Символическое конструирование социального пространства осваиваемого региона (социологический анализ) (12.09.2009)

Автор: Говорухин Григорий Эдуардович

, Дж. Харсани и др. Другой восходит к более древнему источнику. Он проистекает из представлений Платона и Аристотеля и обнаруживается в XX веке в творчестве Х. Аренд и Т. Парсонса. Дискурсивным водоразделом обоих потоков становится отношение к проблеме конфликта в системе власти. Строго говоря, обе традиции можно обозначить как вопрос о конфликтной и легитимной природе власти как продукта противодействия людей друг другу и в то же время как организации коллективной жизнедеятельности людей.

Анализ процессов формирования кратоса осуществляется в работах А.И. Кравченко, И.И. Кравченко, В.Г. Ледяева, В.А. Подороги, В.Н. Поруса, Дж. Ритцера, В.Ф. Халипова, и др. Природа власти, а как следствие, и условие ее существования, согласно позиции данных исследователей, сводится к историческим условиям развития самого общества. Общество диктует формы власти, определяет ее природу. При этом объективные условия существования власти вневременны и внепространственны. Идеи, которых придерживались представители постструктурализма и постмодернизма М. Фуко, Ж. Бодрийяр, Ж. Деррида и др., сводимы к общему пониманию тотальности власти. Власть абсолютна. Она деспотично вторгается в жизнь каждого члена общества в тот момент, когда этот человек оказывается в поле зрения общества, т. е. с момента его рождения.

Оценка процессов формирования кратоса становится значимым фактором в анализе способов организации символики пространства. Именно специфическая природа власти, в том виде как она представляется исследователям, влияет на способы распространения властных взаимодействий в географическом пространстве. Одним из условий такого распространения и становится инструмент под названием символизация. Символизация выступает неким туманом, под прикрытием которого власть отвоевывает для себя территории (В.В. Алексеев, Л.А. Андреева, Д.Н. Замятин, С.К. Цатурова и др.).

Безусловно, ценными при анализе процесса конструирования символического пространства осваиваемого региона становятся исследования, нацеленные на изучение собственно географического пространства, в том числе пространства Дальнего Востока. Общий список работ, необходимых для данного анализа, можно условно разделить на две группы. Первая группа – это собственно исторические тексты. На базе таких текстов нами осуществлен историко-сравнительный анализ, позволивший обнаружить закономерности как в освоении пространств, так и в принципах их (пространств) символизации. К таким текстам относятся работы В.В. Алексеева, А.Р. Артемьева, С.Н. Баландина, С.Ю. Барсукова, Е.Л. Беспрозванных, Г.А. Богданова, П. Бурдье, Н.В. Буссе, Ф.Ф. Буссе, Ф. Броделя, А.-Дж. Грэхема, И.В. Зубкова, В.И. Ильина, В. Каганского, А.А. Кауфмана, Р. Клари, П. Кропоткина, Е.В. Крючкова, Ф.А. Кудрявцева, Г.И. Невельского, П.Ф. Унтербергера, и др. Вторая группа текстов представляет собой социологический анализ освоения и символизации пространства. К этой группе относятся работы: Л.Е. Бляхера, М. Вебера, Ю.С. Пивоварова, Д. Резуна, Б. Родомана, В.М. Сергеева, В.А. Сулимова, А.Ф. Филиппова и др.

Заселение пространства осуществляется через трансформацию понимания его функциональной ценности для человека. В этой связи символизация пространства представляет собой ничто иное, как способ функционализации территории заселения. Территория в условиях ее функциональной полезности становится заметной и воспринимаемой как политическими институтами, так и обществом. После определения степени этой полезности территория начинает сигнифицироваться, «осмысливаться» в рамках привычных символов, к которым относятся географические карты, кадастровые реестры и пр.

Цель работы – выявить особенности символического конструирования социального пространства осваиваемого региона, его влияние на специфику социальной идентификации в рамках данного территориального сообщества и формирования устойчивой системы коммуникации населения региона.

Объект исследования – социальное пространство Дальнего Востока как осваиваемого региона.

Предмет исследования – символическое конструирование социального пространства Дальнего Востока.

