Молекулярно-генетические механизмы активации тромбоцитов и чувствительности к антиагрегантным препаратам (14.03.2011)

Автор: Сироткина Ольга Васильевна

Снижение активности тромбоцитарного гемостаза по показателям К1 и К2 происходит уже на 5 день приема антиагрегантных препаратов (рис. 8), тогда как максимальная степень АДФ-индуцированной агрегации достоверно снижается при всех концентрациях индуктора только на 10 день, а скорость агрегации практически не изменяется (табл. 14).

Таблица 14.

Параметры АДФ-индуцированной агрегации в зависимости от длительности проведенной антиагрегантной терапии

Параметры агрегации До начала терапии 5 дней терапии 10 дней терапии

Т (%) 2,5 мкМ АДФ 44,7±3,9 34,0±3,5 24,0±3.0*

5 мкМ АДФ 56,6±5,2 49,9±4,1 31,8±2,8*

10 мкМ АДФ 68,5±3,0 54,0±3,8* 44,3±4,5*

V (%/мин) 2,5 мкМ АДФ 25,5±3,8 26,2±3,1 25,7±3,3

5 мкМ АДФ 30,6±4,5 33,7±3,1 25,5±2,6

10 мкМ АДФ 36,0±3,5 30,8±3,9 29,1±2,8*

*p<0,05 по сравнению с «до начала терапии»

Можно сделать вывод о более высокой чувствительности лабораторного метода проточной цитометрии для определения активности тромбоцитов при оценке эффективности антиагрегантной терапии клопидогрелом по сравнению со стандартной АДФ-индуцированной агрегацией. Параметры К1 и К2 адекватно отражают активность тромбоцитов и могут быть использованы в качестве маркеров их гиперфункции. Определение таких маркеров «высокой реактивности тромбоцитов на фоне антиагрегантной терапии» является крайне необходимым, так как может в конечном итоге прогнозировать клинические исходы у пациентов (Hayward C.P.M., 2009).

Мы проанализировали зависимость показателей функционального состояния тромбоцитов, измеренных методом проточной цитометрии, от молекулярно-генетических факторов тромбоцитарной активности. В общей группе доноров и больных ИМ старше 45 лет (n=85) до и после активации 10 мкМ АДФ была выявлена положительная и достоверная корреляция между количеством рецептора GP IIb-IIIa и количеством АДФ-рецепторов P2X1, P2Y1 и P2Y12 на мембране тромбоцитов. Коэффициенты корреляции по Спирману R составили от 0,34 до 0,54 при значениях p от 0,01 до 0,00003. В группе доноров количество рецепторов P2Y12 достоверно коррелировало с количеством клеток, экспрессирующих Р-селектин как в отсутствие индуктора, так и при активации АДФ – R=0,54 (p=0,008) и R=0,42 (p=0,046), соответственно.

Анализ взаимосвязи между параметрами GP IIb-IIIa MFIАДФ-, GP IIb-IIIa MFIАДФ+ и уровнем экспрессии генов P2X1, P2Y1 и P2Y12 выявил корреляцию между GP IIb-IIIa MFIАДФ- и экспрессией P2X1 (R=0,29; p=0,049), между GP IIb-IIIa MFIАДФ- и экспрессией P2Y1 (R=0,25; p=0,07) и между GP IIb-IIIa MFIАДФ+ и экспрессией P2Y1 (R=0,35; p=0,01). После активации 10 мкМ АДФ наблюдалась тенденция к корреляции между уровнем экспрессии гена P2Y12 и числом клеток, экспрессирующих на своей поверхности Р-селектин – R=0,27 (p=0,07).

Уровень экспрессии гена рецептора коллагена GP VI также имел тенденцию к корреляции с цитометрическими показателями тромбоцитарной активности К1 и К2 – R=0,45 (p=0,09) для обоих параметров. Полученные корреляции между цитометрическими показателями функциональной активности тромбоцитов и количественными характеристиками тромбоцитарных АДФ- и коллагеновых рецепторов, запускающих реакции активации, могут служить еще одним подтверждением того, что для полной и необратимой агрегации тромбоцитов необходима скоординированная передача сигнала через рецепторы GP VI, P2Y12 и P2Y1.

