Российские традиции охраны культурного наследия (23.01.2012)

Автор: Галкова Ольга Валентиновна

Полноценная охрана культурного наследия невозможна в условиях отсутствия единых государственных стандартов и приоритетов в области охраны культурного наследия в центре и на местах, четко разработанной государственной концепции охраны культурного наследия, неоправданной реорганизации органов охраны памятников истории и культуры, их кадровой чехарды, параллелизме некоторых функций, остаточного принципа финансирования и внимания к духовным и культурным запросам общества и прочей неустроенности.

Те изменения, которые произошли в общественном движении по охране памятников: рост числа таких организаций; их освобождение от прямого идеологического и административного контроля; появление новых форм и методов работы, например, доверительного управления наследием со стороны граждан и юридических лиц, заинтересованных в сохранении и пропаганде культурного наследия, отнюдь, не превратили общественные организации по охране культурного наследия из оппозиционеров государственной политики в этом вопросе в единомышленников.

Не способствует охране памятников перераспределение полномочий в их охране в пользу субъектов федерации и органов самоуправления. Как показал опыт 1990-х гг., судьба памятников истории и культуры на местах нередко определяется единоличными решениями глав исполнительной власти. Произвол местных российских властей может обуздать только жесткий контроль центра и создание общегосударственного органа охраны и использования культурного наследия.

В шестом параграфе – «Нематериальное культурное наследие: специфика охранной деятельности в современной России» – рассматривается специфика бытования нематериального культурного наследия в нашей стране. Она определяется, в первую очередь, многонациональным составом России, проживанием на ее территории более 150 этносов, принадлежащих к различным языковым группам, религиозным конфессиям, имеющим своеобразный уклад жизнедеятельности. Однако проблемы, связанные с сохранением, использованием и передачей нематериального культурного наследия этих народов России, общие.

Россия до настоящего времени не подписала данную Конвенцию об охранене нематериального культурного наследия 2003 г., что значительно сокращает ее возможности в использовании мирового опыта и материальных средств человеческого сообщества в решении актуальных проблем сохранения нематериального культурного наследия. Вопросы сохранения, использования и передачи нематериального культурного наследия не урегулированы и действующим законодательством России. В нем не определены и не закреплены ни принятый международным сообществом термин «нематериальное культурное наследие», ни уже утвердившиеся в российской научной и практической деятельности понятия «традиционная народная культура» и «фольклор». Законодательство не регулирует авторские права в сфере нематериального культурного наследия. Это, в свою очередь, привело к размыванию содержания предмета охраны.

Реализация же принятой программы «Сохранение нематериального культурного наследия на 2009 – 2015 годы» наталкивается на весомые трудности как материального, так и духовного порядка. Это, прежде всего, недостаточное финансирование развития народного творчества, минимальное денежное содержание специалистов, недостаточное количество необходимых научных исследований по проблеме, что привело к деградации структур и организаций культуры, в чьи функции входит сохранение и развитие традиционной культуры, а, в конечном итоге, к смещениям в системе ценностных ориентаций общественного сознания в сторону культурных суррогатов, вызвавших деформации в самой структуре социальной жизни. В условиях полного господства массовой поп-культуры, современные средства массовой информации не справляются с поставленной задачей пропаганды традиционных ценностей, образа жизни, быта.

В настоящее время существует серьезный недостаток в национальных кадрах специалистов – фольклористов и этнографов, руководителей фольклорных коллективов по жанрам народного творчества, методистов-организаторов по традиционной народной культуре. Отсутствуют мастерские по производству национальных музыкальных инструментов, национальных костюмов, утеряны секреты многих народных промыслов. Сложной проблемой для профессиональных художественных коллективов является организация гастрольно-концертной деятельности по причине удаленности этих территорий и неразвитости коммуникационной инфраструктуры. Национальные творческие коллективы испытывают недостаток в репертуаре из-за отсутствия средств на фольклорные экспедиции и сложности доступа к музыкальных записям прошлых лет. Уход из жизни непосредственных носителей традиционной культуры в условиях отсутствия изучения образцов народного искусства может повлечь за собой безвозвратные потери некоторых видов традиционного народного искусства. В Российской Федерации отсутствует перечень объектов нематериального культурного наследия, который бы позволил вырабатывать комплексные меры по их сохранению и развитию.

