно, с первой фазой эпохи феодализма в Средней Азии, которая охватывает IV– VIII вв. Из этого же следует вывод, что в земледельческих областях Средней Азии в период эфталитского владычества продолжал свое развитие начавшийся в кушанском периоде процесс феодализации общества и социальных отношений. Сведения документов из канцелярий Деваштича, правителя Роба и других источников (о формах землевладения, налогообложения, договор о покупке – продаже земли), а также, археологические данные о многочисленных феодальных городах, замках и поселений, воздвигнутых в рассматриваемом периоде, – все это свидетельствует о положительной роли Эфталитского государства в становлении феодального строя в Средней Азии.

Глава шестая - «Проблемы культурогенеза и этногенеза эфталитов», содержит два параграфа и посвящена вопросам культуры эфталитов, духовной жизни в их среднеазиатских владениях и освещению роли эфталитов в процессе формирования Центральноазиатских народов. Изучение развития раннесредневекового изобразительного искусства, особенно торевтики в эфталитском периоде, наглядно показывает, что уже тогда в разных первоначально обособленных регионах шел процесс культурного сближения западно- и восточноиранских народов, приведший впоследствии в эпоху Саманидов к сложению классической таджикской культуры. И эфталиты, судя по теснейшим ирано-среднеазиатским культурным взаимоотношениям, которые существовали во время их господства в Центральной Азии, играли отнюдь не малую роль в этом сближении.

В главе отмечено, что в на территории Эфталитского государства сосуществовали разные конфессии, такие как зороастризм, манихейство, христианство, буддизм и другие верования, которые способствовали диалогу культур разных этносов. Ритуальным языком проведения служб для различных религиозных конфессий были: для зороастрийцев – восточно-иранские языки и письменности (согдийский, бактрийский, хорезмийский), для буддистов – санскрит, для христиан – сирийский язык, для манихеев – парфянский (пехлеви). Центральная Азия в эфталитском периоде представляется как регион широкого распространения различных религий и верований, что свидетельствует о религиозной терпимости эфталитов. В археологическом плане это подтверждается открытием многочисленных буддийских, христианских, манихейских святилищ, действовавших наряду с зороастрийскими культовыми учреждениями по всей территории Эфталитского государства. Превалирование среди письменного материала, относящегося к эфталитскому периоду документов как религиозного, так и светского содержания, написанных преимущественно на том или ином восточноиранском языке (бактрийском, согдийском, хорезмийском) свидетельствует, что основная часть населении Эфталитского государства говорила на родственных иранских языках. Обобщение материалов о духовной и материальной жизни населения Эфталитского государства позволяет заключить, что доминирующее положение среди перечисленных культов, распространенных в эфталитском обществе, занимал зороастризм. Безусловно, именно зороастризм, эта религия труда и жизни являлась духовным источником социально-экономической жизни, которая развивалась в земледельческо-скотоводческих оазисах Центральной Азии времен эфталитского правления.

Как свидетельствуют источники, в земледельческих областях Центральной Азии еще в древности обитали народы, говорившие на языках иранской группы. Распространившийся издревле в части Восточного Туркестана хотано-сакский язык также принадлежал к иранской группе. На иранских языках говорили также многочисленные пастушеские племена степей Евразии, которые в надписях Ахеменидских царей выступают под именем сака, а греческим авторам VI – IV вв. до н.э. известны под именем скифы. Их территория простиралась от Дуная на западе до Енисея на востоке. По словам Е. Кузьминой, реликтами этого некогда огромного иранского массива в настоящее время являются таджики, в том числе таджики Памира, говорившие на многих архаичных языках, и далекие потомки саков и их преемников алан – осетины, одна из этнических групп которых называется ирон. Все эти ираноязычные народы сыграли большую роль в этногенезе всего населения Средней Азии и Казахстана, являющегося их наследниками.

