Управление социально-политическими рисками в условиях глобализации (26.01.2009)

Автор: Красиков Сергей Анатольевич

На взгляд диссертанта, самоорганизованный экономический актор, по существу, является новым, формирующимся социальным типов в российском обществе. В его становлении есть не только экономический, но и социальный аспект, заключающийся в особом социокультурном облике. Под понятием «самоорганизованный экономический актор» диссертант понимает социального актора, способного к эффективной рефлексии динамичного социума, его рисков, особенно в сетевых рыночных отношениях. Политологический подход к исследованию самоорганизованного экономического актора позволит лучше понять характер рисков в современной России, наметить подходы к управлению самоорганизованными процессами, которые подчас развиваются стихийно, ибо реформирование страны, согласно мнению академика Т.И. Заславской, приняло характер спонтанной трансформации общественного устройства.

В диссертации отмечается, что в условиях усложняющейся социокультурной динамики мы имеем дело не с отдельными самоорганизованными акторами, а с целыми рыночными сетями, где взаимодействия осуществляются спонтанно между самоорганизованными экономическими акторами (индивидами, группами, организациями, фирмами и т.д. на микро- и на макроуровнях). Взаимодействия самоорганизованных экономических акторов в сети неизбежно ведут как к союзам, коалициям между ними, так и конфликтам между отдельно взятым рациональным актором и коллективной рациональностью других акторов. Самоорганизованные экономические акторы выступают в качестве участников многочисленных структурных и сетевых взаимодействий. Результаты деятельности акторов определяются конкретной структурой сетевых отношений, а также составам действующих акторов, наличием реальных альтернатив выбора у каждого из них, вероятными явными и латентными последствиями и т.д.

В контексте методологий теорий рационального выбора и социальных сетей особенно важным представляется то, что индивидуальные рациональные действия могут вести к коллективным иррациональным последствиям, что порождает риски для каждого самоорганизованного экономического актора, задействованного в конкретной социальной сети. Опираясь на это методологическое положение, диссертант отмечает неизбежность возникновения рисков в современных сетях, особенно из-за конфликтов между индивидуальными и корпоративными самоорганизованными экономическими акторами. В рыночных сетевых отношениях утверждаются формальные и неформальные связи, решаются не только собственно предпринимательские проблемы, но и проблемы более широко круга – взаимодействия с властями, средствами массовой информации, страховыми фирмами, административными контролирующими органами и т.д. Диссертант подчеркивает, что доверие придает сетевым отношениям устойчивость, а недоверие – их структурно-функциональную нефункциональность и дисфункциональность. Здесь важна культура толерантности, которая в конечном счете минимизирует риски.

Диссертант обосновывает вывод о том, что в современных сетях экономические отношения тесно переплетаются с социальными и политическими, что формируются взаимосвязи между самоорганизованными акторами, функционирующими в разных социальных полях. Однако из этого также следует, что риски в одних полях, обретая характер контингенции, перетекают в другие поля, образуя синтезированные риски с социально-экономическим и политическим содержанием.

Развитие рыночных сетевых отношений с неизбежностью ведет к увеличению самоорганизованных экономических акторов. Более того, изменяется культура взаимодействия - в условиях замены администрирования гибким управлением акторы обретают возможность выбирать и вступать в конкретные сети и тем самым действительно становятся самоорганизованными. Сказанное не исключает того, что невозможна динамика наших рыночных сетевых связей. Но для этого требуется иной социокультурный контекст. Его содержание и облик через риски как раз сейчас формируют российские самоорганизованные экономические акторы.

В параграфе 3.3. «Вызовы государственному управлению в условиях самоорганизации рыночных отношений» дается анализ современному состоянию соотношения самоорганизации и государственного управления, рассматриваются возникшие здесь проблемы при переходе к рыночным отношениям.

Как считает диссертант, оптимальность единства самоорганизации и управления определяется культурно-историческим контекстом. Если России исторически свойственна доминирующая роль государства, то ее не следует искусственно ослаблять, как это имело место в 90-годы прошлого столетия, когда утверждались рыночные отношения, основанные на стихийной самоорганизацию. В западной культуре, напротив, более распространены самоорганизованные отношения, но они функционируют в регулятивном контексте институтов гражданского общества. Исходя из вышесказанного, по мнению диссертанта, выработанного на основе проведенного анализа социально-экономических реалий, нам не следует некритически копировать западные социальные самоорганизационные практики, когда институты гражданского общества только-только формируются. Негативный исторический опыт «лихих 90-х» свидетельствуют, что самоорганизация без какой-либо социальной регуляции лишь увеличивает рискогенность нашего социума в целом. В России единство самоорганизации и управления имеет акцент на значимости государственного управления. Именно для сферы государственно управления характерны устойчивые, институционализированные правила, выраженные не только социокультурными ценностями и нормами, но и законами. Стратегической целью социальной регуляции – при незрелости институтов гражданского общества – является именно государственное управленческое воздействие на самоорганизованные отношения, что позволяет реально управлять рисками, минимизируя их, принципиально улучшить ситуацию с толерантностью при повышение конкурентоспособности деятельности экономических акторов России.

