Судебная власть в Западной Сибири (1823–1917 гг.) (20.02.2012)

Автор: Крестьянников Евгений Адольфович

В ходе реформы М.М. Сперанского в Сибири принцип сословного судопроизводства нарушался. Сословные суды оставались, но отменялись выборы сельских заседателей в судебные органы, а избрание заседателей от горожан предоставлялось на их усмотрение. Сохранялись городовые суды, которые высоко ценились купцами и мещанами, однако те работали неэффективно, их деятельности были свойственны множественные недостатки. В середине XIX в. они упразднялись, а институт сословного депутатства в системе общих судов демонстрировал несостоятельность и в 1885 г. отменялся.

Поскольку судебная реформа 1897 г. в Сибири была ограниченной, в ходе ее реализации общественные интересы в известной мере мог соблюсти лишь один новый институт – почетные мировые судьи. В полной мере представительство общества в судебных учреждениях обеспечивал суд присяжных, установленный в 1909 г. Его введение сибирские жители встретили с воодушевлением, а в своей деятельности, несмотря на сложности организационного характера, он зарекомендовал себя весьма положительно.

Второй параграф – «Автономные юридические сообщества» – призван исследовать независимые от государства институты юстиции, с помощью которых обеспечивалась симметрия представительства в правосудии государственных и общественных интересов. Их необходимость диктовалась реализацией принципа состязательности судопроизводства.

Такие институты вызревали с задержкой и сложностями, вызванными откладыванием судебного реформирования и особенностями сибирских условий. Юридическая помощь преобладала в неорганизованном и нецивилизованном виде, которую оказывала местная «подпольная адвокатура». В силу заведенного с середины 1870-х гг. правила, судебная реформа 1897 г. не устанавливала в Сибири органов адвокатского самоуправления – советов присяжных поверенных, и адвокатура края, таким образом, оставалась разобщенной, что оставляло простор для деятельности «подпольных адвокатов».

Между тем, юристы испытывали острую потребность в независимости и объединении, что выразилось в учреждении Юридического общества при Томском университете (1901 г.), консультации поверенных при Томском окружном суде в 1902 г., попытках помощников присяжных поверенных округа Омской судебной палаты создать собственные комиссии. В начале ХХ в. продолжилось открытие адвокатских самоуправляющихся организаций, и в 1911 г. начал действовать совет присяжных поверенных в Западной Сибири, что следует оценивать позитивно. С учреждением совета адвокатура к своей выгоде стала более автономной. Борьба новой организации с недобросовестными поверенными также имела положительные последствия. Введением совета закладывался фундамент, содержащий потенциал для последующего успешного развития корпорации. Однако эти возможности появились у адвокатуры региона поздно, когда страна стояла на пороге кризиса, а поверенные вынуждались решать острейшие вопросы.

В третьем параграфе – «Обеспечение населения правосудием» – рассматриваются вопросы функционирования судебной власти, ее эффективности, воздействия на общество в контексте формирования правосознания сибиряков.

Разница между дореформенным и пореформенным судом в Российской империи заключалась в том, что первый находился во враждебных отношениях с обществом, второй – им формировался и был предназначен блюсти его интересы. Сибирская дореформенная юстиция не обладала авторитетом, действовала чрезвычайно медленно, иногда бездействовала, уровень ее доступности для населения был низок. Сибиряки часто пренебрегали судебной системой, предпочитая решать юридические проблемы самостоятельно, и самосуд являлся нормой сибирской жизни.

После реформы системы правосудия 1897 г. вскрывались недостатки в ее устройстве, обнажались пороки в организации судопроизводства. Перегруженность делами, многофункциональность органов юстиции, вынужденные разъезды судей, недостаток судебного персонала, нехватка материальных средств явно не приблизили правосудие к населению, что ожидалось, прежде всего, от мирового суда. «Далекий» суд – школа культивирования безнаказанности правонарушений, и скоро обозначилось недоверие к нему: сибиряки уже не надеялись на его способность удовлетворить их нужды. Недоверие к правосудию становилось агрессивным, враждебным, случаи самосуда учащались.

Опыт функционирования судебных мест в Западной Сибири XIX – начала ХХ в. отразил существенные изменения в общественной жизни страны и края. Юстиция, закрытая и недоступная для населения постепенно приближалась к нему, допускала к судопроизводству, а сама приобретала способность удовлетворять потребности подданных в правосудии. Однако, ограниченный в ходе реализации судебной реформы 1897 г., суд из-за многих недочетов в организации действовал не всегда результативно и не смог в полной мере доставить «суд скорый и правый» до общества.

В заключении подводятся итоги исследования.

