ИСТОРИЯ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА РОССИИ (IX — XIX вв.) (20.04.2009)

Автор: Амплеева Татьяна Юрьевна

6. Типологическое развитие российского уголовного процесса.

6.1. Изучение формы древнерусского процесса позволило обозначить заметную тенденцию к его дифференциации. В основе этой тенденции была попытка выработать такие формы судопроизводства, которые бы наиболее адекватно решали основную задачу процесса, — разрешение социального конфликта путем удовлетворения потерпевшей стороны. В уголовном процессе Древней Руси заметно преобладали элементы состязательности. Форма судопроизводства варьировалась в зависимости от сложности преступления и обстоятельств его совершения. Существовало упрощенное производство по делам, совершенным в условиях так называемой очевидности. Исследование показало, что наличие институтов «послушества», «сочения», «гонения следа» и «свода», восходящих к периоду глубокой архаики, было обусловлено стремлением к дифференциации процесса в рамках существовавших способов разрешения конфликтов, таких как самосуд, самоуправство, суд общины и княжеское правосудие.

6.2. С процессом централизации связано становление уголовной юстиции в Московском государстве. В этот период в качестве наиболее опасных, с точки зрения власти, преступных деяний выделяются государственные (политические преступления), объединенные понятием «слово и дело государево». К особой подсудности были отнесены правонарушения, совершенные «ведомыми лихими людьми», т.е. профессиональными преступниками. Для этих категорий преступлений предусматривается специальное розыскное производство. На первых порах существования Московской Руси уголовный процесс осуществлялся в двух формах: в розыскной и состязательной. Затем «розыск» как особая форма процесса, имевшая в своем арсенале целый комплекс хорошо отработанных процессуальных действий, стал применяться для раскрытия, расследования и разрешения по существу всех уголовных дел. Существенно изменились цели и задачи уголовного судопроизводства. Если в Киевской Руси основной целью судопроизводства было восстановление нарушенного права потерпевшего, то в Московском государстве приоритет отдавался защите от преступных посягательств государственной власти и самодержавного строя.

6.3. Несмотря на преобладание розыскного начала, уже в петровскую эпоху были заложены основы особого исторического варианта российского уголовного процесса, который можно назвать следственно-розыскным и который в следующем столетии достигнет высшей точки своего развития. Петровское законодательство вводит в судебную практику формализацию оценки доказательств, в качестве единственной в тех условиях гарантии прав обвиняемого и возможности ограничения произвола судей. Созданная Петром I система формальных доказательств, отшлифованная в екатерининское правление, может рассматриваться в качестве теоретической основы развития современного института допустимости доказательств. Окончательное оформление этого типа судопроизводства произошло после составления Свода законов Российской империи. Во второй книге XV тома Свода законов редакции 1857 г. можно найти многие положения уголовного процесса, не просто имевшие давние исторические корни, но и не утратившие своей актуальности и в наше время (например, дела частного обвинения и частнопубличного обвинения, институт сроков предварительного следствия, институт приостановления предварительного следствия и др.).

6.4. В качестве особого исторического типа можно рассматривать уголовный процесс, сложившийся в ходе проведения Судебной реформы 1864 г. В отличие от организации судебной власти, новый тип процесса не был революционной формой. Его следует рассматривать как эволюционный вариант того процесса, который сложился в России в период между изданием Свода законов и принятием Устава уголовного судопроизводства.

7. Обязательными условиями эффективности осуществления государством своих властных полномочий в отношении преступности следует считать необходимость активной поддержки обществом уголовной политики государства и возможность участия народа в отправлении правосудия.

Как показывает опыт исторического развития российского государства, существование самостоятельной и независимой судебной системы, соблюдения законности и справедливости в применении закона невозможны в условиях авторитарного механизма функционирования власти. Разработанная на принципах, не совместимых с самодержавным характером российской власти, Судебная реформа 1864 г. повлекла за собой появление непримиримого противоречия между существовавшими в стране политическими условиями и созданной вопреки этим условиям судебной системой. Нет ничего удивительного в том, что условия оказались сильнее. Российский суд довольно быстро вернулся в свое обычное состояние — верного проводника и исполнителя самодержавной воли.

8. Факторы формирования уголовной политики государства. В процессе исследования выявлены важнейшие факторы, влияющие на формирование уголовной политики государства в его историческом развитии. К ним автор диссертации относит: политический, географический, религиозный факторы, а также фактор социальной организации общества. Значительную роль в реализации уголовной доктрины государства играют: исторические условия и правовая культура, ими обусловленная.

Обоснованность и достоверность результатов исследования. Результаты настоящего исследования основываются на широком аналитическом обобщении различных научных, нормативных и иных источников, общим объемом 800 единиц. Были использованы документы более чем из 400 томов архивных дел.