Решение этих многочисленных, сложных проблем требует комплексных, инновационных решений, широкого использования российского и мирового исторического опыта.

В третьей главе – «Региональные особенности формирования, сохранения и использования культурного наследия Волгоградской области» – проведен анализ регионального наследия, выявлена его структура и специфические особенности, что позволило приблизиться к пониманию истоков и характера регионального культуротворчества, раскрыть феномен этого «места», его самобытность и своеобразие, без чего невозможно верно осуществлять выбор путей охраны культурного наследия региона.

В первом параграфе – «Формирование и развитие культурного наследия Волгоградской области. Археологическое наследие» – выявлены этапы формирования современной системы охраны, изучения и использования археологического наследия Волгоградской области. 1 этап (конец XVIII-1880-е гг. XIX в.) – первые описания археологических памятников на территории современной Волгоградской области и их научные раскопки. 2 этап (конец 1880-х гг. – 1919 г.) – формирование специализированных региональных историко-краеведческих обществ, среди прочего ставивших своей задачей изучение археологического наследия (Саратовской ученой архивной комиссии (1886) и Петровского общества исследователей Астраханского края (1874)). 3 этап (1921-1930-е гг.) – первые попытки формирования самостоятельной царицынской (сталинградской) археологии и начало становления советской региональной системы охраны археологического наследия, разрушенной в 1930-е гг. 4 этап (1950-е – начало 1990-х гг.) – формирование самостоятельной волгоградской археологической школы, «археологический бум» 1950-х – 1970-х гг. в связи с новостройками на территории области, деятельность региональных государственных и общественных организаций по охране археологического наследия Волгоградской области. 5 этап (1990-е – по настоящее время) – формирование региональной системы охраны, изучения и использования археологического наследия Волгоградской области в новых общественно-политических, социально-экономических условиях.

Выделены особенности археологического наследия Волгоградской области, которое отражает историю Нижневолжского и Волго-Донского регионов от стоянок эпохи среднего палеолита до позднего средневековья. Памятники археологии численно преобладают среди различных типов культурного наследия региона (по данным топографии на 2010 г. в области выявлено 16 200 археологических памятников, в то время, как памятников истории и искусства на учете – 1 085). Археологическое наследие Волгоградской области представлено всеми видами археологических памятников: поселенческими (стоянками, селищами, городищами, антропогенными пещерами, остатками оборонительных сооружений и судоходных каналов, культурным слоем исторических поселений и пр.); погребальными (курганными и грунтовыми могильниками, некрополями и пр.) ритуально-культовыми (святилищами, культовыми пещерами и пр.); кладами (монетными, вещевыми, жертвенными комплексами и др.); одиночными находками артефактов. Но исторические особенности региона, а также высокая стоимость археологических разведок и раскопок поселенческих памятников привели к тому, что абсолютное большинство известных нам объектов археологического наследия представлено курганными погребениями. Территория Волгоградской области входила в ареалы обитания многих известных археологических культур и древних народов. Для многих из них эта территория стала местом формирования их культуры, исторической родиной (например, для полтавкинской, волга-донской археологических культур и др.)

Выявлен круг наиболее значимых проблем, связанных с выявлением, постановкой на учет и охраной памятников археологии на территории Волгоградской области: борьба с распространением кладоискательства и «черной» археологии, возрастание антропогенных нагрузок на почву и сопровождающие их неблагоприятные экологические факторы, приватизация земельных участков без предварительного археологического обследования, отсутствие музеефикации объектов археологического наследия, слабая их включенность в туристические маршруты.

