Точка зрения и ритм композиции нарративного текста (на материале произведений Дж. Джойса и В. Вулф) (13.07.2009)

Автор: Татару Людмила Владимировна

Ритм чередования точек зрения внутри модальных сеток «детских» историй строится по такой модели: в основе ? чередование эвиденциальной модальности (далее ЭвМ) и эпистемологической модальности (далее ЭпМ), периодически нарушаемое сегментами эмотивной, оценочной, гипотетической и обусловливающей модальностей (далее ? ЭмМ, ОцМ, ГМ, ОбМ). Сегменты эвиденциональности превалируют за счет использования сцен-описаний и диалогов, воспринимаемых зрением и слухом Я-повествователя. Первый же абзац рассказа «Сестры» актуализирует эту модель в концентрированном виде:

There was no hope for him this time (1): it was the third stroke (2). Night after night I had passed the house (it was vacation time) and studied the lighted square of window: and night after night I had found it lighted in the same way, faintly and evenly (3). If he was dead, I thought, I would see the reflection of candles on the darkened blind for I knew that two candles must be set at the head of a corpse (4). He had often said to me: «I am not long for this world,» (5) and I had thought his words idle (6). Now I knew they were true (7). Every night as I gazed up at the window I said softly to myself the word paralysis (8). It had always sounded strangely in my ears, like the word gnomon in the Euclid and the word simony in the Catechism (9). But now it sounded to me like the name of some maleficent and sinful being (10). It filled me with fear (11), and yet I longed to be nearer to it and to look upon its deadly work (12).

ЭпМ (1) ? ЭвМ (2, 3) ? ЭпМ (4) ? ЭвМ (5) ? (ЭпМ) (6, 7) ? ЭвМ (8) ? ОцМ (9, 10) ? ЭмМ (11) ? ОбМ (12).

Таблица 6 содержит данные по количеству предложений определенного типа модальности и их процентному содержанию в тексте каждого рассказа цикла «Детство»:

Таблица 6. Цикл «Детство»

Название рас-сказа и общее кол-во предло-жений в нем ЭвМ

(ПИ) ЭпМ

(ПД) ГМ (ПД) ОцМ (ПД) ОбМ (ПД) ЭмМ (ПД)

Сестры.

203 162 18 14 4 3 3

79,8 % 8,7 % 6,8 % 1,9 % 1,4 % 1,4 %

Встреча

176 132 24 1 6,5 6 6,5

75 % 13,6 % 0,6 % 3,7 % 3,4 % 3,7 %

141,5 114,5 6 5 2,5 5 8,5

81 % 4,2 % 3,5 % 1,8 % 3,5 % 6 %

Модель чередования «эпистемологичность/эвиденциальность ? оценочность ? гипотетичность ? эвиденциальность» рекуррентна и в рассказах следующего цикла «Юность». Но в их сетках постепенно снижается количество сегментов субъективных модальностей. В цикле «Взрослая жизнь» субъективные перспективы персонажей продолжают сокращаться, а выдвижение получает перспектива эвиденциальности повествователя-наблюдателя. В трех «мужских» историях из подцикла «Личная жизнь» перспективы субъективных модальностей занимают, соответственно, 47 % («Облачко»), 38 % («Сослуживцы») и 55 % («Прискорбный случай»). В тексте рассказа «Земля», 92 % которого занятого перспективой прачки Марии, модальная сетка строится как в рассказе «Эвелина» ? на чередованиях ЭвМ, ОцМ и ОбМ. Эпистемологическая модальность отрицательна. Вывод: вечные социальные ценности ? семья, дом, любовь ? предстают в модальных перспективах историй о жизни дублинцев как обесцененные. Они служат лишь препятствиями в достижении личностных ценностей. Аксиология центральных сознаний расходится с аксиологией автора, который оценивает и мужской, и женский интеллект ирландцев как деградированный.

В подцикле «Социально-политическая жизнь» «безнадежно» доминирует эвиденциальность повествователя-наблюдателя. В рассказе «День Плюща» 90 % занимают сцены и диалоги. Прямой идеологический дискурс персонажей о политике Ирландии является подчеркнуто «чужим», фарсовым по отношению к фоновому дискурсу повествователя. В семантической решетке сборника ключевая фраза «лист плюща» превращается из символа национальной независимости в символ интоксикации и моральной деградации. Политическая «активность» участников оценивается автором как суррогат реальной борьбы, их риторика ? как суррогат искусства. Немного больше сегментов субъективной модальности в следующем рассказе, «Мать». Они порождены сознанием женского персонажа, миссис Кирни, некоторым качествам которой Джойс симпатизирует, в частности – ее активности, которой лишены участники-мужчины. В завершающей взрослый цикл истории «Милость Божья» модальная сетка на 94 % оформлена эвиденциальной модальностью безучастного повествователя.