Теоретическое значение исследования заключается в постановке и решении научной проблемы в рамках одного из перспективных направлений истории отечественного государства и права — обосновании концепции уголовного судоустройства и судопроизводства как важнейших элементов уголовной политики государства. В диссертационной работе сформулированы выводы, развивающие и дополняющие ряд разделов в теории государства и права, истории государства и права, изучающих процесс возникновения, становления и развития российской государственности, права и правовых институтов.

Результаты диссертационного исследования содействуют созданию более полного научного представления о месте и роли судебной власти в России, типологическом развитии уголовного процесса.

Практическая значимость работы обусловлена возможностью использования исторического опыта в правовой модернизации современной России, при разработке современной концепции развития и укрепления законности и правопорядка. Изложенные в диссертации выводы и предложения имеют концептуальную и научно-практическую значимость для совершенствования уголовно-процессуального законодательства и уголовной политики государства.

Основные положения диссертационной работы могут быть использованы в общетеоретических и отраслевых научных исследованиях, затрагивающих вопросы становления отечественного государства и права, при разработке учебных программ, учебников и учебно-методических пособий по отечественной истории, истории и теории государства и права, в процессе преподавания в юридических вузах историко-теоретических и отраслевых профессиональных дисциплин.

Апробация результатов исследования. Основные положения, выводы, предложения и рекомендации, сформулированные в диссертации, нашли свое отражение в опубликованных автором монографиях: «История судоустройства и уголовного судопроизводства в России (IX—XIX вв.). Кн. 1. Средневековая Русь». М., 2005; «По закону русскому. История уголовного судопроизводства Древней Руси». М., 2006; «История судоустройства и уголовного судопроизводства в России (IX—XIX вв.). Кн. 2. Императорская Россия». М., 2008.

Основное содержание и базовые положения диссертации получили освещение в девяти публикациях в журналах, включенных Президиумом ВАК Министерства образования и науки РФ в перечень ведущих научных журналов, в докладах и сообщениях на международных, общероссийских и региональных научных, научно-теоретических и научно-практических конференциях: «Юридическая наука XXI века: продолжение традиций» (Москва, февраль 2002); «Актуальные теоретические и практические проблемы нового уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (Москва, март 2003); «48-е Криминалистические чтения» (Москва, ноябрь 2006); VI Всероссийской научно-практической конференции «Государство. Право. Управление» (Москва, апрель 2007); Вузовской юбилейной научно-практической конференции, посвященной 85-летию со дня рождения профессора Р. С. Белкина и юбилеям его учеников» (Москва, сентябрь 2007); «Теоретические проблемы развития правовой системы России» (Москва, май 2007).

Полученные автором в ходе исследования результаты были использованы при разработке и чтении лекционного курса «История отечественного государства и права», специальных курсов: «Проблемы становления российской государственности», «Правовой нигилизм в России: история и современность», при проведении семинарских занятий со студентами Международного института управления МГИМО (У) МИД России, Юридического института МИИТа.

В процесс подготовки диссертация рецензировалась и обсуждалась на кафедре правового обеспечения управленческой деятельности МГИМО (У) МИД России.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Диссертация состоит из введения, трех разделов, включающих девять глав, которые в свою очередь делятся на параграфы, заключения и библиографии.

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются цели и задачи диссертационного исследования, его методологическая и источниковая основа, показывается научная новизна основных положений, выносимых на защиту, и их научно-практическое значение.

Раздел первый «Судопроизводство Древней Руси (IX—XIV вв.)» связан с исследованием происхождения доктринальных идей, выражавших отношение общества и зарождавшегося восточно-славянского государства к преступности, т.е. того, что понимается под преступлением, какие виды наказаний используются и каковы их цели. В разделе определяются задачи борьбы с преступностью, а также методы и средства реализации этих задач. Рассматривается процесс становления базовых понятий уголовного права, основных институтов и организации процесса. Изучается эволюция способов разрешения конфликтов в обществе, начиная с древнейших времен и до появления княжеской юстиции.

В первой главе раздела «Правовые основы древнерусского судопроизводства» обстоятельно анализируются условия, факторы и особенности становления и последующего развития древнерусской правовой системы.

Организация и характер судопроизводства Древней Руси в значительной степени определялись особенностями политического устройства Древней Руси. На развитие древнерусского права влияло несколько факторов: община (сельская и городская) как основная социальная организация древнерусского общества, хранившая традиционные правовые институты и обычаи; власть князя, олицетворявшая собой власть государственную; и после принятия христианства — Русская православная церковь, опиравшаяся на хорошо разработанную систему канонического права. Однако на протяжении всего периода существования Киевской Руси основной формой и источником права был правовой обычай, имевший древние корни, восходящие к племенной организации.

