Медвежий культ и отражение его в устной народной прозе русских старожилов Восточной Сибири: семантика, сюжетно-мотивный фонд нарративов, номинации (21.11.2011)

Автор: Медведева Галина Витальевна

Медведева Галина Витальевна

Медвежий культ и отражение его в устной народной прозе русских старожилов Восточной Сибири:

семантика, сюжетно-мотивный фонд нарративов, номинации

Специальность 10.01.09 – фольклористика

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Иркутск 2011

Работа выполнена на кафедре литературы ФГБОУ ВПО

«Восточно-Сибирская государственная академия образования»

Научный консультант: доктор филологических наук

Матвеева Руфина Прокопьевна

Официальные оппоненты: доктор филологических наук

Кузьмина Евгения Николаевна

доктор филологических наук

Кляус Владимир Леонидович

доктор исторических наук, профессор

Дашиева Надежда Базаржаповна

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Бурятский

государственный университет»

Защита состоится «25» января 2012 г. в часов на заседании диссертационного совета Д 003.027.02 при Учреждении Российской академии наук Институте монголоведения, буддологии и тибетологии Сибирского отделения РАН (670047, г. Улан-Удэ, ул. Сахьяновой, 6).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Бурятского научного центра СО РАН (670047, г. Улан-Удэ, ул. Сахьяновой, 6).

Автореферат разослан « » декабря 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Б-Х.Б. Цыбикова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Диссертация посвящена многоплановому анализу «медвежьего» фольклора русских старожилов Восточной Сибири. В центре внимания находятся ключевые идеи, представленные в фольклоре, мифологии, народной терминологии и охотничьей обрядности. Исследование носит междисциплинарный характер, в нем ставится и решается широкий круг задач из области фольклористики, лингвистики, этнологии. 

Образ медведя в материальной и духовной культуре многих народов Северной Евразии известен с глубокой древности. Он отражен в памятниках изобразительного искусства, в фольклоре, верованиях и обрядовой деятельности. Медведь имел отношение к разнообразным сферам жизнедеятельности человека, занимал в них важное место, что привело к сложению так называемого "культа медведя".

Из всего многообразия первобытных культов медвежий культ — наиболее важная веха в культурной истории человечества, свидетельствующая «об интеллектуальном выделении человека из природы и становлении в его сознании картины мира» (Столяр, 1971, 145).

Самые первые сведения о культе медведя отмечены в эпохе палеолита, о чем говорят археологические находки — «медвежьи пещеры» — хранилища костей хищника. Такие памятники выявлены в начале XX столетия в альпийской зоне Центральной Европы. Культ медведя имел больший ареал, он «охватывал Скандинавию и Кольский полуостров, Северо-Восточную Европу, всю таежную Сибирь, Амурский край и таежную зону Северной Америки. Следы культа медведя найдены в Швейцарии, а в античную эпоху также во Фракии, в различных странах Малой Азии и в Тавриде» (Васильев, 1948, 78).

На территории России следы медвежьего культа найдены в Ильинской пещере близ Одессы, в Ярославском крае (могильники Фатьяновской культуры II тысячелетия до н.э.) (Рыбаков, 133-134). По словам Б. А. Рыбакова, важным доказательством существования медвежьего культа у славян являются находки на городище Тушемля на Смоленщине, датируемом VII-VIII вв. н.э., т.е. тем временем, «когда славянская колонизация продвигалась в толщу балто-литовских и финно-угорских племен» (Рыбаков, 141). В результате археологических работ было обнаружено овальное городище, в одном из его дворов «находилась небольшая столбовая ограда, внутри которой обнаружен вертикально врытый столб, увенчанный сверху черепом медведя. Значит, главным персонажем в священном месте данного укрепленного поселка… была голова медведя или шкура, облекавшая центральный столб... Здесь налицо ритуальное отчленение головы и шкуры медведя и поклонение им» (Рыбаков, 141-142). Подобные обряды и предназначенные для них святилища, — отмечает исследователь, — и «являются тем посредственным звеном, которое связывает идущую из мустерьерской глубины первичную медвежью магию с позднейшими отголосками тотемического медвежьего культа в русских сказках и белорусских комоедицах XIX в.» (Рыбаков, 142). В дополнение к этнографическим источникам Н.Н. Воронина Б.А. Рыбаков привлекает данные традиционной вербальной культуры, в частности, сказки о медведе и описания белорусской комоедицы, считая их ярким свидетельством существования культа медведя у славян.

