Философские основания культуры: онто-гносеологический, социо-антропологический аспекты (13.07.2009)

Автор: Лапина Татьяна Сергеевна

На правах рукописи

ЛАПИНА ТАТЬЯНА СЕРГЕЕВНА

ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВАНИЯ КУЛЬТУРЫ:

ОНТО-ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЙ,

СОЦИО-АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

специальность - 24.00.01 – теория и история культуры

Автореферат диссертации

на соискание ученой степени

доктора философских наук

Тамбов – 2009

Работа выполнена на кафедре культурологии Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина

Научный консультант – д. филос н., проф. О.В. Ромах

Официальные оппоненты: д.филос.н., профессор Добрынина В.И.

д.филос.н., профессор Налетова И.В.

д.филос.н., профессор Зотов С.В.

Ведущая организация Московский государственный

университет культуры и искусств

Защита состоится 29 октября 2009 года в 11 - 00 час. на заседании диссертационного совета Д 212.261.06 при Тамбовском государственном университете им. Г.Р.Державина по адресу:

392006, г.Тамбов, ул. Советская, 6, зал заседаний диссертационного совета.

С диссертацией и авторефератом можно ознакомиться в библиотеке Тамбовского государственного университета имени Г. Р. Державина и на официальном сайте ВАК Минобрнауки России http:/vak@ed.gov.ru.

Автореферат размещен на сайте ВАК _____ июля 2009 г., разослан _____ сентября 2009 года,

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат философских наук,

профессор В.С. Семина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования с социально-практической точки зрения обусловлена уже стремительностью и динамизмом современного общественного развития, значительностью и новизной в ряде отношений происходящего в социуме в текущую эпоху. Прежде всего это глобализация, протекающая сложно и противоречиво, наблюдаются также активные миграционные процессы, мировым сообществом усиленно проводится работа над обеспечением соблюдения прав человека по странам и на мировой арене, в медицинскую практику внедряется биоэтика и т.д. Следствием является обострение нужды участников общественных отношений в придании подобным процессам окультуренных форм как цивилизованных и гуманных.

О смещении культуры ,,в эпицентр человеческого бытия”, – еще в конце прошлого века заявлял В.С. Библер1. Отмечая практически обусловленный характер интереса к ,,фундаментальным проблемам культуры”, А.Н. Чумаков подчеркивает, что ,,в условиях нарастающей глобализации проблематика культуры уже самим объективным ходом общественного развития все больше выдвигается на передний план при осуществлении социально-экономических и политических преобразований, как на уровне отдельных государств, так и в мире в целом … ”2. Исходя из осмысления современной реальности, С.Н. Иконникова акцентирует большой размах процесса складывания ,,мирового культурного пространства”, когда ,,культура приобретает значение фактора консолидации и сплочения общества …”3. Из сказанного вытекает, что для широкомасштабного осуществления окультуривания должны быть выявлены основания культуры.

Ожидания современного человечества относительно улучшения качества жизни актуализируют и потребность в умении различать общественные процессы, повышающие уровень окультуренности общества (это могут быть плодотворные реформы), и акультурацию, т.е. резкое снижение уровня окультуренности общества в целом или отдельных его сфер по сравнению с предшествующим историческим периодом. Сознание культуросозидающих субъектов должно обогатиться и достаточно определенными критериями отделения культуры от антикультуры в связи с наблюдающимся усилением некоторых форм последней (например, теневой экономики и оргпреступности), и необходимостью оказания ей более активного сопротивления со стороны социально здоровых сил.

В процессе философского обоснования общего понимания культуры выявляются атрибутивные и инвариантные качества последней, не имея представления о которых невозможно разрабатывать и выполнять проекты человеческого обустройства. В частности, в связи с возрастанием угрозы выживанию человечества обостряется потребность в том, чтобы научить людей намного лучше, чем это происходит, отдавать себе отчет в разрушительности определенных последствий человеческой активности, в обосновании созидательного характера культуры и необходимости гораздо более усиленно, чем раньше, продуцировать специфические технологии оградительно-защитного и страховочного типов.

Во все времена культуроносные формы в произведенном, содеянном, намеченном и в самом процессе человеческой активности надо уметь выявлять (разработав соответствующие критерии), надлежит утверждать (иногда спасать), а также оберегать. Для всего этого требуется, помимо прочего, эксплицировать культурогенные факторы сущего.

С теоретической точки зрения, актуальность раскрываемой темы диктуется бумом культурологии в России начиная с конца ХХ в., потребностью в выявлении роли философии в создании теории культуры и осмыслении значения последней в социуме. Очевидно, что решить эти задачи невозможно, не продолжив поиски наиболее приемлемого понимания природы культуры, не раскрыв предмет философии культуры, исходя как из специфики последней, так и из специфики любомудрия.

Среди профессиональных философов – вопреки участившимся в последние десятилетия попыткам смазать своеобразие философии и выдать за нее то науку, то религию, то искусство и вообще любые абстрактные рассуждения – усилились стремления далее развивать философствование в метафизическом духе. Требуется отвести угрозу потери специфики любомудрия, и отчасти добиться этого, на взгляд диссертанта, позволит углубление философской рефлексии над культурой.