Уголовная политика как явление, отражающее отношение власти к преступности, начала складываться в процессе становления Древнерусского государства. Власть киевского князя, постепенно распространявшаяся на новые территории, признавала местные обычаи и традиции, но в то же время стремилась дополнить имеющуюся правовую систему собственными правовыми нормами, закрепляющими и регламентирующими новое общественное и государственное устройство. Те обычаи, которые признавались и санкционировались властью, пусть даже это происходило в устной форме (например, Закон Русский), приобретали статус обычного права, на базе которого создавались первые нормативные правовые акты древней Руси. К ним относятся международные договоры Руси с греками, торговые договоры Новгорода с Готландским берегом и Ригой, Смоленска с Ригой и Готским берегом, Русская Правда, княжеские Уставы, Новгородская и Псковская судные грамоты.

Среди древнерусских законодательных памятников Русская Правда занимает особое место не только потому, что регулирует широкий спектр современных ей общественных отношений, но в большей степени потому, что отражает динамику развития древнерусских правовых институтов. Долгая история существования этого законодательного акта и те многочисленные изменения и дополнения, которым он подвергался, требуют особого подхода к его изучению.

??????????®

+ эта тенденция начинает активно проявляться после принятия христианства, в области судоустройства — в связи с укреплением великокняжеского суда, а в области имущественных отношений — в связи с закреплением ряда обычаев в нормативных актах. Дольше всего правовой обычай сохранялся в судопроизводстве, так как древнерусский процесс, вплоть до первых Судебников, полностью опирался на общину.

Не все противоречия и конфликты, возникавшие в древнерусском обществе, могли разрешаться на основании правовых обычаев и законодательных норм. В динамично развивающемся государстве постоянно возникали новые сферы общественных отношений, которые настойчиво требовали правового регулирования. В таких ситуациях правовой вакуум ликвидировался в ходе судебного разбирательства. Судебное решение, вынесенное князем по какому-то конкретному делу, со временем превращалось в юридическую норму и закреплялось в законодательных актах, т.е. судебная практика создавала прецедент, приобретавший значение самостоятельного источника права.

В современной отечественной и зарубежной исторической литературе не сложилось единого мнения относительно степени влияния источников иностранного, прежде всего византийского, права на становление древнерусской правовой системы. Тем не менее, исходя из текстов международных договоров Руси с Византией, можно заключить, что определенное представление об основных византийских гражданско-правовых и уголовно-правовых институтах русские к IX в. уже имели. После принятия христианства на Руси начинает активно распространяться переводная греческая литература, появляются византийские сборники, собрания законов и церковных правил, сочиненных патриархом Константином и Иоанном Схоластиком в VI в. — Номоканоны. Эти сборники, дополненные нормами русского права и снабженные толкованиями, служили руководством для церковного суда. В период раздробленности создаются целые юридические сборники («Мерило праведное», «Правосудие Митрополичье»), своеобразные пособия для судей. Они не только дополняют и развивают нормы Русской Правды, но и выносят на повестку дня проблему организации судебной власти и принципов осуществления правосудия.

Современная наука не располагает бесспорными данными о прямом использовании норм византийского законодательства в Киевской Руси. Но для более позднего периода такие сведения имеются. Так, источники, относящиеся к началу XVII в., свидетельствуют о том, что «татей и разбойников» судили по «градческому суду». Общественно-политический строй Древнерусского государства настолько отличался от византийского, что механическое перенесение норм византийского права на русскую почву было невозможно. Однако нет никаких оснований отрицать влияние этого права на формирование древнерусской правовой культуры.

В Киевской Руси общее понятие преступления как деяния, отличного от частного правонарушения, начинает складываться только после принятия христианства. Четкой границы между деликтом и преступлением в древнерусском праве еще не проводилось. Под преступлением в текстах первых законодательных актов понималась «обида», т.е. любое причинение вреда личности и имуществу другого человека или корпорации (общине). Поскольку каждый иск рассматривался как обвинение, то и обвинение по уголовным делам носило частноправовой характер. Только убийство рассматривалось в судебном порядке независимо от предъявления иска, т.е. дела об убийстве вследствие особой общественной значимости являлись делами публичного обвинения.

Такая трактовка преступления соответственно определяла и сущность наказания, рассматриваемого как возмездие за нанесенную обиду или причиненный ущерб, а значит, и как способ удовлетворения потерпевшего. Причем, основанием для возмещения ущерба считалось не намерение, а конечный результат преступления. Причиненный преступным деянием вред нужно было компенсировать. Это обстоятельство предполагало наличие конкретного лица или лиц, обеспечивающих эту компенсацию.

