Особенности патогенеза и терапии хронических дерматозов при бластоцистной инвазии (14.09.2009)

Автор: Нестеров Алексей Сергеевич

исследований

Определение лейкоцитарной формулы 156

Определение количества Т- и В-лимфоцитов 312

Определение уровня иммуноглобулинов (А, М, G) 408

Определение цитопатогенного действия лимфоцитов 156

Определение субпопуляций Т-лимфоцитов 312

Определение уровня иммуноглобулина Е 156

Определение уровня ЦИК 156

Реакция бластной трансформации лимфоцитов 225

Определение фагоцитарной активности нейтрофилов 156

Реакция торможения миграции лейкоцитов 166

Аффинность Еа-РОК Т-лимфоцитов 152

Количественное определение уровня цитокинов проводили методом твердофазного иммуноферментного анализа (ИФА) с использованием тест-систем «Цитокиновый контур» (г. Санкт-Петербург), «Вектор-Бест» (г. Новосибирск). Изучали спонтанную и индуцированную способность лейкоцитов цельной крови секретировать IL-1?, IL-1?, IL-2, IL-4, IL-6, IL-8, IL-10, фактор некроза опухоли-? (ФНО-?), ?- и ?-IFN. В качестве мутагена использовали ФГА. Результаты исследования регистрировали на анализаторе «УНИПЛАН» АИФР-01 фирмы «ПИКОН».

Оценку функциональной активности полиморфноядерных лейкоцитов периферической крови проводили в реакции с микробной тест-культурой (Маянский, 1993). Поглотительную способность фагоцитов оценивали по фагоцитарному индексу и фагоцитарному числу.

Активность кислородзависимых и кислорднезависимых антимикробных систем нейтрофильных гранулоцитов изучали путем определения активности миелопероксидазы, катионных белков (Карпищенко, 1999) и тестом восстановления нитросинего тетразолия (НСТ-тест) (Герасимов И.К., Калуцкая В.С., 2000; Нагаева М.Х., 2004).

Для характеристики гидролитической активности фагоцитов определяли щелочную (ЩФ) и кислую (КФ) фосфатазы (Карпищенко, 1999).

Активность окислительно-антиоксидантной системы изучали по определению уровеня малонового диальдегида (МДА), глутатионредуктазы и каталазы эритроцитов крови (Андреева и соавт., 1988, Карпищенко, 1999).

Методы статистической обработки

Результаты исследований составили базу данных первичных показателей, заложенных в компьютер. Обработка и анализ данных выполнялся на IBM совместимых компьютерах с использованием статистического программного пакета Statistica версии 6.0. Для всех параметров при статистической обработке вариационных рядов вычислялись значения средней арифметической (М-Mean), среднеквадратического отклонения (а=Std. Dev.) и стандартная ошибка (t=Std. Error). Достоверность различий между показателями оценивалась t-критерием Фишера-Стьюдента, но в силу того, что значительная часть параметров распределялась «не нормально» оценка уровней значимых (р<0,05) и достоверных (р<0,001) межгрупповых различий по количественным (метрическим) и порядковым (балльным или полуметрическим) признакам производилась с использованием непараметрических методов статистической обработки, в том числе U-критерия Манна-Уитни. Использованы также частотный и корреляционный виды анализа, оценка ?2-квадрат 2x2 и тесты расхождения между двумя усреднениями.

Значения качественных и количественных показателей оценивали при сравнении со здоровыми лицами (p1) и больными хроническими дерматозами без бластоцистной инвазии (p2).

РЕЗУЛЬТАТЫ СОБСТВЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

В ходе выполнения работы были определены показатели заболеваемости хроническими дерматозами у населения Ульяновской области. Они составили при АтД – 4,13±1,51‰; ВП – 2,51±2,04‰; ИЭ – 2,12±2,10‰; МЭ – 1,49±2,54‰ и КПЛ – 0,27±0,47‰.

У всех больных хроническими дерматозами (ХД) (n=624) в период обострения было проведено паразитологическое исследование с целью выявления бластоцистной инвазии. Доминирующее положение по частоте встречаемости среди паразитов занимали простейшие: Blastocystis hominis (74,5%), Lamblia intestinalis (38,3%) и Entamoeba coli (18,9%). Обнаружено, что инвазированность B. hominis среди больных атопическим дерматитом составила 89,5%, псориазом артропатическим – 81,5%, вульгарным псориазом – 79,8%, истинной экземой – 71,7%, красным плоским лишаем – 67,7% и микробной экземой – 62,3%, тогда как в группе сравнения этот показатель не превышал 5,8% (рис.1).

Изучение клинической картины хронических дерматозов, наряду с типичными проявлениями, выявило ряд особенностей течения этих заболеваний в сочетании с бластоцистной инвазией. Так, при наличии бластоцистоза удельный вес тяжелых форм псориаза был достоверно больше, чем без паразитоза. При псориазе артропатическом статистических различий в группах по тяжести течения не выявлено. Однако, такие клинические проявления как площадь поражения, выраженность инфильтрации и характер поражения суставов на фоне бластоцистоза носили более выраженный характер у большинства пациентов.