В диссертации отмечается, что государственное управление самоорганизационной деятельностью экономических акторов позволяет и в условиях неопределенности, усложнения социокультурной динамики, становления свободной рыночной экономики развивать приоритетные, социально значимые отрасли экономики, а также осуществлять необходимые социальные и культурные программы. Вместе с тем, самоорганизационные вызовы государственному управлению особенно проявляются в экономическо-предпринимательской сфере, где в условиях развития рыночных отношений действуют самостоятельные акторы. Их инновационная деятельность является атрибутом самоорганизационного функционирования, что само по себе воспроизводит риски.

Диссертантом обосновывается, что основные задачи государственного управления самоорганизованным экономическим актором состоят в формировании благоприятной среды и мотивации для повышения инновационной активности негосударственного сектора, развития важнейших жизнеобеспечивающих производств и социальной сферы. Управление самоорганизованными экономическими акторами предполагает разработку политических и экономических мер, делающих их деятельность менее рикованной, более выгодной и эффективной. Социальные составляющие государственного управления действуют в двух основных направлениях: 1) управленческие воздействия на социальную среду с целью оптимизации предпринимательской активности, повышения доверия к институтам в условиях сетевого взаимодействия; 2) управленческие акторами экономической посредством регуляционной деятельности с целью общей рационализации социально-экономических и культурных отношений.

Как считает диссертант, государственное управление в условиях неопределенности и усложняющейся динамики предполагает формирование у самоорганизационных акторов синергийной мотивации определенного типа — осуществления деятельности в конкретных формах и областях, необходимых для решения социально значимых задач, достижения целей, определяемых политическими программами социально-экономического развития страны, улучшения качества жизни граждан. Без синергийной мотивации самоорганизационных акторов увеличиваются риски социальной дисфункциональность вплоть до входа в состояние аномии с возможностью утраты эффективной жизнедеятельности.

Опираясь на методологические подходы П.А. Сорокина, разработанные им для управления социумом в кризисных ситуациях, диссертант считает необходимым высказать следующие рекомендации: в диаду – единство самоорганизации и управления – добавить компонент формирования человеческого потенциала на основе гуманизма; принять во внимание положение социолога о том, что крайности в социальной дифференциации – уравнительность и безмерное имущественное неравенство – обостряют социальные риски, из чего следует что необходимы специальные государственные меры по преодолению проблемы «новых бедных» в России; активизировать селекцию кадров, талантливых руководителей, организаторов, предпринимателей, фермеров; обеспечить эффективное функционирование правового поля.

Диссертант также обосновывает положение, согласно которому в условиях глобализации риски самоорганизации могут обретать котингенционный характер и вступать в интерфейс с социально-политическими рисками. В усложняющейся социокультурной динамике риски предпринимательские почти всегда переплетаются с рисками социальными, что, соответственно, порождает вызовы государственному управлению, которое нацелено на упорядочение хозяйственной жизни страны в целом. Предприятие или фирма как самоорганизующаяся и самовоспроизводящаяся система потенциально содержит альтернативные возможности, следовательно, рискогенную деятельность (риски, связанные с хозяйственной деятельностью, личностью предпринимателя, с недостатком информации о состоянии внешней среды, риски сетевого взаимодействия и т.д.), которая сама по себе представляет вызовы государственному управлению. Производство этих рисков и характер зависят, с одной стороны, от увеличивающейся самоорганизации экономических акторов в условиях раночных отношений, а с другой – от механизма социальной регуляции, главным компонентом которого в условиях России является государственное управление. Оно то же должно основываться на «духе» инновационности, быть адекватным усложняющейся социокультурной динамики, ускоряющемуся обновлению жизнедеятельности людей, вызовам, которые исходят от самоорганизации российских акторов. Их надо не подавлять, а синергийно направлять в русло учета социально-политических рисков глобализации, новаций мировых культур, а также, конечно, новаций российских граждан.