Во втором параграфе – «Историко-архитектурное наследие. Исторические населенные места Волгоградской области» – раскрыты особенности историко-архитектурного наследия Волгоградской области. Черты дореволюционного историко-архитектурного наследия были определены, по мнению автора, рядом обстоятельств: катаклизмами региональной истории, богатой военными столкновениями; народными движениями, приводившими к масштабным разрушениям; долгое время сохранявшимся провинциальным характером местной жизни (статус крупнейших поселений региона не превосходил уездного или окружного уровня). Возраст архитектурного наследия не превышает конца XVII-XVIII вв.; представлен отдельными, в основном, культовыми памятниками, ансамблями исторической застройки центров Камышина, Дубовки, Ленинска, Урюпинска и ряда др., образцами традиционной архитектуры разных народов, проживавших на этой территории. Большая часть этих памятников отнесена к памятникам регионального значения. Статус памятников федерального значения присвоен военно-фортификационным сооружениям на месте строительства соединительных каналов рек Волги и Дона (90-е гг. XVIII в.) у ж.д. станции Петров Вал в Камышинском районе и архитектурному комплексу застройки бывшей немецкой колонии Сарепта (конец XVIII-XIX вв.) на южной окраине современного Волгограда.

Историко-архитектурное наследие советской эпохи более разнообразно и сохранно. Большая его часть сосредоточена в областном центре – Царицыне-Сталинграде-Волгограде, что связанно с неуклонным ростом его социально-экономического потенциала, приобретением им особого политико-идеологического статуса – города-героя, носящего имя Сталина, символа побед в Гражданской и Великой Отечественной войнах. Все это, а так же исторически сложившаяся специфика организации территории города – линейная, способствовало воплощению здесь авангардных архитектурных проектов своего времени. Он стал одним из образцов застройки индустриальных социалистических городов 1930-х гг.; а всемирно-историческое значение Сталинградской битвы превратили его в город-монумент, символ Победы советского народа, что отразилось в облике послевоенного Сталинграда-Волгограда.

Раскрывая современные региональные проблемы охраны историко-архитектурного наследия Волгоградской области автор пришла к выводу, что архитектурное наследие региона, несмотря на его разнообразие (культовые памятники разных народов, традиционное жилье различных этнических групп, шедевры зодчества ХIX – XX вв.) находится в критическом состоянии. Оно определено недостаточным бюджетным финансированием работ, связанных с сохранением и защитой памятников архитектурного наследия, в частности паспортизации памятников; слабость профессиональной реставрационной базы в регионе; отсутствием соответствующих требованиям времени нормативно-правовых документов; инертностью и некомпетентностью заинтересованных в решении этой проблемы государственных и общественных организаций; исключением из списка исторических поселений Российской Федерации в 2010 г. 17 исторических поселений Волгоградской области, прежде всего областного центра.

В третьем параграфе – «Художественное наследие в структуре культурного наследия региона» – на материалах музейных коллекций изобразительного искусства выделяются особенности художественного наследия Волгоградской области.

В диссертации показано, что художественная жизнь современного Волгограда и история его музейных художественных коллекций изобилует большими перерывами в своем развитии; их роль в культурном пространстве региона в разные годы была неравноценной. Автор подчеркивает позднее формирование устойчивых традиций в этой области культурной жизни и культурного наследия, объясняя это отдаленностью региона от культурных центров России; поздним появлением здесь профессионального художественного образования; слабостью меценатских благотворительных традиций среди местного купечества и промышленной буржуазии; неразвитостью частного коллекционирования; масштабами разрушений ХХ в., требующими восстановления и реконструкции, прежде всего, промышленного потенциала региона. Город дважды полностью лишался своих собраний изобразительного искусства в годы Гражданской и Великой Отечественной войн. Современное собрание Волгоградского музея изобразительных искусств начало формироваться с 1960 г. и в настоящее время обладает фондом из более 7 тысяч произведений живописи, графики, скульптуры, декоративно-прикладного искусства отечественных и зарубежных мастеров XVII- XX вв., коллекциями античного искусства и произведений волгоградских художников.