Целью работы, а также особенностями предмета и объекта исследования, определяется круг задач:

Определить понятие «социальное пространство» как реализацию социального воображаемого в данном обществе, выявить его символическую природу.

Определить роль кратологического дискурса в выработке параметров социального воображаемого и механизмов символизации социального пространства.

Описать процесс формирования принципов символизации социального пространства в рамках европейского социума и традиции социологического исследования этого процесса.

Обосновать понимание символизации как процесса превращения географического пространства в социальное.

Выявить специфику социального пространства осваиваемого региона и особенности его конструирования.

Продемонстрировать систему исторических детерминант, определяющих процесс конструирования социального пространства на Дальнем Востоке России, принципы и условия формирования локального сообщества.

Проанализировать детерминанты символического конструирования социального пространства и формирования локального сообщества на примере города Комсомольск-на-Амуре.

Методология диссертационного исследования. В качестве методологической основы диссертационного исследования выступает концепция Э. Шилза, посвященная «социальному воображаемому». Под «социальным воображаемым» понимаются социальные структуры, более абстрактные, чем повседневное социальное взаимодействие социальных агентов, но детерминирующие протекание этого взаимодействия. Другим основанием нашего исследования является понимание условий символизации географического пространства и превращения его в социальное, рассматривавшееся в работах Г. Зиммеля и интерпретируемое А.Ф. Филипповым.

Эмпирическая база исследования. Эмпирическую базу исследования составили:

результаты формализованных опросов социального самочувствия населения Хабаровского края, проводимые ДВИСПИ в 2002 – 2008 гг. под руководством И.Ф. Ярулина при участии автора. Объем выборки составляет 2000 анкет при генеральной совокупности от 1600 тыс. до 1450 тыс. жителей, проживающих в Хабаровском крае за период с 2002 по 2008 годы. Выборка репрезентативна по территориальному и возрастному признаку (n = 1000);

результаты формализованного опроса в г. Комсомольск-на-Амуре, проведенного автором в 2007 – 2008 гг. Генеральная совокупность – население города Комсомольска-на-Амуре старше 18 лет. Выборка составляет 500 анкет при генеральной совокупности общего числа жителей города в 287 тыс. Выборка репрезентативна по территориальному, профессиональному и возрастному признаку (n = 220);

неформализованное интервьюирование жителей города Комсомольск-на-Амуре. Выборка репрезентативна по территориальному и возрастному признаку (n = 140);

5 фокус-групп с жителями города Комсомольск-на-Амуре по теме: «Символизация социального пространства «новых» городов Дальнего Востока: Комсомольск-на-Амуре»;

результаты вторичного анализа материалов официальной статистики и исторических документов.

Ряд исследований были проведены при финансовой поддержке Фонда Форда грант № 1045-0845-1 в 2006 году по теме: «Символизация социального пространства «новых» городов Дальнего Востока: Комсомольск-на-Амуре» и Российского гуманитарного научного фонда грант № 07-01-88180 г/Т в 2007 году по теме «История освоения Российского Приамурья и современное социально-экономическое состояние стран АТР».

Научная новизна исследования:

Впервые в специальной литературе выявлены признаки символического конструирования социального пространства на Дальнем Востоке России в процессе становления. Анализ такого конструирования, выявление символических признаков закрепления территории за населением позволяет произвести экстраполяцию настоящих процессов организации социального пространства, как на прошлое, так и на будущее человечества. Выявленные признаки символизации конструирования социального пространства позволяют обозначить закономерности развития социальных структур на отдаленных территориях и выявить условия символической «приживаемости» больших групп людей в осваиваемом пространстве.

Определены условия сохранения и поддержания «проточного» пространства, его влияние на специфику социальной структуры осваиваемого региона. Так, одним из условий формирования социального пространства Дальнего Востока становится «проточность», формирующаяся в условиях челночной миграции населения. Челночная миграция и связанное с ней вахтовое производство становится объектом рассмотрения различных научных направлений, в том числе экономики, истории, философии. Полученные в ходе исследований данные позволяют рассматривать такое явление как «челночность» в виде спорадических экономических взаимодействий, временных социальных поселений и пр. Мы со своей стороны предлагаем рассматривать пространство Дальнего Востока как «проточное» пространство. Несмотря на высокую мобильность населения, в таком пространстве формируются признаки самодостаточности. «Проточное» пространство наделено особыми символическими условиями, сохраняющими это пространство.

