Цветовая символика в персидско-таджикской классической литературе (23.08.2010)

Автор: Охониёзов Варка Дустович

9.Цвет одежды, головного убора, пояса и обуви являлся средством, регулирующим действия и поведение суфиев.

10.Каждый цвет халатов и тюрбанов суфиев обозначал ступени их иерархического развития. Что касается погружения в себя («в мир сердца») путём «зикры» (беспрерывного повторения хором эпитетов Аллаха) цвета полностью означали степень очищения сердца.

Раздел четвёртый третьей главы диссертации озаглавлен «Роль цветов в «Хафт пайкаре» («Семи красавицах») Низами Ганджави и «Хашт бихишт»-е («Восми раях») Амира Хисрава Дехлави». При анализе, автор особо останавливается на том, что несмотря на уделение большого внимания произведениям Низами Ганджави (1114-1209) и Амира Хисрава Дехлави (1253-1325), проблема символики цветов в этих двух отмеченных произведениях осталась неисследованной. Поэтому анализ символики цветов в плане описания событий, явлений и мировоззрения героев, указанных произведений, является основным вопросом диссертации. Необходимость же такого анализа в том, что цвета и их символика в произведениях «Хафт пайкар» Низами Ганджави и «Хашт бихишт» Амира Хусрава Дехлави рассматриваются как в смысловом (прохождение линии описания событий и явлений через семь цветов), так и в формовом (средство описания предметов и действий в произведениях) планах.

Несмотря на ссылки учёных на трёхцветное сияние дворца Хаварнак в сказаниях «Хафт пайкар»-а, анализ описания самого поэта в этом плане не учтен. В описании поэта указаны три момента, которые имея глубокое отношение к проблеме луча и цвета, остались вне поля зрения исследователей. Прежде всего эти три цвета дворца, не являясь его исконными свойствами, зависят от состояния и действия всесияющего солнца. Дворец утром, перед восходом солнца, пока ещё небо синее, приобретает лазуревый цвет, а с воходом солнца дворец становится жёлтым, и этот цвет не тот жёлтый обычный цвет, а подобный лучам солнца, золотистый. Это - то самое верование первобытных людей и особенно древних арийцев в Митру, Солнце и огонь, лучи которых распространяют свет, тепло и чистоту. Другое положение - затмение облаком солнца, когда облако становится посредником между солнцем и дворцом, отдавая свою белизну дворцу с помощью солнечных лучей. Обобщение описания дворца также приобретает философское понятие, которое воспевает извечную связь предметов и материи во Вселенной и это понятие выражено словом «одноцветность». Как говорит поэт «земной дворец, погода и состояние неба находились в балансе одноцветности», т.е. следовал цвету верхнего мира и в зависимости от погоды небо темнело или светлело (букв. чернело или белело). Это указание на природную закономерность сменяемости ночи и дня.

Разделение, наблюдаемое в начале «Хашт бихишт» Амира Хисрава Дехлави и связанное с проблемой цветов и занятием цветами и их символикой касается отнесения автором цвета дворцов к способности и вдохновению оратора. Поэт считает то мистическое вдохновение, которое посетило его как ниспосланное ему откровение по поводу написания сказаний и явившееся причиной совершенствования его таланта в воспевании сказаний, основой и распределителем цветов для дворцов.

Низами Ганджави словами героя произведения отобразил проблему равновесия и сравнения семи стран, представительницей каждой из которых является одна из семи красавиц, с семью светилами и семью днями недели. Но для удачи в делах монаршьих и его разгульной жизни есть и другое условие, которое выражается в ношении одежды единого цвета. Цвет одежды падишаха не должен разниться с цветом дворца, ковров и всего прочего и разумеется должен соответствовать дням недели. С этой точки зрения, шах Бахрам следовал принятому правилу:

Њар куљо љоми бода нўшидї,

Љома њамранги хона пўшидї.

Если выпил он где и весел,

Оделся по цвету кресел.

И в рассказах «Хашт бихишт» Амира Хисрава Дехлави наряду с разделением по форме и содержанию, правила описания в основном выдержаны.

В обеих сказаниях купол, под которым впервые оказался шах Бахрам и упоминаемый в «Хафт пайкар»-е как Кейхан (Вселенная, Космос), а в «Хашт бихишт»-е как Зухал (Сатурн) был чёрного цвета.

Гунбаде, к-ў зи ќисми Кайвон буд,

Дар сиёњї чу мушк пинњон буд.

Купол из рода Кейвана [Сатурна],

Был мраком как мускус был покрыт.

Он, ки нав шуд зи шанбе оинаш,

Чун Зуњал баст ранги мушкинаш.

Тот, у кого с субботы правила другие,

Сатурну подобно в чёрное облачился.

Царицей купола была дочь царя Индии. Все атрибуты, имевшие отношение к куполу и царице были чёрного цвета. Царь Бахрам тоже пожаловал в этот дворец во всём чёрном. Сюжетная линия и главный элемент описания во всём повествовании и во всех других описаниях построены вокруг чёрного цвета и его таинственности. Если бы первая служанка не была одета в чёрное , тайна падишаха бы не всплыла и если бы путник одетый в чёрное и в чёрных сапогах не пришёл бы в царские палаты, не появился бы рассказ «Мадхушон» («Бессознательные») и не было бы повода обращение царя к чёрному. Посему создатель сказания тоже в конце произведения от имени сказителя рассказа воспевает этот цвет таким образом:

Њафт ранг аст зери њафт авранг,

Нест болотар аз сиёњї ранг.

Семь цветов под семью престолами,

Высший меж ними – чёрный.

Амир Хисрав Дехлави тоже в конце первого повествования «Хашт бихишт», воспевая чёрный цвет пишет: Ранги мушкин шиори аббосист,

Зеваророи чархи шаммосист.

Чёрный цвет –лозунг аббасидов,

Украшение солнечного круга.

Представляется, что сказка повествованная Низами в настоящем разделе, имеет большее касательство к проблеме соотношения чёрного цвета с тайной событий сказки. Такая пропорция усиливает мистическое понятие рассказа. Таким образом, чёрный цвет в плане духовно-психологического направления является образцом и признаком таинства. Чёрный цвет со стороны многих из сторонников и различных школ суфизма был признан производителем других красок.

Купол (Дворец), в который шах Бахрам пошёл в день Одина (пятницу), был жёлтого, а точнее золотистого цвета:

В –он, ки аз Офтоб дошт хабар,

Зард буд. Аз чї? Аз њамоили зар.

Тот, который солнце знавал,

Жёлтым был. Отчего? От злата конечно.

Рўзи якшанбе он ситораи рўз,

Шуд дар айвони зард базмафрўз.

В воскресенье это светило дневное,

Устроил пир в зале золотом (желтом).

Всё под этим куполом: и то, во что Бахрам был облачён, и то, что выпил - было жёлтого цвета.


загрузка...