Особое внимание автор уделила анализу коллекции живописи и графики, а также социокультурной деятельности в крае И.И.Машкова – одного из основоположников русского авангарда начала ХХ в. и признанного советского художника, земляка, чье имя Волгоградский музей изобразительных искусств носит с 2010 г. В 1930-1937 гг. художник проводил грандиозный культурный эксперимент по превращению родной станицы Михайловской Хоперского округа Нижневолжского края в образцовый сельскохозяйственный городок социалистической культуры. Итогом стало создание коллекции художественных полотен, запечатлевших виды станицы Михайловской и ее обитателей, формирование обширного документального фонда и рукописных материалов, включая сочинение И.И. Машкова по истории станицы Михайловской «В своих краях». Изучение его деятельности расширило современные представления о видах социалистической утопии и возможностях ее реализации на практике.

Показана роль частных галерей и возросших численно в 1990-х гг. новых художественных собраний в составе краеведческих музеев области в пополнении и сохранении современного художественного наследия Волгоградской области. Среди них особо отмечается Областная детская художественная галерея, которая стала первым в России государственным музеем для детей.

Основными проблемами сохранения и использования изобразительного художественного наследия Волгоградской области являются: отсутствие в Волгограде и, особенно, в области, существенного слоя людей, имеющих потребность в приобщении к миру прекрасного, художественному осмыслению действительности; недостаточном развитии художественного образования, в том числе и в общеобразовательных учреждениях и учреждениях дополнительного образования; кадровый дефицит искусствоведов и других специальностей, подготовка которых осуществляется за пределами региона; несформированность традиций меценатства; общие для учреждений культуры финансовые трудности; отсутствие у Волгоградского музея изобразительных искусств самостоятельного и должным образом оборудованного здания; небольшое число постоянно действующих образовательных, просветительских программ, лекториев, проводимых на базе музея, что могло бы дать приток постоянных посетителей.

В четвертом параграфе – «Актуализация нематериального культурного наследия на примере Волгоградской области» – автор подчеркнула, что обнаружение образцов и фиксация нематериального культурного наследия уже представляют собой его сохранение. Изучение, а, следовательно, и сохранение фольклора началась на территориях современной Волгоградской области со второй трети XIX в. Первоначальный дореволюционный этап этой деятельности был связанн с Донским областным статистическим комитетом и Саратовской ученой архивной комиссией, которые первыми приступили к изучению культуры конфессиональных групп и народов Нижнего Поволжья и Волго-Донского междуречья: говоров, обычаев, обрядов, верований, фольклора, промысловых занятий.

Сохранение образцов народной нематериальной культуры сегодня связанно с деятельностью районных краеведческих музеев, включая такие крупные музейные комплексы, как государственный историко-этнографический и архитектурный музей-заповедник Старая Сарепта, музей народной архитектуры и быта в Иловле, сохранившихся благодаря беспримерному энтузиазму их сотрудников в отдельных населенных пунктах клубов и домов культуры, этно-национальных центров и народных фольклорных творческих коллективов, органов местного самоуправления Волгоградской области, например, в рамках специализированных программ: «Исследование истории межнациональных отношений на территории Волгоградской области» (1990-1991 гг.), «Этнокультурное исследование донских верховых казаков» (1998 г.), «Исследование этнокультурных особенностей населения Волгоградской области» (2000-2003 гг.). В результате был собран и проанализирован богатейший материал, отражающий этнокультурные особенности и традиции устного народного творчества, включая язык как носитель нематериального культурного наследия, ономастику, ритуалы и праздники, традиционные промыслы и другие виды нематериального культурного наследия донских казаков, русского земледельческого населения, украинцев, поволжских немцев, татар и казахов-букеевцев. При этом автор отмечает, что только исследователи культуры казаков пользуются поддержкой местных органов власти.