Таким образом, население всех предполагаемых исследователями очагов происхождения эфталитов и Эфталитской государственности имели арийское происхождение и говорили на восточно-иранских языках. Исходя из этого, основное ядро эфталитского полиэтнического объединения составляли ираноязычные оседлые и скотоведческие племена, при этом, скотоводы-кочевники по численности отставали от своих этнических сородичей-земледельцев. Вполне вероятно, что значительная часть скотоводов проводила полукочевой-полуоседлый образ жизни. Все эти народы и племена до распространения буддизма, в основном, являлись приверженцами зороастризма, и эта религия занимала господствующее положение в духовной жизни общества. Судя по археологическим данным, в Кушанскую эпоху в Средней Азии, особенно в Тохаристане, были построены буддийские монастыри и культовые сооружения, и это привело большинство исследователей к заключению о смене власти в религиозной жизни региона в данном периоде. Однако, предполагаемый приоритет буддизма, поддержанный активным вмешательством кушанских правителей, продолжался недолго: как свидетельствуют археологические данные, одновременно с падением Кушанского государства и политическим возвышением эфталитов, господствующее положение в духовной жизни региона вновь занимает зороастризм. Он сохранил эту позицию в Центральной Азии и после крушении Эфталитского государства, вплоть до распространения ислама. Вышесказанные предположения аргументируются свидетельствами письменных и материальных источников, содержащих сведения о языке, образе жизни и верованиях эфталитов.

В главе раскрываются процессы формирования государствообразующего эфталитского этноса, который был идентичным с местным иранским центрально-азиатским населением древности. Серия черепов из погребений Сурхандарьинского бассейна – Дальверзин-тепа, Курган (Старый Термез), Бит-тепа, по исследованиям узбекистанского антрополога Т.К. Ходжайова имеет искусственную деформацию, характерную для эфталитов и отмеченную еще Ш.-Е. Ужфальви у правителей белых гуннов, изображения которых дошли до нас на монетах. По основным расово-диагностическим признакам серия черепов из эфталитских погребений является европоидными. Сопоставление изображений эфталитов на монетах и в живописи Дильберджина, Балалык-тепе, Афрасиаба и Древнего Пенджикента, а также комплекс материалов из Кургана (одежда, украшения, антропологические источники) дает возможность идентификации этого народа к автохтонному населению Центральной Азии, особенно Бактрии-Тохаристана. На монетах эфталитских правителей, чеканившихся в Тохаристане, надписи в основном выполнены бактрийской курсивной письменностью на бактрийском же языке, а также первые монеты, которые выпускали эфталиты в северо-западной Индии, были также выполнены бактрийской письменностью, хотя впоследствии они здесь даются на брахме. Следует отметить, что эфталитская письменность – непосредственное продолжение Кушанской (бактрийской), причем она отличается от Кушанской более развитой курсивностью. Эфталитскими, в частности являются фрагменты рукописей из Восточного Туркестана. Письменные арабо- и персоязычные источники эфталитов связывают с коренным населением Центрально-азиатского региона, особенно с Забулистаном, Кабулистаном, Гарджистаном, Бактрией-Тохаристаном, Бухарой и Самаркандом. У этих авторов Бактрия-Тохаристан употребляется в широком смысле слова как исконное место обитания эфталитов. Как было отмечено Среднеазиатское Междуречье V – середины VI вв., даже IХ – Х вв. у арабо- и персоязычных географов (Ибн ал-Факих, ал-Мукаддаси, Йакут ал-Хамави), называется «Хайтальской страной» («Страна эфталитов»). Согласно этим источникам, «… эти места благоустроил Хайтал б. Адам б. Сам б. Нух и поэтому «Хайтал… - название области Мавареннахра, а это Бухара, Самарканд, Худжанд и (то), что между ними». Впоследствии Балъами составной частью Эфталитского государства считает и Среднеазиатское Междуречье, называя населения Бухары и ее окрестностей «хайтал» (эфталит) и «хайатилами» (эфталитами), и по его толкованию, «хайтал» на языке жителей Бухары означает «сильный человек».