Судебная власть Западной Сибири в XIX – начале ХХ в. вызревала в рамках общих тенденций развития российской юстиции и пережила изменения, которым подвергалось в то время отечественное правосудие. Уникальность трансформации сибирского суда заключалась в том, что в отличие от «внутренних губерний» России, где такие изменения произошли чрезвычайно резко, она происходила медленно и с многочисленными трудностями.

Дореформенный суд не обладал реальной властью, он, наделенный силой государственного принуждения, реализовывал ее в полном подчинении администрации и без участия общества, судебный процесс был предельно формализован и не допускал проявления инициативы судебным чиновником, не владел достаточными для осуществления правосудия людскими и материальными ресурсами, и этого не требовало само назначение судебной функции.

М.М. Сперанский, сосредоточив внимание на управленческих механизмах, не желавший дать Сибири больше, чем, она заслуживала, игнорировал общественный и человеческий факторы, а вопросы достойных вознаграждения за труд и служебной «обустроенности» тогда еще вообще никого не интересовали. Поэтому неудивительно, что судебный чиновник являлся малограмотным и невежественным, а его действия по службе диктовались обстоятельствами, в которые он был поставлен. Честность, ответственность, должностное рвение в силу объективных условий не относились к добродетелям работников юстиции.

Созданная М.М. Сперанским бюрократическая система действовала неэффективно (это доказывалось еще его современниками), а плюсом судебной системы являлось лишь то, что рядом находилась полиция, в Сибири до 1897 г. являвшаяся по сути органом юстиции. Ее участие в судопроизводстве только усугубляло проблемы правосудия, компрометируя его и делая недостижимым для населения.

В суде, закрытом для общества, надзор за законностью принадлежал прокуратуре, а за справедливостью решений следили сословные представители. Но место и роль первой не имели четкого определения, она была ограничена в возможностях, зачастую состояла из лиц сомнительного происхождения, имевших слабое представление о том, что такое закон. Депутаты от сословий, полностью подчиненные коронному судье, как правило, малообразованные, вряд ли являлись гарантом справедливости судопроизводства.

Отношения государства – суда – населения строились на началах, свойственных традиционному обществу. Для деятельности дореформенных судов Западной Сибири были характерны волокита, беспорядок в делопроизводстве, множественные упущения и злоупотребления, он не стремился доставить правосудие сибирским подданным, а те, в свою очередь, не спешили обращаться за помощью в судебное ведомство. И те, и другие, не испытывая взаимных симпатий, сочетались в подчинении патерналистски сложенному самодержавию, в котором сосредотачивались все справедливости и милости.

Однако ускорение модернизации усложнило общественные и хозяйственные отношения, повысило социальную активность человека, умножив возможности горизонтальной социальной мобильности. Несложные для понимания идеи, что обеспечить соблюдение прав общества может только само общество, спор о праве разумнее всего решать состязанием, а чтобы в нем заранее не было преимуществ ни у одной из сторон, необходимо сделать судебную власть независимой от других властей, воплотились в Судебных уставах 1864 г. Суд присяжных, выборный мировой суд, автономная адвокатура стали установлениями, представлявшими общественные интересы в ведомстве юстиции.

Западная Сибирь включалась в процесс общей модернизации. Регион широкими шагами «шел к праву». Его бурное социально-экономическое и культурное развитие сделало невозможным сохранение прежних порядков в суде. Дореформенная судебная система и ранее никого не удовлетворявшая, сейчас совершенно диссонировала с действительностью.

С другой стороны, «право шло к Сибири». Контрреформы давали свои плоды, и Судебные уставы применялись в России самыми разнообразными способами, и уже среди их вариантов не могло не найтись таких, которые бы не могли приспособиться к краю. Реформа 1897 г. положила начало гласному, состязательному, равному для всех суду, правда, связав его деятельность рядом ограничений. Тем не менее, уходила в прошлое зависимость судебной власти от администрации, суд приближался к населению, а общество получило потенциал, позволявший обеспечить защиту прав своих представителей в суде. Западносибирская юстиция приобрела реальную власть и имела возможность парировать претензии на нее. Судебная реформа 1897 г. создала условия для включения региона в общее правовое пространство империи.

Между тем, медленность преобразований и ограничения реформ были вызваны особым отношением самодержавия к Сибири, которое определялось уровнем связей между метрополией и колонией, центром и периферией. Имперское сознание столичного чиновничества, боязнь демократических настроений местного населения побуждали правительство, не учитывая пожеланий представителей сибирской общественности, игнорировать, не замечать потребностей региона в судебных преобразованиях и искажать при их проведении основы прогрессивного либерального судебного порядка. Цель политики царизма состояла в том, чтобы с наименьшей затратой усилий и средств получить наибольшие выгоды от эксплуатации региона. Лишь тогда, когда в правительственных кругах отчетливо осознавали, что деятельность сибирского суда находится в кризисном состоянии, мешающем развитию региона и использованию его ресурсов, ведущем к падению авторитета самодержавной власти, царизм уделял внимание переустройству судебных порядков. Глубина судебных реформ в Сибири была ровно такой, чтобы с наименьшими расходами казны ликвидировать наиболее вопиющие недостатки в устройстве суда, и восстановить, как хотелось государственным чиновникам, пошатнувшийся престиж царской власти.