Помимо всеобщих проблем сохранения и использования нематериального культурного, связанных во многом с распадом живых традиций передачи народных обычаев, фольклора, навыков промыслового хозяйства, в качестве субъектов которых выступали такие общественные институты как семья, община, трудовой коллектив, существуют и региональных проблемы. При невостребованность научных результатов уже проведенных исследований, происходит замена их мифологизированными в русле современных политических установок или популяризированными образцы национальной культуры, для Волгоградского региона это особенно заметно на примере культуры казачества. Современные демографические процессы изменяют национальную и конфессиональную карту области, поэтому культура некогда многочисленных народов, например немцев Поволжья, перестает быть актуальной из-за отсутствия ее носителей. Слабость на местном уровне кадрового потенциала этнографических, фольклорных исследований привели к существованию огромных информационных лакуны о культуре большинства народов Нижнего Поволжья.

Заключение. В заключении подводятся итоги и делаются основные выводы.

Основные положения и выводы диссертации изложены в следующих публикациях:

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, включенных в перечень периодических изданий ВАК РФ:

Галкова О.В. Проблемы изучения культурного наследия в отечественной историографии XVIII – первой половины XIX в. //Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Серия «Социально-экономические науки и искусство». 2008. № 3 (27). С.108-111. 0,5 п.л.

Галкова О.В. Зарубежная историография культурного ландшафта //Вестник Саратовского социально-экономического университета. 2008. № 2 (21). С. 122-125. 0,7 п.л.

Культурный ландшафт как часть всемирного наследия (по документам ЮНЕСКО) //Вестник Саратовского социально-экономического университета. 2008.№ 4. (23). С. 156-159. 0,5 п.л.

Галкова О.В. Культурное наследие: современные подходы и проблемы //Вестник Московского государственного университета культуры и искусства. № 6. Москва, 2008. С.43-46. 0,75 п.л.

Галкова О.В. Памятник культуры: современные подходы к интерпретации //Вестник Московского государственного университета культуры и искусства. 2009. № 2. С.182-187. 0,5 п.л.

Галкова О.В. Взаимодействие природы и общества как методологическая основа целостного подхода к анализу Всемирного наследия //Вопросы культурологии. 2010. №9. С. 9-14. 0,5 п.л.

Галкова О.В. К проблеме типологизации памятников истории и культуры //Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Серия «Социально-экономические науки и искусство». 2010. №3 (47). С.95-100. 0,75 п.л.

Галкова О.В. Международные документы о сохранении и защите нематериального культурного наследия //Вестник Волгоградской академии МВД России. № 4.(15). 2010. С. 167-172. 0,5 п.л.

Галкова О.В. Роль современных информационных технологий в сохранении нематериального культурного наследия //Теория и практика общественного развития. Научный журнал. 2011. № 3. С. 113-115. 0,4 п.л.

Галкова О.В. Роль дискуссии об охране памятников в Ленинграде в 1960-х гг. в вовлечении рядовых ленинградцев в деятельность по сохранению культурного наследия //Теория и практика общественного развития. Научный журнал. 2011. № 7. С. 128-131. 0,4 п.л.

Монографии:

Волгоградский государственный педагогический университет (1931-2006 гг.). Краткая история. Волгоград: Издательство ВГПУ «Перемена», 2006. Коллективная монография. 16,8 п.л. Авторский вклад – 2 п.л.

Волгоградский государственный социально-педагогический университет (1931-2011 гг.). Краткая история. 2-е издание, исп. и доп. Волгоград: Издательство ВГСПУ «Перемена», 2011. Коллективная монография. 18 п.л. Авторский вклад – 2 п.л.

Галкова О.В. Российские традиции охраны отечественного культурного наследия: монография. Волгоград: Издательство ВГСПУ «Перемена», 2011. 14 п.л.


загрузка...