"Диалектика религиозного и мирского в познании" (15.11.2013)

Автор: Бубнов Евгений Сергеевич

БУБНОВ Евгений Сергеевич

ДИАЛЕКТИКА РЕЛИГИОЗНОГО И МИРСКОГО В ПОЗНАНИИ

Специальность 09.00.01 – Онтология и теория познания

(философские науки)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Омск – 2013

Работа выполнена в ФГБОУ ВПО «Омский государственный педагогический университет» на кафедре философии

Научный руководитель: доктор философских наук, доцент

Зайцев Павел Леонидович

Официальные оппоненты:

Денисова Любовь Владиленовна, доктор философских наук, профессор, Омская академия Министерства внутренних дел Российской Федерации, начальник кафедры философии и политологии;

Ефимова Светлана Владимировна, кандидат философских наук, доцент, Омский институт (филиал) ФГБОУ ВПО «Российский государственный торгово-экономический университет», заведующий кафедрой «Гуманитарные, естественнонаучные и правовые дисциплины».

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Курганский государственный университет»

Защита состоится 17 декабря 2013 г. в 10.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.177.03 на базе ФГБОУ ВПО «Омский государственный педагогический университет» по адресу: 644099, г. Омск, наб. Тухачевского, 14, ауд. 212.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Омский государственный педагогический университет».

Автореферат разослан ____ ноября 2013 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Н.Л. Варова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования обусловлена ее связью с фундаментальными проблемами человека и общества. В последние десятилетия глобализирующийся социум все больше сталкивается с феноменом мультикультурализма, в рамках которого причудливым образом переплетаются традиции, свойственные различным историческим типам и формам религиозности. Это феномен приобретает всеобщий характер, проявляясь как в эклектизме и релятивизации традиционных ценностей, так и в многочисленных конфликтных ситуациях, возникающих на почве этнических и религиозных разногласий. Эклектичный характер, в настоящее время, так же приобретают религиозное и мирское мировоззрения. С одной стороны религиозные атрибуты проникают в мирское мировоззрение, с другой стороны атрибуты мирского сознания внедряются в религиозное мировоззрение. Особенно наглядно такого рода диалектика проявляется в познавательном процессе. Отсюда особую актуальность начинает приобретать исследования диалектики религиозного и мирского.

Несмотря на декларируемые идеи толерантности, в современном обществе нередки столкновения между носителями мирских и религиозных ценностей. Часто такого рода конфронтации вызваны непониманием тесной связи между мирским и религиозным, присущей им диалогичности. Поэтому в настоящее время становятся востребованы поиски мирских элементов в религиозном сознании и религиозных атрибутов в мирском мировоззрении.

Диалектика религиозного и мирского оказывает существенное влияние на познавательные процессы и от нее во многом зависит успех в постижении логики творческого познания. В связи с этим возникает острая потребность философско-гносеологического осмысления неразрывного единства религиозного и мирского в познавательном процессе.

Степень разработанности проблемы. В философском знании можно выделить несколько подходов к изучению религиозного сознания: антропологический (Демокрит, Эпикур, Лукреций, Г. Петроний, Л. Ванини, Дж. Боккаччо, Т. Гоббс, Б. Спиноза, П.А. Гольбах, З. Фрейд), трансцендентальный (С.Н. Булгаков, П.А. Флоренский), социологический (К. Маркс, Э. Дюркгейм), гносеологический (Критий, Г. Болингброк, Вольтер, Д. Дидро), культурологический (Секст Эмпирик, Ж.-Ж. Руссо), стуктурно-функциональный (К. Леви-Стросс и отчасти М. Мюллер). Следует заметить, что все перечисленные подходы базируются на той или иной концепции генезиса религии, что отражается на содержании и выводах исследования. Несмотря на бесспорные успехи исследований, опирающихся на упомянутые подходы, результаты, полученные в рамках одного подхода, игнорируются в другом. Например, трансцендентальный подход опирается на феноменологию, а она, как признал М. Элиаде, аисторична и игнорирует сравнительно-исторический метод. Социологический, гносеологический и культурологический подходы, в свою очередь, могут игнорировать феноменологию и т. д. В рамках всех вышеперечисленных подходов, хотя Мюллер и вводит понятие «сравнительное религиоведение», не проводится системного сравнения религиозного и нерелигиозного сознаний. Поэтому в настоящем исследовании предлагается сравнительный подход, включающий в себя принцип исключения трансцендентного.

