Факторы и направления политический и экономической глобализаии в современной России (15.06.2009)

Автор: Корецкий Валерий Александрович

Культурно-коммуникационный фактор. Возникновение планетарных СМИ ускорило транснационализацию массовой культуры, для которой характерно распространение стандартных символов, эстетических и поведенческих образцов, а также включение в повседневную жизнь элементов других национальных культур.

Тенденция к консолидации транснациональной культуры определилась практически одновременно со сдвигами трендов в экономике и политике. «Эта консолидация набрала силу после характерной для первой половины XX в. эскалации идеологической конфронтации и национализма». Столкновение идеологий вовлекло изолированные культуры в процесс конфронтационного, но интенсивного взаимодействия и тем самым расчистило путь для масштабной экспансии ценностей, символов и поведенческих образцов возобладавшей массовой культуры. И уже как следствие этой экспансии возникли культурные гибриды – парадоксальные соединения ценностей, символов и поведенческих образцов западной массовой культуры и этнических и региональных традиционных культур. Эти культурные гибриды распространяются за пределы ареала их возникновения сообществами мигрантов.

В результате экспансии транснациональной массовой культуры и распространения культурных гибридов возникает феномен «мультикультурализма» – сосуществования на территории национального государства различных культур. Очевиден контраст между старым (до середины XX века) и новым (со второй половины XX века) типами культуры, характеризуемыми, соответственно, «закрытостью», основанной на принципе монокультурализма, и «открытостью», основанной на принципе мультикультурализма.

Идеологический фактор. В диссертации автор подразделяет идеологов глобализации на тех, кто осуществляет ее на практике, и идеологов-теоретиков, провозглашающих общезначимые цели и определяющих задачи оптимизации политики глобализации. В отдельную группу следует выделить сторонников антиглобализма. С этой позицией сложно согласиться, так как они фактически поддерживают своего рода псевдодиалог, с помощью которого идеологи глобализации внушают всем, что у человечества нет иных альтернатив. Даже если глобализация – естественный процесс, не нужно забывать, что человек тем и отличается от растения, что непрерывно сопротивляется естественным процессам.

С идеологической точки зрения на первом плане находится выявление истинного отношения складывающейся идеологии глобализма к ценностям классики модерна – демократии, равенству, прогрессу. Проводники глобализма утверждают превосходство экономической глобализации над другими ее аспектами и замалчивают неравномерность распределения экономических издержек и прибылей. Автор констатирует, что величайшее из завоеваний христианского и просвещенческого гуманизма – принцип единой общечеловеческой судьбы, единого будущего – отвергнуто современными глобалистами.

Подлинными глобалистами были те наследники гуманистической классики, которые говорили о едином для всех проекте Просвещения или о едином индустриальном и постиндустриальном обществе, словом – о единой исторической перспективе всего человечества, сообща поднимающегося по ступеням прогресса. Автор солидаризуется с выводом А.С. Панарина о том, что многие современные глобалисты как раз эту единую историческую перспективу откровенно отрицают. Некоторые из них при этом пользуются экологической аргументацией: ресурсов планеты не хватит на всех, и, если бы отсталое большинство планеты действительно восприняло стандарты жизни высокоразвитого меньшинства, Земля взорвалась бы от экологической перегрузки.

Экологический фактор. Биосфера Земли в настоящее время подвергается нарастающему антропогенному воздействию. Это вызывает необходимость оценивать последствия любой деятельности, связанной с вмешательством в природную среду. Задача мирового сообщества – всеми доступными методами стимулировать инициативу и предприимчивость, направленные на создание и внедрение новейших технологий, способствующих решению экологических проблем.

Все перечисленные выше факторы одновременно способствуют интеграции многообразных человеческих сообществ в единое глобальное сообщество и порождают разломы, иерархию и сегрегацию, формируют новое неравенство и новые глобальные сценарии дискриминационного разделения труда.

Массовое сознание как фактор глобализации. Изучение глобализационных процессов различными методами – важный и необходимый элемент осмысления глобализации. Как бы ни были порой причудливы и даже превратны представления людей об окружающем мире, они оказывают существенное влияние на реализуемость глобализационных проектов, задают им ограничения.