В научный оборот введено и обосновано понятие «лакунарного пространства». Процесс освоения территории не становится тотальным, охватывающим всю географию осваиваемого региона. В процессе освоения сохраняются участки пространства, обозначающие символически значимое, но социально невидимое пространственное образование, которое не задействовано в хозяйственной деятельности человека. «Лакунарные пространства», являясь естественной средой обитания человека и находясь в границах уже фактически освоенной территории, выступают источником опасности для организации социального пространства. Лакунарное пространство имеет тенденции к расширению и включению в себя территорий некогда хозяйственно освоенных.

Выявлены особенности протекания процесса редукции, «сокращения» социального пространства и формы его социального осмысления. В ходе изменения символической, идеологической программы, отдаленные территории начинают сокращаться. В условиях «проточного пространства» это происходит естественным образом путем привычного оттока населения и сокращения его притока на осваиваемую территорию. Такого рода процессы неизбежно приводят к изменению осмысленности территории и формированию новой сигнификативной реальности социального пространства.

Положения, выносимые на защиту:

Важнейшим условием осуществления социального взаимодействия выступает социальное пространство, в котором данное взаимодействие осуществляется. Сами же эти характеристики связаны с символическим осмыслением пространства, наделением его системой социальных смыслов. Вне этого осмысления пространство оказывается «невидимым», а взаимодействие оказывается невозможным.

Сам процесс символизации пространства не протекает «естественно», в ходе социального взаимодействия, но предшествует ему, составляет его условия. Ключевым элементом, детерминирующим осуществление символизации пространства, выступает властный дискурс.

Символизация выступает здесь инструментом превращения географического пространства в социальное. Участки пространства, не подвергшегося символическому освоению, оказываются «социальными лакунами», а их население – «социальными невидимками».

В условиях осваиваемого региона символизация не предшествует социальному действию, не выступает как условие его осуществления, а совпадает с ним по времени. Сам акт символизации пространства выступает значимым социальным действием, фиксируемым и социально, и документально. Этот процесс особенно ярко проявляется на Дальнем Востоке России, относительно недавно включенном в единое макросоциальное пространство страны.

Символическое включение Дальнего Востока в состав России осуществлялось на основе властного маркирования границ пространства и определения жесткой системы регулятивов, которые создавались и внедрялись в ином социальном пространстве. Не имея возможности сформировать целостный социально-смысловой облик региона, власть символически осваивает лишь отдельные территориальные фрагменты. Неосвоенные участки, лежащие внутри символических границ, превращаются в социальные лакуны.

В ситуации слома принципов символизации, произошедшего в связи с распадом Советского Союза, социальные лакуны начинают разрастаться, что ведет к нарушению структуры взаимодействия в локальном сообществе и механизмов социальной коммуникации. Разрастание социальных лакун приводит к деградации социального пространства, его сокращению.

Сокращение социального пространства делает его гораздо более гомогенным, целостным. Это создает условие для нового символического осмысления образовавшейся целостности. Последнее и выступает условием последующего будущего расширения.

Проявления процесса деградации символического пространства советского Дальнего Востока на уровне повседневного социального взаимодействия обнаруживаются на примере города Комсомольск-на-Амуре. Одновременно в границах того же городского пространства обнаруживаются условия для появления новых символических моделей социального пространства региона.

Теоретическая значимость исследования связана с расширением наших представлений о формах организации социального пространства, механизмах осмысления географического пространства в качестве «родного», социального и связи абстрактных социальных категорий с повседневной социальной практикой. Не менее значимым является конкретизация представлений об особенностях осваиваемого социального пространства и формах его символизации. Последнее позволяет расширить наши знания о способах символизации пространства, протекающих параллельно с актуальной социальной деятельностью.

Практическая значимость состоит в возможности выработки системы мероприятий на основе материалов диссертации, способных существенно ускорить процесс формирования стабильного населения региона, сокращения миграционной готовности населения. Результаты диссертации вошли в структуру курсов «Социология» и «Социальная философия», а также «История Дальнего Востока России», прочитанных автором в КнАГТУ и АмГПГУ в 2005 – 2008 гг.


загрузка...