При анализе взаимосвязи между результатами цитометрического исследования тромбоцитарной активности и генетическими вариантами Leu33Pro GP IIIa, Ile843Ser GP IIb, С807Т GP Ia, Т13254С GP VI, С-154T GP VI, C18T P2Y12, G36T P2Y12 и A1622G P2Y1 мы получили следующие достоверные различия: значения параметра К1 в зависимости от генотипов Ile843Ser GP IIb и Т13254С GP VI (рис. 9а), количества GP IIb-IIIa до и после активации АДФ в зависимости от генотипов С-154T GP VI (рис. 9б) и экспрессия Р-селектина до и после активации АДФ в зависимости от генотипа С807Т GP Ia (рис. 9в).

Рис. 9. Зависимость цитометрических показателей от исследованных генотипов

Полученные результаты позволяют заключить, что генетические варианты тромбоцитарных рецепторов влияют на функциональную активность тромбоцитов, измеренную методом проточной цитометрии, при этом у носителей мутантных аллелей функциональная активность тромбоцитов повышена.

Влияние молекулярно-генетических факторов на индивидуальную чувствительность к антиагрегантным препаратам

Антагонисты GP IIb-IIIa рецепторов

Известно, что индуцируемые реакции тромбоцитов пропорциональны количеству формирующихся комплексов агонист-рецептор. Ответ на антиагрегантные лекарственные препараты будет зависеть от плотности соответствующих рецепторов на мембране тромбоцитов. Исследования антагонистов GP IIb-IIIa рецепторов показали, что интенсивность тромбоцитарной агрегации строго коррелирует с количеством свободных рецепторов на поверхности клеток (Thcheng J.E. et al, 1994; Mazurov A.V. et al, 2002). Но до сих пор остается неясным, влияют ли межиднивидуальные вариации GP IIb-IIIa на эффективность селективных блокаторов данного рецептора.

В экспериментах in vitro мы проанализировали ингибиторный эффект антагонистов GP IIb-IIIa – препартов монафрам и эптифибатид. Монафрам уменьшал степень АДФ-индуцированной агрегации менее эффективно у доноров - носителей Pro33 аллеля гена GP IIIa, чем у доноров с генотипом LeuLeu (рис. 10а), тогда как ингибирование агрегации тромбоцитов эптифибатидом не зависело от генотипов Leu33Pro GP IIIa (рис. 10б). Степень ингибирования агрегации тромбоцитов монафрамом и эптифибатидом достоверно различалась в подгруппах с высоким (>60*103) и низким (40-50*103) содержанием рецепторов GP IIb-IIIa на поверхности клеток (рис. 11). Различия не достигали статистической значимости при 3 мкг/мл монафрама, при этой концентрации препарата наблюдали 100% ингибирование агрегации у 32 доноров из 35. Только 3 донора показали степень ингибирования отличную от 100%, однако надо сказать, что у этих индивидуумов количество рецептора GP IIb-IIIa составило более 75*103 на клетку.

Рис. 10. Ингибирование АДФ-индуцированной агрегации в зависимости от генотипа Leu33Pro GP IIIa: а) монафрам; б) эптифибатид; ? - генотип LeuLeu; ? - генотип LeuPro+ProPro; * - p<0,05

Рис. 11. Ингибирования АДФ-индуцированной агрегации монафрамом (а) и эптифибатодом (б) в зависимости от количества рецепторов GP IIb-IIIa на мембране тромбоцитов: 1 – >60*103/клетку; 2 – 50-60*103/клетку; 3 – 40-50*103/клетку

Полученные результаты позволяют заключить, что на индивидуальную чувствительность к селективным блокаторам антительной природы влияют генетические вариации рецептора GP IIb-IIIa, так как нарушают структуру эпитопа, узнаваемого mAB. Ранее был показан эффект «дозы гена» - гомозиготные носители Pro33 аллеля демонстрируют большую реактивность тромбоцитов и соответственно меньший ингибиторный эффект GP IIb-IIIa антагонистов, чем гетерозиготы LeuPro (Feng D. et al, 1999; Michelson A.D. et al, 2000). Эти данные были получены на выборке, включающей достаточное число носителей ProPro генотипа. В работах с малым числом исследованных гомозиготных носителей Leu33Pro GP IIIa не получено достоверных различий в эффективности блокаторов GP IIb-IIIa у лиц с различными генотипами рецептора (Lasne D. et al, 1997; Andrioli G. et al, 2000; Weber A.A. et al, 2002; Frey U.H. et al, 2003; Aalto-Setalo K. et al, 2005). Мы показали, что на чувствительность к антагонистам, как антительной, так и пептидной природы, в большей степени влияет количество рецептора GP IIb-IIIa.