Данные многочисленных социологических исследований позволяют сделать вывод о том, что ясного представления о глобализации нет не только в сознании россиян. В некоторых странах, как очень богатых, так и очень бедных, имеет место вера в глобализацию, основанная либо на очевидных преимуществах, получаемых страной в результате ускорения глобализационных процессов, либо на отчаянном положении, в котором находятся респонденты, и их надежде на некую внешнюю силу, которая придет и изменит жизнь к лучшему.

Также необходимо констатировать, что объективное и взвешенное представление о плюсах и минусах глобализации, о ее истоках и перспективах остается в узких рамках научного дискурса, то есть уделом интеллектуалов. Как, впрочем, и то, что влияние на глобальные процессы, а тем более управление ими, остаются уделом международной элиты.

В третьей главе – «Причинно-следственные характеристики глобализационных процессов в России» – автор делает попытку определить истоки и взаимосвязи ключевых процессов развития России в XX – начале XXI в. с общемировыми процессами.

В параграфе первом главы третьей дается общая характеристика причинно-следственных связей глобального процесса. Их квинтэссенция содержится в известном «вашингтонском консенсусе», который был сформулирован в 1989 году экономистом Дж. Вильямсоном и утвержден Министерством финансов США, Международным валютным фондом и Всемирным банком. Он содержит десять рекомендаций, оказавших огромное влияние на экономическую жизнь многих стран в последнее десятилетие XX века.

Главным сторонником и двигателем глобализации являются США. По всем показателям американская экономика более полутора десятилетий находилась на подъеме, но теперь оказалась в кризисе, сопоставимом с Великой депрессией. Глубокий спад американской экономики чрезвычайно болезненно отозвался на всей мировой экономике. Его последствия испытывает на себя практическая каждая страна. Всемирно известный бизнес-консультант Кениче Омае (Япония) писал, что в эру глобализации все народы и все основные процессы оказываются подчиненными глобальному рыночному пространству. Это новая эпоха в истории человечества, когда «традиционные нации-государства теряют свою естественность, становятся непригодными в качестве партнера в бизнесе». В настоящее время сторонники ускоренной глобализации продолжают видеть в ней источник единых для всех правил выживания, повышения жизненного уровня, достижения социальной стабильности, и политической значимости.

Самым важным с политической точки зрения фактором является то, что система международного разделения труда, основанная на разделении между развитой индустриальной «основой мира», полупериферией индустриализирующихся экономик и периферией неразвитых стран, в условиях глобализации находится в ситуации почти абсолютного доминирования «глобальной триады» – Северной Америки, ЕС и Восточной Азии. Именно на эти регионы приходился многократный рост мировой торговли и рост доли экспорта в мировом валовом продукте. Здесь размещены главные производственные силы мира и «мегарынки» глобальной экономики.

?????????????сурса. Спрос на квалификационных работников менее эластичен, чем спрос на неквалифицированную или полуквалифицированную рабочую силу и менеджеров в условиях глобализации. Поскольку глобализация делает спрос на занятых последней категории более эластичным, потребности в услугах больших сегментов трудоспособного населения могут легко замещаться подобными же категориями занятых за рубежом. В результате приобретающих шоковой характер изменений потребностей в труде возрастает нестабильность в динамике заработной платы и продолжительности рабочего дня. Позиции наемных работников в переговорах с нанимателями подвергаются эрозии, в результате чего снижаются заработная плата и льготы.

Второй источник напряженности, порождаемый глобализацией, связан с возникновением конфликтов внутри и между государствами вокруг национальных законодательных норм и социальных институтов, возникших на их основе.

Наконец, глобализация серьезно осложняет деятельность правительств в области социального обеспечения, от которого зависит социальное согласие и внутриполитическая поддержка. Трудно использовать фискальные рычаги для защиты национальных производителей от чрезмерных рыночных рисков. Чем выше степень интернационализации рабочей силы, тем значительнее потребности в социальном обеспечении. Противоречия между глобализацией и давлением социализации рисков приходится разрешать с максимальной осторожностью, иначе реальной перспективой становится общее возрождение протекционизма.