В параграфе 3.4. «Политический риск как способ управления общественным мнением» рассматриваются проблемы управленческого и манипулятивного воздействия на общественное мнение, которые содержатся в работах Н. Лумана, Ю. Хабермаса, П. Бурдье, Э. Ноэль-Нойман, чьи теории рассматриваются через сравнительный анализ.

В диссертации показывается, что существующие теоретические подходы к описанию феномена общественного мнения выявляют его двойственную функциональную нишу в структуре взаимоотношений гражданского общества и государства: в одних случаях общественное мнение трактуется как рационально организованный инструмент в процессе формирования и принятия политических решений в условиях демократии. При этом внимание фокусируется на проблемах демократического участия и общественной коммуникации, а так же влияния СМИ на манипулированияе общественным сознанием. В других теоретических подходах общественное мнение рассматривается как средство социального контроля и социальной интеграции, обеспечивающее должный уровень общественного согласия.

Среди современных трактовок общественного мнения диссертант выделяет несколько основополагающих концепций, дающих наиболее разноплановый подход к этому сложному и многогранному явлению. Один из таких подходов разработал Н. Луман. В своей концепции он рассматривает общественное мнение в рамках теории коммуникации, которая отрицает наличие какого-либо субъекта общественного мнения. Благодаря публичной доступности и гласности, обществу одновременно предлагается целый спектр тем. Но одновременная коммуникация с несколькими темами невозможна, поэтому, исходя из конкуренции тем по критерию "степени внимания", выбирается только одна тема. Именно такая главная тема коммуникации, по мнению Лумана, и составляет содержание общественного мнения.

Диссертант рассматривает лумановскую теорию общественного мнения в контексте сравнения с другими теоретиками, среди которых - Ю. Хабермас, согласно которому общественное мнение формируется публикой, обладающей образованностью и капиталом. Оно служит дополнительным инструментом в руках господствующих классов, который использует его в случае недостаточности или неэффективности других политических средств.

По Э. Ноэль-Нойман, общественное мнение - "это мнения, способы поведения, которые нужно выражать или обнаруживать публично, чтобы не оказаться в изоляции”. Основание феномена "спирали молчания" - боязнь индивидов оказаться в изоляции. Боязнь выступает как движущая сила, которая и запускает "спираль молчания". Этот образ закручивающихся спиралей до полного угасания среди некоторых российских политологов стал одним из распространенных “научных” аргументов, превращающих мнение граждан в пустой звук. С точки зрения диссертанта, это не адекватная и однобокая трактовка концепции Э. Ноэль-Нойман.

Концепция, разработанная П. Бурдье, носит рефлексивный характер как и вся его социология. Широко известно его высказывание: "общественного мнения не существует", из которого следует, что для социолога важно зафиксировать результат, произведенный ситуацией наблюдения на само наблюдение. Зондаж же общественного мнения — это инструмент политического действия, функция которого состоит во внушении иллюзии, что существует общественное мнение как императив, получаемый исключительно путем сложения индивидуальных мнений. Опираясь на методологию Бурдье, диссертант показывает, что СМИ в силу своей политической природы являются не только каналом формирования общественного мнения, но и, прежде всего субъектом политики. Политические риски зачастую становятся центрами «субполитики», основывающимися на общественном мнении. Соответственно, диссертант делает вывод о том, политические риски превращаются в бизнес, источник доходов для СМИ и страховых компаний.

В параграфе 3.5. «Управление социально-политическими рисками через формирование культурного кода страхового поведения» содержит анализ того, как формировалась культура страхования, ее проблемы в современной России, а также возможности управления социально-политическими рисками.

В диссертации отмечается, что одним из факторов управления социально-политическими рисками является институт страхование. Но его функционирование не будет эффективным, если в обществе не сформировался культурный код страхового поведения. Последний зависит от доминирующих в культуре представлений о рисках, исходя из того, что они социально конструируются (П. Бергер, Т. Лукман), от существующих типов рациональности и, конечно, от соотношения между самоорганизацией и управлением. Государственно управление должно изначально обеспечить условия формирования самоорганизованных акторов, реально имеющих то, что можно страховать, обладающих культурным кодом страхования. Характер готовности к страховой деятельности определяется тем, какие типы социальных связей и культурных ориентаций доминируют в обществе.

Одна из проблем страховой защиты членов общества от рисков – неравномерное формирование культурного кода страхового поведения среди разных слоев населения, что также обусловлено их различиями в восприятии рисков, готовности к страхованию. Сюда же диссертант относит особенности национального характера, стремление полагаться на авось, групповой патернализм, который в современных условиях практически исчез.