Касаясь вопроса роли эфталитов в сложении таджикского народа, следует отметить, что Б. Г. Гафуров, в своем первом обобщающем труде, освещающем историю таджиков в кратком виде рассматривал проблему сложения таджикского народа. Впервые эту проблему подробно исследовал А. М. Мандельштам, который считал хионитов-эфталитов первым по времени дополнительным этническим компонентом, включившимся в процесс сложения таджикской народности. Однако эта версия известного ученого, судя по изложению, недостаточно ясно и убедительно определяет роль эфталитов в этногенезе таджикского народа, так как он, признавая ираноязычность и оседлый образ жизни эфталитов, тем не менее, считает их дополнительным, а не основным этническим компонентом будущего народа, каковым он считает бактрийцев и согдийцев. По предположению ученого, эфталиты как тохары были пришельцами - кочевниками, но в отличие от последних, вскоре ушедших в Северо-западную Индию, остались здесь, приняли культуру местного ирано-язычного земледельческого населения и были ассимилированы ими, затем, после утверждения тюрков в Средней Азии, некоторая часть эфталитов была отюречена. Но здесь возникает вопрос: если эфталиты были ассимилированы местным населением и по основным этническим признакам были тождественны с ними, то на каком основании можно ставить знак неравенства на причастность эфталитов и других ираноязычных народностей в сложении таджикского народа? Таким образом анализируя данный вопрос, диссертант приходит к выводу, что, вопреки мнению А. М. Мандельштама, эфталиты также, как и другие ираноязычные народности, являлись основным, а не дополнительным этническим компонентом, на основе которого в эпоху Саманидов (IX-Xвв.) окончательно сформировался таджикский народ. Как показывают результаты диссертационной работы, в середине V-VI вв. в состав Эфталитского государства входили земли трех историко-территориальных регионов, на которых шел процесс формирования таджикского народа, и эфталиты наравне с другими автохтонными народностями Центрально-азиатского региона являлись основным этническим компонентом таджикского народа. Эфталитское государство ознаменовало собой период военно-политического могущества, экономического и этнокультурного развития Центральной Азии. Несомненно, главными факторами, способствовавшими этому, были политическая устойчивость и наличие единой государственной власти, обеспечивавшей безопасность от набегов и вторжений извне. Своему расцвету и успехам Эфталитское государство было обязано не только ираноязычному населению, но и другим народностям, которые проживали в Центрально-азиатском регионе. Исходя из этого, эфталиты сыграли важную роль в этногенезе и формировании государственности народов Индии, Пакистана, Афганистана, Восточного Туркестана, включая тюркоязычные народы Средней Азии, о котором свидетельствуют данные письменных и материальных источников.

В заключении на основе результатов проведенного исследования подведены итоги и обобщены основные выводы по истории эфталитов и Эфталитского государства.

Основные положения диссертации отражены в следующих изданиях:

А. Монографии

1. «Таърих-и Табари» Абу Али Балъами (исследование по взаимоотношениям Сасанидов и Эфталитов). -Душанбе: Сино,1996.-135 с. (на тадж.яз.).

2. Таджики в отражении Сотим Улуг-заде.-Душанбе: Ирфон, 2002.-146 с. (на тадж.яз.).

3. Ирано-Среднеазиатские взаимоотношения по «Таърих-и Табари» Балъами.-Душанбе-Бишкек: Эчод, 2006.-184с.

Б. Разделы в коллективных научно-методических трудах:

4. Таджики в эпоху Сасанидов//История таджикского народа (Учебник для ВУЗ-ов РТ).-Душанбе: Сарпараст, 2003.-С.182-208 (на тадж.яз.).

5.Таджики в период сложении феодальных отношений//История таджикского народа (Учебник для ВУЗ-ов РТ).-Душанбе: Сарпараст, 2003.-С.209-274 (на тадж.яз.).

В. Статьи:

6. Душанбешахр в эпоху Эфталитов (IV-VIвв.)//Душанбе: история и современность. (Материалы конференции, посвященной 70-летию возрождения г.Душанбе). –Душанбе: Изд-во ТГУ, 1994.-С.20-21 (на тадж.яз.).

7. «Исторический Таджикистан» в эпоху Эфталитов//Таджикистан: история и современность (Материалы конференции, посвященной 70-летию образования РТ). Душанбе: Изд-во ТГУ, 1994.-С.27-28 (на тадж.яз.).

8. Персидский язык – язык историографии//Персидский язык – язык науки. (Материалы международного семинара).-Душанбе, 1994.-С.8-10(на англ.и перс.яз.).

9. Музыкальная культура Ираншахра в эпоху Эфталитов//Материалы научно-теоретической конференции, посвященной, 5-летию независимости Республики Таджикистан.-Душанбе: Изд-во ТГУ, 1996.- С.17-18.

10. Подвиги эфталитов в «Шах-намэ»//Вестник Таджикского госуниверситета: серия обществоведения. –Душанбе: Изд-во ТГУ, 1997.-№4.-С.76-80 (на тадж.яз.).

11. Еще раз о «восточной политике» Сасанидов// Материалы юбилейной научно-теоретической конференции, посвященной 50-летию Таджикского государственного национального университета.-Душанбе, ТГНУ, 1998.-С.210.