Аспирин

Снижение эффективности ингибирования агрегации тромбоцитов аспирином, т.е. развитие резистентности, является хорошо известным феноменом. Число пациентов, у которых наблюдается аспирин-резистентность может достигать 24-35% и даже 57% (Szczeklik A. et al, 2005). Активация тромбоцитов протромбогенными агонистами стимулирует образование эндогенного ТxА2, который усиливает активацию тромбоцитов и увеличивает количество активированных молекул GP IIb-IIIa. При стимуляции агрегации АДФ, действие ТxА2 делает процесс образования агрегатов необратимым и вызывает развитие, так называемой, второй волны агрегации (Шиффман Ф.Дж., 2000). Наши результаты показали блокирование данного процесса аспирином (рис. 12).

Рис. 12. Степень АДФ-индуцированной агрегации тромбоцитов в присутствии аспирина в зависимости от количества GP IIb-IIIa (а) и генотипа Leu33Pro GP IIIa (б): а) ( – >60*103 рецепторов/тромбоцит, ? – <50*103 рецепторов/тромбоцит; б) ( – генотип LeuPro+ProPro GP IIIa, ? – генотип LeuLeu GP IIIa; *p<0,05 и **p<0,01

Оказалось, что аспирин в одинаковой степени подавляет агрегацию тромбоцитов в группах с высоким и низким содержанием рецепторов GP IIb-IIIa – в обоих случаях ~ на 50% от контрольного уровня без добавления препарата. Однако в связи с тем, что исходный уровень агрегации был выше у лиц с высоким содержанием рецептора, уровень остаточной агрегации в присутствии препарата в этой группе также был существенно (более чем в 2 раза) выше, чем у доноров с низким содержанием GP IIb-IIIa (рис. 12а).

При добавлении аспирина уровень АДФ-индуцированной агрегации также в одинаковой степени снижался в группах с генотипом «дикого типа» LeuLeu GP IIIa и у носителей Pro33 аллеля (LeuPro+ProPro) – на (55±6)% и (46±6)%, соответственно (р>0,1) (рис. 12б). Как в контрольных образцах, так и в присутствии препарата, уровень агрегации, был несколько выше у носителей Pro33 аллеля гена GP IIIa, но эти различия не достигали статистической значимости (р=0,07 в присутствии аспирина и р=0,1 без препарата).

Мы проанализировали генетические варианты Leu33Pro GP IIIa, T13254C GP VI и A-842G COX-1 у 153 пациентов группы ИБС одновременно с измерением степени агрегации тромбоцитов, индуцированной арахидоновой кислотой (АК) и АДФ (1 мкМ и 10 мкМ) до начала терапии (АК0, 1АДФ0, 10АДФ0) и через две недели после приема препарата в стандартной дозировке 100 мг/день (АК2, 1АДФ2, 10АДФ2). Через 2 недели наблюдений на фоне приема аспирина у пациентов с ИБС наблюдалось значимое снижение степени агрегации тромбоцитов во всех тестах: (18,7±1,5)% и (5,3±0,6)%, (19,9±1,4)% и (10,8±0,9)%, (6,3±0,7)% и (2,4±0,3)% для АК0 и АК2, 10АДФ0 и 10АДФ2, 1АДФ0 и 1АДФ2, соответственно (p<0,00001). Однако у 18% больных функциональная активность тромбоцитов в ответ на аспирин по результатам анализа агрегации, индуцированной АК, не изменялась или увеличивалась, что говорило о наличии у этих пациентов аспирин-резистентности. При этом достоверных различий в распределении исследованных генотипов у больных с аспирин-резистентностью и пациентов, положительно ответивших на терапию аспирином по результатам лабораторных тестов, найдено не было (табл. 15).

Таблица 15.

Распределение генотипов Leu33Pro GP IIIa, T13254C GP VI и A-842G COX-1 у пациентов в зависимости от чувствительности к аспирину

Генотип Аспирин-резистентность «+» ответ на аспирин Доноры

Leu33Pro GP IIIa LeuLeu 77,8 72,5 73,8

LeuPro+ProPro 22,2 27,5 26,2

T13254C GP VI TT 72,0 77,3 80,9

TC+CC 28,0 22,7 19,1

A-842G COX-1 AA 92,6 94,2 93,4

AG 7,4 5,8 6,6


загрузка...