Следует обратить внимание и на то, что проблема изучения религиозного сознания как антипода мирскому, сформировалась относительно недавно. Поскольку интеллектуальная секуляризация происходит уже после Античности и Средневековья, то в указанные периоды, различий между индивидом как таковым и индивидом, имеющим религиозные убеждения, априори не усматривается. Поэтому обращение к религиозному сознанию как к внешнему объекту исследования, а точнее, к отдельным аспектам данного сознания, впервые можно встретить лишь в философии эпохи Просвещения. В период же расцвета схоластики, единственным исключением, с определенными оговорками, можно считать полемику между Ансельмом Кентерберийским и Гаунило из Мармутье, в ходе которой Ансельм отстаивал мнение, согласно которому атеизм свидетельствует о безумии, а Гаунило, напротив, что отношение к религии, само по себе, не является критерием, позволяющим выносить суждения о разуме индивида. Упомянутая полемика лишь иллюстрировала, что индивид, не обладающий религиозным сознанием, считался не преступником, как в античности (о чем упоминают, например, Платон и Иустин Философ), а сумасшедшим. Кроме того, вплоть до Нового времени, и, в частности, до Д. Локка, Р. Декарта, Б. Спинозы, Г.В. Лейбница и отчасти П. Гассенди, проблема сознания не поднимается.

Однако уже энциклопедисты: Вольтер, П.А. Гольбах, Д. Дидро, — пишут о непоследовательности носителей религиозных взглядов, о том, что религия является продуктом невежества или ошибочной интерпретации наблюдаемых явлений. Данная точка зрения впоследствии развивалась и отстаивалась в трудах Д. Юма, Л. Фейербаха, К. Маркса, Ф. Энгельса, В.И. Ленина, И.А. Крывелева, Е.М. Ярославского, Е.К. Дулумана, Б. Рассела, Р. Докинза, В.Л. Гинзбурга, С.В. Девятовой.

Имеет место так же и противоположная точка зрения, в соответствии с которой религиозное мировоззрение, не только не препятствует, но и лежит в основе генезиса естественнонаучных дисциплин (или, во всяком случае, является катализатором их развития). Эта позиция представлена именами П. Дюгема, М. Вебера, А. Уайтхеда, А. Койре, С. Яки, И. Пригожина и И. Стенгерс, Ф. Капры, И. Барбура, П.П. Гайденко, В.П. Визгина, Ю.А. Шичалина, В.Я. Катасонова, А.Н. Павленко, М.А. Кисселя, С.В. Илларионова, И.В. Лупандина, а так же, в более или менее явной форме, содержится в произведениях постпозитивистов: К. Поппера, Т. Куна, П. Фейерабенда, И. Лакатоса, М. Полани, С. Тулмина.

В связи с этим следует указать, что теологические аргументы и вопросы затрагиваются и соседствуют с научным дискурсом в трудах таких ученых и мыслителей как Н. Коперник, Г. Галилей, Р. Декарт, И. Ньютон, Г.В. Лейбниц, Б. Паскаль, М.В. Ломоносов; их произведения, таким образом, так же являются важными источниками для изучения взаимосвязи религиозного и мирского.

Попытка осмысления религиозного сознания, так сказать, с точки зрения самого религиозного сознания предпринималась в феноменологии религии: Р. Отто, М. Шелером, У.Б. Кристенсеном, Г. ванн дер Леувом; представителями русской религиозной философии: В.С. Соловьевым, Н.А. Бердяевым, С.Н. Булгаковым, П.А. Флоренским, С.Л. Франком, Е.Н. и С.Н. Трубецкими, И.А. Ильиным, А.Ф. Лосевым, В.Н. Лосским, В.В. Розановым; а так же в творчестве неотомистов: Э. Жильсона, Ж. Маритена.