В то же время в среде ученых сложилось устойчивое мнение о том, что в народных воззрениях восточных славян поверья о животных, в том числе о животных-оборотнях, сохранились в весьма отрывочном виде (Токарев, 1957, 43). Материалами, которые могли бы подтвердить существование медвежьего культа у восточных славян, как полагают некоторые исследователи, могли бы стать фольклорные данные русского старожилого населения Сибири. Именно на них как на один из важных источников изучения медвежьего культа указывает С. А. Токарев (Токарев, 1957, 43). Об этом пишет и Б. А. Рыбаков, считая важным делом «установить наличие у восточнославянских народов (...) следов медвежьего праздника» (Рыбаков, 1997, 140). Некоторые ученые полагают, что особой ценностью обладают материалы народной прозы, «сопоставленные и рассмотренные в единстве», они, «несомненно, указывают на существование у восточных славян культа медведя со всеми характерными для этого культа представлениями, родственными тем, что хорошо известны по материалам верований и обрядов других народов, в частности, сибирских» (Юдин, 29).

Однако такие материалы немногочисленны. Одни из них нашли отражение в статье А.М. Поповой, Г.С. Виноградова «Медведь в воззрениях русского старожилого населения Сибири», опубликованной в 1936 году. В нее вошли несколько мифических рассказов о медведе, собранных в начале 1920-х годов, среди них — сюжеты о человеческом происхождении медведя (там же, 78-79) и о сожительстве женщины с медведем (там же, 80). Как замечают сами авторы, это лишь «небольшой материал, добытый... у русского старожилого населения Сибири» в двух уездах: в Тулуновской волости Нижнеудинского уезда и в Яндинской волости Балаганского уезда Иркутской губернии (там же, 78). Следует отметить статью Ф.Ф. Болонева, Ф.Е. Фурсовой «Культ медведя в верованиях крестьян Сибири» (Болонев, Фурсова, 2003). Приведенные в ней материалы позволили ученым констатировать наличие у русского населения Сибири культа медведя, о чем свидетельствуют: поверья, привязанные к “естественному”, живому или мертвому, медведю, “хозяину леса”; сложный сплав верований относительно медведя-оборотня, в которого превращался человек в силу определенных обстоятельств, обрядов; комплекс календарных обычаев и обрядов, связанных с ряжением медведем (там же). Кроме того, имеются неопубликованные материалы. Это несколько текстов, записанных в русских селениях Пичугской волости Приангарского края этнографом А.А. Савельевым во время его ссылки в период с 1910 г. по 1917 г. (тексты хранятся в фонде фольклорного архива Государственного литературного музея /инв. 4; № 1274/; 12 рассказов, зафиксированных в 1970-х годах Е.И. Шастиной у русских, проживающих на Лене, Нижней Тунгуске; несколько текстов, записанных В.П. Зиновьевым в Забайкалье; все они находятся в личных архивах фольклористов, а также в фольклорном архиве Восточно-Сибирской государственной академии образования.

Прояснение вопроса стало возможно лишь в результате длительных планомерных полевых исследований, предпринятых автором данной работы в период с 1980 г. по 2011 г. В процессе собирательской деятельности нами была разработана специальная Программа, на основании которой был собран обширный материал о почитании медведя среди русского населения Восточной Сибири. В результате тридцатилетних полевых изысканий были выявлены живые очаги бытования «медвежьего» фольклора на территории Восточной Сибири:

1) Приленье: Иркутская область (Жигаловский, Казачинско-Ленский, Качугский, Киренский, Усть-Кутский районы); Республика Саха (Якутия) (Ленский район);

2) Нижняя Тунгуска: Иркутская область (Катангский район);

3) Ангаро-Енисейская зона: Красноярский край (Абанский, Богучанский, Енисейский, Казачинский, Канский, Кежемский, Мотыгинский, Тасеевский, Туруханский районы); Иркутская область (Балаганский, Братский, Нижнеилимский, Усть-Илимский, Усть-Удинский, Чунский районы);

4) Присаянье: Иркутская область (Заларинский, Зиминский, Куйтунский, Нижнеудинский, Тайшетский, Тулунский, Черемховский районы); Республика Бурятия (Тункинский район);

5) Прибайкалье: Республика Бурятия (Баргузинский, Кабанский, Курумканский, Северо-Байкальский районы); Иркутская область (Ольхонский район);

6) Забайкалье: Республика Бурятия (Баунтовский, Заиграевский, Кижингинский, Кяхтинский районы и др.); Читинская область (Акшинский, Балейский, Борзинский, Каларский, Калганский, Карымский, Краснокаменский, Красночикойский, Кыринский, Нерчинский, Могочинский, Петровск-Забайкальский, Сретенский, Тунгокоченский, Чернышевский, Читинский, Шелопугинский, Шилкинский районы и др.).


загрузка...