Модальная сетка повести «Мертвые» занята эвиденциальной модальностью повествователя на 69 %. В воспроизведенный им дискурс участников включены все аспекты дублинской жизни: искусство, религия, политика, семейные связи и традиции, но особое развитие получают гендерная тема, тема журнализма и тема любви, которые до сих пор не акцентировались. Рекуррентной моделью чередований типов субъективной модальности персонажа, журналиста Габриэля Конроя, занимающая 31 % текстовой сетки, является следующая: «ЭвМ ?ЭмМ ? ОцМ ? ЭпМ». Но финал (эпифания) повести и всего сборника содержательно определяется гипотетической модальностью, новым визионерским знанием. Тем самым нарратор создает особое «поле тяготения», собирающее все семантические констелляции сборника в один философско-эстетический смысловой фокус, в котором скрещиваются признаки всех ключевых концептов. Финальный поток сознания героя представлен как модернистская реакция на тривиальную газетную фразу, идеологический приговор ирландской национальной идентичности. В то же время рекуррентные слова-медиаторы «память» и «прошлое» сближают полюса конфликтующих семантических констелляций «жизнь/смерть», «тело/душа», «грех/святость».

«История жизни дублинцев» репрезентирует мифологему пути «материального тела» в мире модернистского города. Он структурируется рутинными событиями и выделяющимися на их фоне ментальными событиями-озарениями (эпифаниями). Завершается этот путь гипотетической смертью-прозрением – переоценкой героем собственной идентичности и жизни через скрещивание образов любви и смерти.

В Заключении подводятся итоги исследования. Главным теоретическим результатом является системная лингвокогнитивная характеристика точки зрения, которая отвечает условиям дефиниции нарративного текста. В практическом плане результаты исследования таковы: 1) разработана комплексная поуровневая методика анализа ритма точек зрения; 2) проведен целостный комплексный анализ текстов произведений Дж. Джойса и В. Вулф, полученные результаты подтверждают действенность категории ритма точек зрения как фактора, определяющего логику формирования и реконструкции целостной ментальной репрезентации мира истории.

Основные публикации, отражающие результаты исследования:

Монография:

Точка зрения и композиционный ритм нарратива (на материале англоязычных модернистских текстов) ? М.: Изд-во МГОУ 2009. ? 304 с.

Статьи в изданиях, рекомендуемых ВАК:

Представление концепта «Тело человека» в композиционно-нарративной структуре модернистского текста // Вестник СПбУ. Серия 9. Филология, востоковедение, журналистика. – Вып. 4 (Ч. II) ? 2007. ? С. 68-77.

Пространственная точка зрения и структура повествовательного текста: лингво-когнитивный аспект // Филологические науки. ? № 1. ? 2008. ? С. 35-45.

Точка зрения и композиционно-нарративная структура модернистского текста // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Серия «Филологические науки». – № 2 (26). – ВГПУ. Изд-во «Перемена». – С. 94-97.

Временная структура и композиция модернистского текста // Вестник Тамбовского университета. Серия «Гуманитарные науки». – № 2(58). – Тамбов, 2008. – С. 255-261.

Композиционный ритм и когнитивная логика нарративного текста (сборник Дж. Джойса «Дублинцы») // Известия РГПУ им. А. И. Герцена. – № 11 (75). – Серия «Общественные и гуманитарные науки». – С.-Пб., 2008. – С. 23-37.

Синтаксис нарратива потока сознания и его преобразования при переводе // Вестник МГОУ. Серия «Лингвистика» – № 2. – М.: Изд-во МГОУ, 2008. – С. 123-129.

Когнитивная логика нарратива // Вестник Российского государственного гуманитарного университета. Серия «Литературоведение. Фольклористика». – № 9/08. – М., 2008. – С. 38-50.

Научные статьи:

Симметрия стихотворного текста. Анализ стихотворения Дж. Г. Байрона «Twilight» // Весы: Альманах гуманитарных кафедр БГПИ. – Балашов: Изд-во БГПИ, 1997. ? № 6. – С. 30-38.

Ритм и симметрия художественного текста // Ритм и стиль: Сб. науч. тр. / Под ред. Л. В. Татару. – Балашов: Изд-во БГПИ, 1999. – Вып. 1. – С. 5-22.

Text Perspective in Shakespeare’s Sonnets // On Page and Stage: Shakespeare in Polish and World Culture. – Krakow, 2000. – P. 103-113.

О текстовой перспективе // Ритм и стиль: Сб. науч. тр. / Под ред. Л.В. Татару. – Вып. 2. – Балашов: Изд-во БфСГУ, 2000. – С. 38-43.

Ладовая структура текста и композиция (анализ рассказа Дж. Джойса «Встреча») // Ритм и стиль: Сб. науч. тр. / Под ред. Л.В. Татару. – Вып. 3. – Балашов: Изд-во БфСГУ, 2001– С. 47-56.

Длина и структура предложения в литературе «потока сознания» // Ритм и стиль: Сборник научных трудов / Под ред. Л.В. Татару. – Саратов: Изд-во СГУ, 2004. – Вып. 4. – С. 28-41.

О соотношении понятий «языковая картина мира» и «текст» // Концептосфера – дискурс – картина мира: международ. сборник науч. трудов по лингвокультурологии / Отв. ред. Е. Е. Стефанский. – Самара: Самар. гуманит. академия, 2006. – С. 9-13.


загрузка...