Второй параграф главы третьей озаглавлен «Фрагменты глобализационных процессов в эпоху СССР». Согласно авторской концепции, глобализация – это в значительной степени объективный, эволюционно обусловленный процесс, качественно новый этап развития глобального капитализма, отличающийся интернационализацией экономической, политической, культурной и иных сфер жизни, новая фаза движения мирового сообщества к общечеловеческим ценностям.

При ретроспективном анализе социально-политических процессов имевших место в нашей стране, автор делает вывод, что образование Советского Союза – это тоже исторический факт интернационализации экономической, политической и культурной жизни, причем на огромной территории многонационального государства. Автор рассматривает гипотезу образования СССР как фрагмента локальной глобализации. Интеграционные процессы в Европе последних десятилетий в иных исторических формах во многом повторяют, интеграционные этапы, имевшие место в России. Это первое допущение. И второе: Советский Союз – это не что иное, как опыт цивилизационного пути развития. Единое политическое устройство, единая хозяйственная система, единая многонациональная культура – все это признаки цивилизации, в данном случае той, которая просуществовала немногим более семидесяти лет.

На протяжении всего XX века лучшие интеллектуалы мира не раз заявляли, что социализм – будущее человечества. Минимальный анализ показывает, что социалистическая экономика была порочной далеко не всегда и не на всех этапах. По этому поводу П. Сорокин замечал, что социалистическая экономика хороша в кризисных ситуациях, а в ситуации мирной она неэффективна. Оглядываясь назад, следует признать, что, как только кончился «мобилизационный период» (он продолжался под разными флагами с 1917 до 1955 года), эффективность социалистической экономики в целом постепенно (этот период длился еще 20 лет) стала падать. И если встать на эту точку зрения, получается, что «холодная война» и гонка вооружений стимулировали «мобилизационный фактор» в социалистической экономике.

Выйдя на высокотехнологическую стадию, советская цивилизация обеспечила фазу устойчивого социально-экономического развития, но не выдержала жестокой конкурентной борьбы. Вместе с тем внутри нее происходили глобализационные процессы, обеспечившие довольно высокую степень интеграции в сферах экономики, политики и культуры. Советская цивилизация продемонстрировала элементы локальной глобализации: было образовано единое экономическое пространство, где функционировала единая валюта – рубль; создано единое союзное государство, объединившее 15 союзных республик; стала формироваться многонациональная культура с элементами наднациональной, начался процесс гомогенизация многонационального общества. Было даже провозглашено рождение «новой социальной общности – советского народа» (на основе теории «сближения и расцвета наций и народов при социализме»).

Общественно-политические процессы той эпохи отражали социальную реальность индустриальной модели развития в Советском Союзе и тенденции глобализации. «Глобализация» советского пространства привела к образованию единого политического, экономического и социального пространства в союзном государстве на основе теории марксизма. Эта идеология усиленно экспортировалась – с использованием значительных ресурсов «родины социализма». Марксизм как идейное течение с самого начала претендовал на глобальность. И практическим его воплощением было образование социалистического содружества государств.

К. Маркс исследовал логику и принципы функционирования капиталистической экономики. В результате этого анализа он пришел к выводу о неизбежности крушения капиталистической системы под тяжестью присущих ей непреодолимых противоречий. Этот прогноз содержал в себе ошибочное допущение о дефиците потенциала саморазвития внутри капиталистического общества. В этой связи уместно привести мнение Ю.М. Лужкова о том, что в марксовом анализе капиталистической формации обнаружились не только внутренние ошибки, – но и оказалось, что капитализм как система способен к саморазвитию… Государство постепенно осознавало необходимость расширения социальных функций – для создания и поддержания социального мира и устойчивости общества. Таким образом, произошла социальная реструктуризация социально-политической системы капитализма, и Запад в ХХ веке на практике реализовал концепцию «социального государства».

Строго говоря, уже сам основоположник марксизма дал капиталистическому обществу рецепт выживания, разъяснил, в чем должно заключаться главное направление эволюции экономического механизма и государственной политики капитализма. В частности, в «Капитале» К. Маркс писал: «Конечной причиной любого настоящего кризиса остается всегда нищета и ограниченность потребления масс, перед лицом тенденции капиталистического производства развивать производительные силы, как если бы они имели ограничения только в способности абсолютного потребления общества».