Потому при проведении судебных реформ в Западной Сибири в разной степени ограничивались принципы независимости суда, несменяемости судей, состязательности, устности судопроизводства. Судебная организация, в соответствии с существовавшими в правительственных кругах представлениями об ее месте в системе государственных учреждений и роли в Сибири, становилась звеном в цепи правоохранительных органов, что приводило к пагубному для справедливости правосудия обвинительному уклону уголовного судопроизводства. Суды, призванные стать проводником самодержавной воли в крае, в действительности не обладали необходимыми средствами для осуществления этого.

Содержание диссертации отражено в следующих основных научных публикациях

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах, определенных ВАК Министерства образования и науки РФ:

1. Крестьянников Е.А. Юридические консультации в дореволюционной России и консультация г. Томска // Вестник Тюменского государственного университета. Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 2007. № 1. С. 201–205 (0,5 п.л.).

2. Крестьянников Е.А. Суд присяжных в дореволюционной Сибири // Отечественная история. М.: Изд-во РАН, 2008. № 4. С. 37–47 (1,1 п.л.).

3. Крестьянников Е.А. «Великая реформа»: к 100-летию введения суда присяжных в Сибири // Гуманитарные науки в Сибири. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2010. № 1. С. 45–48 (0,6 п.л.).

4. Крестьянников Е.А. Тобольские губернаторы в стратегии развития юстиции региона (конец XIX – начало ХХ в.) // Вестник Тюменского государственного университета. Серия: История. Филология. Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 2010. № 1. С. 53–59 (0,5 п.л.).

5. Крестьянников Е.А. «Подпольная адвокатура» и консультации поверенных в дореволюционной России: из сибирского опыта // Российская история. М.: Изд-во РАН, 2010. № 4. С. 167–176 (0,9 п.л.).

6. Крестьянников Е.А. Материальные и людские ресурсы судебной власти Западной Сибири в 1870-е – 1890-е гг. // Вестник Томского государственного университета. История. Томск: Изд-во ТомГУ, 2010 № 4. С. 14–21 (0,5 п.л.).

7. Крестьянников Е.А. Отмена системы формальных доказательств в дореволюционной России // История государства и права. М.: Изд-во «Юрист», 2010. № 21. С. 31–34 (0,4 п.л.).

8. Воропанов В.А., Крестьянников Е.А. Сословное правосудие в Западной Сибири (1822–1885 гг.) // Вестник Тюменского государственного университета. История. Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 2011. № 2. С. 116–120 (0,4/0,2 п.л.).

9. Крестьянников Е.А. Последние исследования по истории юстиции Западной Сибири конца XIX – начала ХХ в. // Вестник Тюменского государственного университета. История. Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 2011. № 2. С. 193–195 (0,3 п.л.).

10. Крестьянников Е.А. Генерал-губернаторы и губернаторы Западной Сибири в стратегии развития судебной системы края (1820-е – середина 1880-х гг.) // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Изд-во «Грамота», 2011. № 3. Ч. 1. С. 84–88 (0,6 п.л.).

11. Крестьянников Е.А. Условия жизни и деятельности мировых судей Западной Сибири в конце XIX – начале ХХ в. // Гуманитарные науки в Сибири. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2011. № 2. С. 26–29 (0,5 п.л.).

12. Анкушева К.А., Крестьянников Е.А. Формирование списков присяжных заседателей Тобольской губернии в начале ХХ в. // Вестник Академии права и управления. М.: Изд-во Академии права и управления, 2011. № 24. С. 119–126 (0,6/0,3 п.л.).

Монография:

13. Крестьянников Е.А. Судебная реформа 1864 г. в Западной Сибири. Тюмень: ИПЦ «Экспресс», 2009. 270 с. (16,9 п.л.).

Статьи и тезисы докладов:

14. Крестьянников Е.А. К вопросу о Временных правилах от 25 февраля 1885 г. о судопроизводстве в Сибири // Сборник тезисов докладов 47, 48, 49 студенческих конференций. Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 1998. С. 148–149 (0,1 п.л.).

15. Коновалов В.В., Крестьянников Е.А. Судебные преобразования в России и сибирский суд во второй половине XIX – начале XX в. // Налоги. Инвестиции. Капитал. Тюмень: Издание администрации Тюменской области, 2000. № 1/2. С. 41–54 (1/0,5 п.л.).


загрузка...