Рис.1. Показатели инвазированности бластоцистами больных дерматозами

При ИЭ на фоне бластоцистной инвазии, по сравнению с пациентами без бластоцистоза, отмечалось уменьшение количества больных с легким течением заболевания и увеличение – со средней тяжестью заболевания.

Атопический дерматит характеризовался большим количеством больных с тяжелыми клиническими проявлениями дерматоза при бластоцистной инвазии, по сравнению с неинвазированными пациентами. Несмотря на отсутствие статистически значимых различий между этими группами тяжелая форма встречалась почти у каждого второго больного с бластоцистами, тогда как у неинвазированных – только у каждого четвертого.

При микробной экземе и красном плоском лишае в сочетании с бластоцистной инвазией преобладали больные с проявлениями заболевания средней тяжести. У пациентов без бластоцистоза доминировали легкие формы течения дерматоза.

Особенности клинического течения хронических дерматозов на фоне бластоцистной инвазии характеризовались увеличением частоты рецидивов при ВП, ИЭ достоверные различия между пациентами с инвазией и без нее выявлены у больных с высокой частотой рецидивов (более 4 раз в год). Необходимо отметить, что у пациентов этой группы отмечались случаи заболеваний без полной ремиссии. При ПА, ИЭ и АтД, наблюдалось увеличение количества больных с частотой рецидивов 2 и более раза в год. При дерматозах без бластоцистоза, наоборот, происходило увеличение количества пациентов с более редкими рецидивами.

Паразитологическое исследование больных дерматозами выявили высокую частоту встречаемости Blastocystis hominis у этих пациентов в период обострения, в то время как в период ремиссии этот показатель снижался до 63,1±6,7% (p<0,05).

Установлено нарастание инвазированности больных бластоцистами в зависимости от продолжительности заболевания с 66,5% пациентов при стаже менее 1 года до 85,6% – свыше 10 лет (p<0,05).

У больных хроническими дерматозами были выделены две морфологические формы простейших B. hominis: вакуолярная и гранулярная.

Преобладающей формой B. hominis в клиническом материале являлась вакуолярная (45,6±2,7%). Характерной морфологической особенностью вакуолярной формы бластоцист являлось наличие центрального тела, занимающего большую часть клетки. Гранулярные клетки бластоцист имели сферическую форму, их цитоплазма содержала большое количества гранул, их размеры, также как и вакуолярных бластоцист, варьировали.

B. hominis амебоидной формы были обнаружены только при культивировании простейших на питательных средах, при длительном хранении культур бластоцист количество амебоидных форм увеличивалось.

С целью аргументации этиологической значимости бластоцист в развитии патологического процесса необходимо подтверждение их вирулентности.

Проведенные исследования показали, что 74,8±2,8% штаммов бластоцист, выделенных у больных дерматозами во время обострения заболевания, обладали вирулентностью, в то время как в период ремиссии доля вирулентных штаммов уменьшалась до 43,2±1,6% (?2=24,72; p<0,001).

В зависимости от показателей вирулентности все штаммы бластоцист разделили на 4 группы. LD50/lg штаммов 1-ой группы составлял 3,2±0,3, 2-й группы – 4,1±0,6, в 3-й и 4-й группах этот показатель увеличивался до 4,8±0,5 и 5,7±0,4 соответственно. В период ремиссии показатель LD50/lg для клинических изолятов был ниже, он колебался от 1,9±0,1 до 4,0±0,3. Штаммов с высокими показателями вирулентности (3-4 группы) во время стихания клинических проявлений обнаружено не было.

Следующим этапом работы явилось изучение чувствительности к антипротозойным препаратам бластоцист, выделенных у больных с различной продолжительностью дерматозов, а также в зависимости от стадии заболевания (обострение, ремиссия). В качестве таких препаратов были изучены метронидазол, тинидазол и орнидазол.

Результаты проведенных исследований показали, что в период обострения хронических дерматозов чувствительностью к тинидазолу обладало 51,4±3,1%, к метронидазолу – 41,6±2,4% клинических изолятов бластоцист. К этим препаратам обнаружено наибольшее количество чувствительных штаммов (258 и 209 соответственно). Менее эффективным оказался орнидазол, только 148 штамма (29,5±2,6% изолятов) проявили чувствительность к этому лекарственному средству. В период ремиссии количество штаммов, проявивших чувствительность, увеличилось до 76,2±3,5% (382 штамма) к тинидазолу, 64,4±2,9% (323 штамма) к метронидазолу и 35,7±2,1% (179 штаммов) к орнидазолу.

При проведении частотного анализа установлено, что чувствительность к тинидазолу и метронидазолу в 2-х сравниваемых группах (периоды обострения и ремиссии) встречалась с различной частотой (?2=14,32; р<0,0002 и ?2=15,63; р<0,0001 соответственно), а к орнидазолу – с одинаковой частотой (?2=2,18; р>0,05).


загрузка...