Глава IV. «Методы исследования социально-политических рисков и перспективы их страхования», состоящая из трех параграфов, посвящена теоретико-прекладным аспектам изучения социально-политических рисков с тем, чтобы иметь основания для определения перспектив их страхования.

В параграфе 4.1. «Проблема валидности инструментария анализа рисков: методы их оценки» отмечается, что создание теоретико-методологического инструментария анализа риска представляет собой актуальную не только научную, но и социально-экономическую и политическую проблему.

Как считает диссертант, одна из ее важнейших черт заключается в том, что ее решение определяется характером взаимодействия экономических, социальных, экологических и демографических факторов, характеризующих развитие того или иного общества. При этом необходимо учесть, что развитие техники и технологии, направленное на повышение материального уровня жизни, отражающее тенденции потребительского поведения одновременно ведет и к появлению тех или иных рисков, прежде всего, для здоровья человека и окружающей среды. На управление этими рисками, по существу, созданными самими людьми, необходимо расходовать все увеличивающуюся долю материальных ресурсов общества, которые независимо от того, велики они или малы, ограничены. Непропорционально большие затраты на управление рисками, нацеленное на повышение безопасности промышленного производства, означает, что в условиях ограниченности ресурсов мы будем вынуждены отказаться от ускоренного развития социальной и культурной сфер, решения проблем образования и воспитания и т. д. На таком пути в обществе будут накапливаться экономические и социальные проблемы, которые в конечном итоге могут привести к снижению безопасности в обществе, а это означает производство социально-политических рисков в увеличивающихся масштабах. Поэтому необходимо получить наиболее полную и достоверную информацию о рисках. Для этого необходим валидный инструментарий оценки риска.

В диссертации отмечается, что оценка риска включает, как правило, анализ источника опасности, производящей риск, измерение этой опасности по уровню последствий воздействия на человека и окружающую среду. С учетом сложной природы риска необходимо применять и количественные и качественные методы исследования. В контексте многогранности факторов современных опасностей, их латентных составляющих, надо признать, что методы количественной оценки риска, куда включаются и экономические методы оценки странового риска, развиты недостаточно. Всегда желательно их дополнить качественными методами. Сочетание качественных и количественных методов исследования риска повышает валидность инструментария.

Диссертант полагает, что для получения валидной количественной оценки риска требуется наличие достаточно мощного инструментария в виде комплексов расчетных кодов, опирающихся на базы данных, обобщающих накопленную информацию о возможных сценариях поведения рассматриваемой системы при различных граничных и начальных условиях. При этом должны существовать базы знаний и базы данных по механизмам распространения, попадания в организм человека и воздействия на него биологически опасных веществ и соединений, а также расчетные программы управления риском — эффективности мероприятий и мер по снижению риска.

В параграфе 4.2. «Технологии в страховании политических рисков: анализ зарубежного опыта» отмечается, что глобализация по-новому перестраивает межгосударственные отношения, проникая даже в сферу страхования политических рисков. Пока в России неразвито страхование политических рисков, поэтому особенно актуально рассмотреть и проанализировать имеющийся зарубежный опыт страхования политических рисков. Он уже частично используется в отечественной страховой практике.

В диссертации отмечается, что традиционно среди крупнейших региональных страховых рынков выделяют: европейский рынок, рынок США, Японии, а также Юго-Восточной Азии и регионов Центральной и Восточной Европы. При этом число учреждений, страхующих иностранных инвесторов от политических рисков, ограничено. Наибольшим авторитетом из них пользуется подразделение Всемирного Банка — Многостороннее Агентство по гарантиям инвестиций (МАГИ), участником которого является Российская Федерация.

Целью такого страхования является защита инвестиционных вложений от возможных потерь, возникающих вследствие политически неблагоприятного, непредсказуемого изменения конъюнктуры рынка и ухудшения политических условий для осуществления инвестиционной деятельности. Оно подразделяется по характеру страховых рисков на страхование от политических и коммерческих рисков. Договоры страхования от политических рисков заключают при осуществлении инвестиций в зарубежные страны. Такое страхование характеризуется невозможностью математической оценки вероятности наступления страховых случаев и высокими размерами ущерба, поэтому частные страховщики этим страхованием, за редким исключением, не занимаются. Диссертант анализирует специфику страхования политических рисков, отмечая что страховыми рисками здесь являются возможные политические события, исходящие от органов власти, управления, иных государственных образований, а также народных масс принимающего государства.