После принятия христианства понятие преступления существенно меняется. Нормы канонического права трактуют любое преступление прежде всего как греховное деяние. Следовательно, преступление начинает расцениваться не только как причинение вреда личности или имуществу, но и как грех, требующий обязательного религиозного искупления. Формирование церковной юстиции привело к появлению новых видов преступлений, ранее не известных древнерусскому праву. Православная церковь активно влияет на развитие уголовного права. Она решительно требует от государственной власти воплощения в социальной практике принципов христианской морали, а главное — неотвратимости наказания за нарушение этих принципов. В древнерусском праве формируется доктрина законности, предполагающая правовое равенство всех свободных граждан перед законом.

Самыми распространенными видами наказания по Русской Правде были композиции и денежные штрафы. Композиция — возмещение вреда потерпевшему — представлена в Русской Правде в виде «головщины» — денежной компенсации за убийство или просто платы за ущерб, нанесенный преступлением.

Уголовный штраф (продажа или вира) — мера материального воздействия, применяемая государством, появляется в Русской Правде как наказание княжеское, «княжая казнь». Это свидетельствует о стремлении власти утвердить суд в качестве обязательного посредника в спорах частных лиц и обеспечить приток в казну денежных средств.

Памятники права удельного периода фиксируют усложнение процесса формирования основных принципов и институтов уголовного права. Под преступлением теперь понимается не только греховное деяние, наносящее ущерб личности или имуществу, но и грубое нарушение существующего порядка. Следовательно, понятие преступления определяется теперь с учетом не только интересов отдельной личности, корпорации, но и государства в целом. Начинают складываться общие принципы и понятия, относящиеся ко всем преступлениям. Появляются новые виды преступлений и наказаний. Усложняются и цели наказаний. Помимо удовлетворения потерпевшего и возмещения ущерба, наказание в этот период начинает рассматриваться и как возмездие за совершенное зло. Применение квалифицированной смертной казни и клеймение преступников безусловно служат целям устрашения и предупреждения преступлений. Для изучаемого периода характерно тесное взаимодействие материального и процессуального права. Законодательство этого периода определяло, в основном, способы преследования преступников и возмещения ущерба, поэтому предметом уголовного судопроизводства были не преступления, а преступники.

Во второй главе раздела «Судоустройство Киевской Руси» рассматриваются особенности становления и развитии системы судебных учреждений средневековой Руси, определяются базовые факторы, характеризующие этот процесс.

Судоустройство Киевского государства (IX—XII вв.) формировалось в рамках древнерусской правовой системы, в основе которой находились общинный быт и правовой обычай. В условиях господства правового обычая строилась и уголовная политика киевских князей, основной целью которой было поддержание социального равновесия в обществе. В течение всей эпохи господства обычного права наиболее распространенным способом разрешения споров был третейский суд или так называемый «вольный ряд», в судебных полномочиях которого наглядно проявлялась устойчивая традиция разрешения конфликтов без вмешательства государственной власти.

Одним из факторов, определяющих особенности исторического развития российской государственности, следует считать чрезвычайную устойчивость общинных институтов в качестве социальных гарантов выживаемости основной массы населения. Отсюда и значительные судебные полномочия общины, признаваемые властью. Разбирательство дела по иску потерпевшего производилось выбираемыми на общей сходке «добрыми людьми». Эти «добрые люди», как это видно из Правды Ярослава, могли вершить суд по всем делам, кроме убийства (татьба, нанесение телесных повреждений, оскорбления словом и действием, нарушение долговых обязательств). Среди органов, осуществлявших судебные функции в Киевский период, особое место занимало вече, представлявшее интересы всего населения и имевшее возможность не только контролировать княжеский суд, но и судить самостоятельно. Именно вече являлось коллективным хранителем обычаев, в том числе и правовых, сложившихся в определенных русских землях.

Судебная власть Великого князя Киевского распространялась на всю территорию государства. Вне его резиденции она осуществлялась местными князьями или их представителями. Занимая удел, князья вверяли право суда своим воеводам и тиунам, которые часто злоупотребляли своей властью. Следовательно, организация княжеского суда строилась на личной основе, в противоположность общественному общинному суду. Однако уже во второй половине XI в. князья превращают свою судебную функцию в особую прерогативу, обеспечивающую постоянный денежный доход. Немаловажную роль в этом, по мнению автора, сыграло принятие христианства. Церковь обеспечила княжеской власти прочную идеологическую поддержку и в полном соответствии с византийской традицией определила правосудие как важнейшую и исключительную прерогативу князя.


загрузка...