Указание К. Маркса на ключ к выживанию капиталистической формации было не только осмыслено такими знаковыми фигурами в истории мирового капитализма, как Дж. М. Кейнс, Ф. Рузвельт или Л. Эрхард, все западное общество возвело в основополагающий принцип государственной политики жизненную необходимость неуклонного повышения уровня жизни большинства. Суть «государства всеобщего благосостояния», «капитализма для большинства» состоит в признании того, что есть сферы человеческой деятельности, в которых рыночные механизмы полностью не работают. Речь, прежде всего, идет о социальной политике. Но «система благосостояния» также охватывает здравоохранение, образование, науку, жилищные вопросы. И эти области подлежат обязательному государственному регулированию.

История, таким образом, дважды дала капитализму шанс на выживание. В начале ХХ века, когда марксизм предрекал его гибель. И когда социалистическая система в конкурентной борьбе с капитализмом потерпела крах, биполярный мир рухнул, капитализм вновь обрел возможность глобального развития.

К началу 1970 годов западная экономика столкнулась с кризисом индустриального общества, и можно было предположить, что надвигается очередной этап «общего кризиса капитализма». Однако в действительности происходила адаптация к новому этапу технологического развития. Это был поворот к постиндустриальному обществу, основанному на информационных технологиях.

В это же время аналогичные проблемы стали осознаваться и в Советском Союзе. Однако косность политической и экономической систем не позволила своевременно принять необходимые решения и направить страну по инновационному пути. В результате, в то время когда на Западе происходила трудная адаптация к новым вызовам, СССР демонстрировал устойчивые, хотя и невысокие, темпы роста и медленно приближался к системному кризису. Традиционные отрасли продолжали доминировать в ущерб развитию передовых направлений. Оборонный сектор играл в экономике центральную роль, и не только потому, что этого требовал статус сверхдержавы, но и по причине адекватности механизмов централизованного управления задачам его развития. Проблема состояла не просто в том, что по мере формирования основ постиндустриальной экономики темпы роста в СССР неуклонно снижались, но, главное, обнаружилась вся глубина отставания от стран Запада.

Начавшийся кризис стал кризисом советской модели модернизации. Предстояло найти механизмы, обеспечивающие постиндустриальный рывок. Это предопределило и общую направленность реформаторских мероприятий в области экономики и политики. Так, если индустриальная эпоха предполагала активизацию мобилизационных усилий, концентрацию ресурсов в секторах, обозначенных как «точки роста», то постиндустриальная – потребовала активизации творческого, адаптационного потенциала хозяйствующих субъектов, всемерного развития человеческого капитала.

На структурный кризис индустриального общества накладывались еще три кризиса и, соответственно, три трансформационных процесса. Во-первых, кризис социалистической системы хозяйствования и сложнейшие проблемы рыночной трансформации. Взятый курс на «капитализацию» страны был уникален. И не только потому, что он был в значительной степени стихийным, неосознанным. Никогда в мировой истории не осуществлялось подобного возвратно-поступательного движения, перехода от социалистической экономики к капиталистической. Во-вторых, макроэкономический кризис, ставший результатом популистской экономической политики (начиная со второй половины 1980 годов), привел к развалу бюджетной и денежной системы, к высоким темпам инфляции, падению производства. В-третьих, кризис по своей глубине и разрушительности соответствовал полномасштабной социальной революции. Системные преобразования, радикально изменявшие общественное устройство, протекали в условиях ослабления государства, что и представляет собой сущностную характеристику революции. К началу постсоциалистических преобразований разрушенными оказались практически все институты государственной власти.

Уход СССР с политической арены в качестве сверхдержавы, по иронии всемирной истории, в некотором смысле явился катализатором глобальных перемен. Другой вопрос – в какой мере сама Россия сможет вписаться в глобализирующийся мир. Диссертант подчеркивает, что речь идет не о включенности России в этот процесс (это очевидно), а о ее субъектности в нем.