К специфике страхования политических рисков относится и то, что страхование в учреждении принимающего правительства может оказаться рискованным, если застрахованный риск возникает вследствие действий самого этого правительства. Поэтому гарантии страхования, как правило, предполагают наличие соответствующих межгосударственных соглашений. Так, система гарантий зарубежных инвестиций США предусматривает в качестве необходимой предпосылки введения ее в действие наличие соответствующего международного соглашения о защите и гарантии иностранных инвестиций между США и государством, принимающим американский частный капитал. В результате, инвестиционные отношения превращаются в межгосударственные и получают дополнительную международно-правовую защиту.

В диссертации конкретно рассматриваются и анализируются механизмы страхования иностранных инвестиций от политических рисков, применяемые в США. Отмечается гибкость подхода: страхование иностранных инвестиций в США регулируется как международными договорами, так и внутренним законодательством. Причем, у каждого штата имеется свое законодательство о страховании и страховом надзоре и свой регулирующий орган. Страховая индустрия является единственной, которая не подпадает под антимонопольное законодательство. Корпорации Частных Зарубежных Инвестиций (Overseas Private Investment Corporation — OPIC) является специализированным государственным агентством, учрежденным в 1969 году и осуществляющим страхование имущественных интересов инвесторов от политических рисков. OPIC оказывает поддержку американским инвесторам в зарубежных странах по трем программам.

Как считает диссертант, опыт развитых стран, а также сотрудничество России с зарубежными странами с неустойчивой политической обстановкой делают актуальным создание специального ведомства, занимающегося страхованием рисков зарубежных российских инвестиций.

В параграфе 4.3. «Анализ банковского рискменеджмента как инструмент оценки страновых политических рисков, перспектив их страхования: кейс-стади» конкретно показывается возможности инструментария оценки страновых политических рисков посредством изучения рискменеджмента ряда банков.

Диссертант для анализа банковских подходов к управлению рисками прежде всего использует классификации банковских рисков, позволяющих собрать статистические и иные данные о функционировании банков. По этой информации можно сделать первичное заключение об оценки страновых политических рисков, перспектив их страхования. Существует множество классификаций банковских рисков. Различаясь положенными в их основу критериями выбранные нами классификации роднит то, что все они однозначно полагают кредитный и процентный риски основными для банков. К достоинствам данной классификации следует отнести выделение наиболее проблемных зон банковских рисков в области активных операций, учет колебаний рыночных ставок процента. В то же время, их слабая сторона - игнорирование пассивных и части активных операций банка, организационные и внешние риски.

Другая классификация расширяет круг учитываемых рисков (риски, характеризующие качество управления активами и пассивами банка, организационные риски), что связано с выделением: зон рисков по видам банковских операций; рисков, связанных с качеством управления активами и пассивами банка; рисков финансовых услуг (организационных).

Но и она имеет недостатки: отсутствие внутренней группировки перечисленных видов рисков по критериям, положенным в их основу, их недостаточная полнота. Одна и та же операция может быть связана с различными степенями риска.

В проведенном диссертантом кейс-стади риски также разделяются по типу виду банка, от чего зависит характерный для него набор рисков. Выясняется, что риски, их сочетание, основные зоны, размеры и приоритетные направления складываются по-разному в зависимости от преимущественной специализации банков.

Чем больше неопределенность политической и хозяйственной ситуации при принятии решения, тем больше и степень риска. Неопределенность хозяйственной ситуации обусловливается следующими факторами: отсутствием полной информации, случайностью, противодействием, политической нестабильностью, отсутствием четкого законодательства. При этом вероятность наступления потерь может быть определена двумя методами: 1) объективный метод определения вероятности основан на вычислении частоты, с которой происходит данное событие; 2) субъективный - на предположениях (личном опыте и суждениях оценивающего, мнении экспертов и финансовых консультантов и т.п.). В диссертации конкретно анализируется управление рисками в АКБ «АКТИВ БАНКЕ».

Результаты данного кейс-стади свидетельствуют о том, что усложняющаяся динамика, интенсивное чередование быстрых непредвиденных событий в экономике и политике повышает вероятность, спорность и альтернативность принятых решений, то есть в итоге усиливает политический риск. Все это необходимо принимать во внимание при конкретной оценки страновых политических рисков, перспектив их страхования.

В заключении подводятся основные итоги исследования, делаются обобщенные выводы, резюмируются важнейшие положения диссертации, формулируются некоторые практические рекомендации.


загрузка...