Степень научной разработанности проблемы нельзя оценить однозначно. С одной стороны, начиная с древности различными философами выдвигаются положения и пишутся труды, в которых с позиций любомудрия осмысляется культура. Историко-философских и современных учений о культуре, как мы знаем, много. С другой стороны, во-первых, вопрос именно об основаниях культуры специально мало кем из философов и ее теоретиков ставится особо, хотя косвенно они нередко его затрагивают. Во-вторых, было и есть много авторов, которые отождествляют культуру с общественной историей и жизнью1 или в духе принципа полилинейности принимают ее за обособленные общественные организмы. Значит, если они и обращаются к культуре в затронутом отношении, то имеют в виду основания либо общественной жизни и истории в целом, либо жизнедеятельности отдельных стран, групп стран и регионов, объединенных единым культурообразующим, с точки зрения этих исследователей, признаком, например, общей религией.

Поэтому диссертант стремится говорить о степени разработанности взятой им темы в основном теми исследователями, которые сужают культуру до особого объекта рассмотрения, не приравнивая ее к обществу в целом. Но при проведении и такого подхода мы были вынуждены себя ограничить, ибо в пределах указанного суженного понимания культуры много различных ее интерпретаций. Вот почему мы скажем о характере разработанности предложенной темы по преимуществу теми авторами, которые явно или неявно, но выделяют такую категорию, как ,,основания культуры”, и либо тоже придерживаются аксиологического понимания последней, либо, довольно широко ее трактуя, уделяют внимание ,,ценностям культуры”.

Не выдвигая такого понятия, как основания культуры, их, тем не менее, фактически, исследовали неокантианцы Баденской (Фрейбургской) школы с позиций той философии ценностей, которую они предложили. Главные представители указанной школы – В. Виндельбанд и Г. Риккерт – отправляются от выведения Кантом априорных форм познания и мыслительной деятельности. Они переносят априоризм на понимание культуры, считая ее основой соотнесение социальных явлений с вечными объективными ценностями, стоящими над меняющимися врeменными интересами людей. От философии, пишет Виндельбанд, мы ожидаем размышления о ценностях, которые ,,обоснованы высшей духовной действительностью”1 и обладают ,,сверхэмпирическим значением”2.

Неокантианцы ставили задачу выявить общую структуру всякого культурного творчества, которая, по их мнению, носит трансцендентальный характер. Эта общность и единство создаются ,,самосознающей деятельностью разума”, выводящего общеобязательные ценности истины, блага, красоты. Все эмпирические оценки имеют смысл, только если допускаются оценки с позиций абсолютных ценностей. ,,Итак, можно сказать, – заключают глубокие интерпретаторы неокантианства С. Неретина и А. Огурцов, – что культура мыслится им (Виндельбандом – Т.Л.) как совокупность общезначимых ценностей и норм, функция которых заключается в том, чтобы служить обоснованием (курсив наш. – Т.Л.) единства многообразных форм культурного творчества … ”1

Согласно Риккерту, понятие ценности является основным при отделении культурных явлений от природы и человеческие создания взлелеяны ради определенных ценностей. Ценности не фактичны, а только значащи, образуют особый ,,мир трансцендентального смысла”, то есть они обще-значимы в качестве идеала, и существует их законченный набор. Риккерт выделяет шесть сфер духовной жизни: логику, эстетику, мистику, этику, эротику, религию и соответственно этот философ вычленяет такие виды ценностей как истина, красота, надличностная святость, нравственность, счастье, личная святость.

Начиная с неокантианцев, мы считаем, пришло осознание ценностной природы культуры. За ценностями неокантианцы признают формообразующую программирующую роль. В усмотрении в ценностях объединительного начала всех культур и в установлении обязательности соотнесения с ними всего создаваемого людьми заключается неоспоримая заслуга неокантианства. Отнесение к ценностям как к фактору конституирования культуры, на наш взгляд, вошло в достояние мировой культурологии, хотя сами ценности можно трактовать по-иному.

П. Сорокин в фундамент культуры полагает переплетение гносеологических и аксиологических оснований. Он считает, будто в общественной истории то и дело сменяют друг друга три основных типа культуры: умозрительный, чувственный и идеалистический – синтез двух предыдущих полярных типов. В основе каждого типа лежит, согласно Сорокину, определенный способ познания, который и определяет в соответствующую эпоху ценностную представленность морали, искусства, религии, научного знания, экономических и политических отношений, классов, институтов, типов личностей, видов социального поведения. Каждый способ познания относителен и ограничен, и культура, построенная на основе одного из них, с какого-то момента начинает шататься. Система ценностей определенной культуры в свое время рушится и заменяется другой в соответствии с иным видением мира. П. Сорокин был в общем прав тогда, когда увязывал культуроносные циклы общественного развития с такими основаниями, как характер достигнутых знаний и утверждение определенной иерархии ценностей, хотя этим не исчерпываются основания культуры.


загрузка...