Россия остается самой богатой полезными ископаемыми страной мира, а также сохраняет высокий интеллектуальный потенциал. Российская цивилизация (в отличие от западной, основывающейся на правовых принципах) имеет преимущественно нравственную основу. В менталитете российского народа ярко выражена рефлексирующая, созерцательная компонента, что порождает универсально-синтетический, интегральный склад ума. У России есть шансы на одну из организующих ролей в создании глобальной, универсально сбалансированной цивилизации. Так, по мнению французского ученого Эмманюэля Тодда, именно России предназначено оказать позитивное воздействие на баланс сил в мире как базовому фактору равновесия, сильному государству, исповедующему принцип равенства между народами.

В третьем параграфе главы третьей – «Рыночная трансформация в России и развитие глобального капитализма» – соискатель обозначил основные этапы развития нашей страны в современных условиях.

В диссертации выделены этапы «капитализации» в России. Первый этап, охвативший большую часть 1990 годов, ознаменован созданием базовых институтов рыночной экономики и формальной демократии. Были решены следующие задачи: созданы и укрепились некоторые основные политические институты; осуществлена макроэкономическая стабилизация, которая дала стране устойчивую валюту и сбалансированный бюджет; проведена массовая приватизация, заложившая основу рыночной экономики.

На втором этапа – в 2000–2003 годы – на основе достигнутой макроэкономической стабильности началось формирование политических и экономических институтов, характерных для современного гражданского общества и ориентированных на особенности России. Серьезнейшей проблемой 1990 годов было господство в политической жизни страны олигархических группировок. Удар по их всевластию был нанесен оздоровлением бюджета, преодолением его хронического дефицита. Благодаря улучшению конъюнктуры на мировых сырьевых рынках и ответственной финансовой политике зависимость власти от олигархических групп была преодолена.

Основное внимание на этом этапе уделялось формированию правовых основ демократического общества. Были приняты Гражданский, Налоговый, Бюджетный, Трудовой и Земельный кодексы, обновлено пенсионное законодательство. Важнейшим фактором обеспечения финансовой устойчивости стало принятие законодательства, регулирующего создание и функционирование стабилизационного фонда. Началось долгожданное обновление основных фондов в важнейших отраслях. Многократно выросли золотовалютные резервы Центрального банка. Показатели инфляции были доведены до умеренного уровня. Экономический рост на этом этапе носил преимущественно восстановительный характер.

Третий этап начался в конце 2003 года, когда исчерпали себя задачи второго этапа трансформации. С одной стороны, появились признаки перехода к новой модели экономического роста – от восстановительного к инвестиционному. С другой – настало время определения стратегии и тактики социально-экономического прорыва, а также механизмов обеспечения существенного сокращения разрыва между Россией и наиболее развитыми странами мира. Начавшийся во второй половине 2008 года глобальный экономический кризис, по-видимому, подвел черту под третьим этапом.

Доминирующей социально-экономической проблемой современной России является кризис индустриальной системы и формирование социально-экономических основ постиндустриального общества рыночного типа. До момента наступления глобального экономического кризиса главной проблемой была выработка руководством страны стратегии социально-экономического прорыва в условиях современного постиндустриального развития. Ключевыми здесь являются проблемы развития человека, инвестиций в человеческий капитал, а также задачи развития и совершенствования политических институтов. Как отмечает заведующий кафедрой политической психологии Санкт-Петербургского университета А.И. Юрьев, «человеческий капитал – главный приз глобальных битв, конечный результат всех политических, экономических, социальных усилий государства… Загадочность глобализации заключается в скрытности ее предмета – человеческого капитала, который все более определенно становится решающим фактором победы в глобальной конкуренции».

Россия не единственная страна, которая столкнулась с проблемами коренного реформирования секторов, связанных с развитием человеческого потенциала. Этот кризис имеет, по сути, глобальный характер. Все развитые страны мира стоят перед необходимостью перестройки социальной инфраструктуры, прежде всего здравоохранения и образования. Нынешние сложились в эпоху индустриализации, при принципиально иных демографических и социальных параметрах развития, когда преобладало население молодых возрастных групп, продолжительность жизни была относительно невелика, а весьма значительное по численности сельское население почти не пользовалось услугами социального сектора. В постиндустриальную эпоху ситуация коренным образом изменилась, даже наиболее развитые страны с трудом справляются с растущей нагрузкой социальных обязательств.


загрузка...