Метод, согласно которому, для понимания религиозного мировоззрения, необходимо стремление встать на позицию верующего, — очевидно не бесспорен, — поэтому в качестве объективного подхода в исследовании он ставится под сомнение Ц. Вербловски, В. Баареном, Ж. Ваарденбургом, А. Баркер, А.Н. Красниковым, Е.С. Элбакян, Ф.Г. Овсиенко, С.С. Неретиной. Более того, по мнению Д.М. Угриновича, даже принцип исключения трансцендентного Т. Флурнуа, по сути, поддерживает религиозный взгляд на мир и не позволяет исследователю быть объективным.

Общим местом в критике Отто являлось обвинение в том, что его концепция сакрального является априорной схемой, которая применима лишь к священному, как его понимает протестантская теология. Поэтому следует особо упомянуть об исследованиях религиозности, находящейся за рамками конфессий авраамической традиции.

Архаичные формы религиозного сознания исследовались Э. Дюркгеймом, Ж. Дюмизелем, М. Элиаде, Л. Леви-Брюлем, Э. Тайлором, Дж. Фрэзером, Р. Мареттом, Б. Малиновским, А. Радклифф-Брауном, К. Леви-Строссом, С.А. Токаревым, П.Л. Зайцевым.

Новым религиозным движениям и сектантству посвящены исследования Э. Трельча, А. Баркер, С. Хассана, П.С. Гуревича, И.Р. Григулевича, А.И. Клибанова, Д.Е. Фурмана, Е.Г. Балагушкина, А.В. Белова, Е.Н. Волкова, Н.С. Гордиенко, С.И. Иваненко, И.Я. Кантерова, Н.А. Трофимчука, Ф.Г. Овсиенко, М.И. Одинцова, Б.З. Фаликова, А.Н. Швечикова, В.Б. Яшина.

Следует так же отметить работы, посвященные рассмотрению отдельных атрибутов религиозного сознания.

Природе веры, понимаемой как убежденность в истинности определенных догматов, уделяется внимание в творчестве Тертуллиана, А. Августина, Ансельма Кентерберийского, П. Абеляра, П. Дамиани, Вольтера, С. Кьеркегора, М. Бубера, У. Джеймса, С.Л. Франка, К. Ясперса, Д.В. Пивоварова.

Проблема религиозного сознания в его связи с религиозным опытом, эксплицитно или косвенно прослеживается в работах У. Джеймса, Г. Зиммеля, З. Фрейда, К.Г. Юнга, Э. Фромма, И.А. Ильина.

Нельзя, однако, не заметить, что практически нигде мы не находим попыток рассмотреть религиозное сознание в его единстве и диалектической взаимообусловленности с мирским; хотя имелись попытки редуцировать религию и соответственно, религиозное сознание, к чувству (Ф. Шлейермахер), морали (И. Кант), но понятие религиозного сознания, тем не менее, не подвергалось критическому анализу. В отечественном религиоведении и, в частности, у таких авторов как В.И. Колосницын, А.А. Радугин, И.Н. Яблоков, данный концепт имеет большое значение, но его релевантность никак не аргументируется. Аналогичным образом: хотя священное некоторые исследователи считают основным критерием религиозности, мы не встречаем объяснений: чем, в таком случае, мирское отличается от нерелигиозного и может ли мирское присутствовать в религиозном, а религиозное в мирском? В ряде работ проводятся параллели между священным Р. Отто и ужасным М. Хайдеггера (С.Н. Зенкин, А.В. Фролов), — которое может рассматриваться как нерелигиозный аналог сакрального; мы так же можем вспомнить о невидимой религии Т. Лукмана и выявлении скрытой религиозной символики в культуре у М. Элиаде, но данные явления не рассматриваются в свете изучения сопоставления атрибутов религиозного и мирского сознаний.

Проблема исследования заключается в выявлении взаимного влияния мирского и религиозного в познавательных актах и может быть выражена в следующих вопросах: «существуют ли атрибуты мирского в религиозном?», «существуют ли атрибуты религиозного в мирском?», «какова роль религиозного и мирского в человеческом познании?»

Целью исследования является выявление диалектической взаимообусловленности религиозного и мирского в сознании. Для достижения данной цели необходимо решение следующих исследовательских задач:


загрузка...