12. Периодизация история Эфталитов//Тезисы докладов научной конференции, посвященной 1100-летию Государства Саманидов и 90-летию со дня рождения академика Б.Г.Гафурова.-Душанбе: РТСУ, 1998.-С.12-14.

13. Академик Бободжан Гафуров и исследование «восточной политики» Сасанидов// Академик Бободжон Гафуров: Изучение истории и цивилизации народов Центральной Азии (история и современность) (Сборник тезисов Международного симпозиума посвященного 90-летию Героя Таджикистана, академика Бободжона Гафурова). – Душанбе: Ирфон, 1998. - С.10-11(на перс.яз.), С.14-16(на русс.яз.), С.209-210 (на англ.яз.).

14. Академик Бободжон Гафуров и периодизация истории эфталитов (IV – VI вв.) // Академик Бободжон Гафуров: Изучение истории и цивилизации народов Центральной Азии (история и современность) (Сборник тезисов Международного симпозиума, посвященного 90-летию Героя Таджикистана, академика Бободжона Гафурова). – Душанбе: Ирфон, 1998. - С.8-10 (на перс.яз.), C.8-10(на русс.яз.), С.208-209 (на англ.яз.).

15. Академик Б.Гафуров и проблемы периодизации истории Центральной Азии в раннем средневековье (IV-VIвв.)// Материалы республиканской научно-практической конференции, посвященной 90-летию со дня рождения Героя Таджикистана, академика Б.Г. Гафурова.-Душанбе: Изд-во ТГНУ, 1998.-С.16-17.

16. The Samanids and the formation of national historiography// The Samanids and the Revival of the civilization of Iranian peoples.-Dushanbe: Irfon, 1998.-P.78-85.

17. Эфталиты в интерпретациях Б. Гафурова// Академик Бободжон Гафуров-исследователь истории и культуры народов Центральной Азии (Сб. статей).-Душанбе: Ирфон, 1999.-С.50-67(на тадж.яз., резюме на англ. и на перс.яз.).

18. Согд и согдийцы с точки зрения Б. Г. Гафурова// Академик Бободжон Гафуров - исследователь истории и культуры народов Центральной Азии (Сб. статей).-Душанбе: Ирфон, 1999.-С.80-92 (на тадж.яз., резюме на англ. и на перс.яз.).

19. «Таърих-нома-йе Табари» и становление персидско-таджикской историографии// Наследие Саманидов (Сб. научных докладов Международного симпозиума «Цивилизация, история и культура эпохи Саманидов»). - Тегеран, 1378 (1999). - С.248-260.(на перс.яз.).

20. «Шах-наме» Фирдоуси и периодизация политической истории эфталитов//Молодежь и мир науки (Материалы научно-теорет. конференции молодых ученых Республики Таджикистан). - Душанбе, 2000.-С.240-251.

21. «Таърих-и Табари» Абу Али Балъами и развитие персидской историографии // Ироншинохт (Ирановедение). -Тегеран, 1379 (2000), № 16-17.-С.80-89 (на перс.яз.).

22. К проблеме становления Эфталитского государства (историко-источниковедческий аспект)// Авеста в истории и культуре Центральной Азии (Сб. статей).-Душанбе: Деваштич, 2001.-С.102-114.

23. «Восточный поход» Варахрана V в «Шах-наме»// «Таджикистан: сегодня и завтра» (Материалы научно-практической конференции, посвященной 10-летию независимости Республики Таджикистан.-Душанбе: Изд-во ТГНУ, 2001.-С.19-21.

24. Периодизация политической истории Центральной Азии в эпоху эфталитов (IV-VIвв.) в свете «Шах-наме»// Молодые ученые и современная наука (Материалы первой научно-теоретической конференции молодых ученых и исследователей ТГНУ).-Душанбе: Изд-во ТГНУ, 2001.-С.107-112.

25. Музыкальная культура иранских народов в эпоху эфталитов (IV-VIвв.)//Вклад таджиков и персоязычных народов в мировую цивилизацию: История и современность (Доклады и сообщения Международного симпозиума).-Душанбе, 2002.-С.247-251 (на тадж.яз., резюме на русс. и на англ.яз.).

26. «Таърих-и Табари» Абу Али Балъами и некоторые особенности музыкальной культуры иранских народов// Вклад таджиков и персоязычных народов в мировую цивилизацию: История и современность (Доклады и сообщения Международного симпозиума).-Душанбе, 2002.-С.276-279 (на тадж.яз., резюме на рус. и на англ.яз.).


загрузка...