Коммуникативные стратегии становления и развития современной культуры политики России: социологический анализ (10.10.2011)

Автор: Савинков Владимир Ильич

В рамках исследования автор рассматривает следующие направления коммуникативных стратегий, приобретающих, во-первых, немалое значение в современных модернизационных преобразованиях; во-вторых, дифференцированный характер по целям, характеру и способам коммуникаций. Проблемы разработки и реализации коммуникативных стратегий государственной культурной политики анализируются применительно:

– к области искусства и сохранения культурного наследия (ведомственные компетенции Министерства культуры);

– к области образования (ведомственные компетенции Министерства науки и образования);

– к сфере медиаиндустрии и СМИ (ведомственные компетенции в течение последнего десятилетия менялись; в настоящее время они закреплены в основном за Министерством связи, частично (кинопроизводство) сохраняются за Министерством культуры);

– к процессам формирования международного имиджа России и осуществлению межкультурного диалога (ведомственные компетенции Министерства иностранных дел и Министерства культуры).

В исследовании обосновывается необходимость проработки общетеоретических проблем коммуникативных стратегий применительно к широко понятой сфере культуры, а также к конкретной ее части (отрасли). В связи с этим указывается на важность проработки по каждому направлению коммуникативной стратегии общих ее ориентиров и целеполагания управленческой деятельности, особенно применительно к условиям модернизации (стратегия должна обрести инновационный характер), а также к кризисной ситуации. В этом случае речь идет о целостном видении объекта управления, об учете предшествующего состояния и стадий его развития, об ориентирах и направлениях его дальнейшего развития, о планировании, семантике и аксиологии управленческой деятельности – целях, смыслах, принципах, ценностях, символах. Важными задачами также выступают следующие: проработка вопросов о ресурсной базе, инструментариях управления, об оценки и критериях эффективности, о прогнозировании развития объекта управления.

В исследовании отмечается, что подобной целостной коммуникативной стратегии пока не выработано ни по одному из представленных в исследовании направлений культурной политики. В данном разделе прослежены лишь отдельные ее комплексы и элементы применительно к сфере искусства (отрасль культуры), к практике образования (отрасль науки и образования) в той мере, в какой они уже выше рассмотрены.

Во втором параграфе «Многообразие коммуникативных практик и технологий в решение культурных проблем» рассматриваются теоретические и прикладные аспекты понимания коммуникативных практик и технологий в рамках осуществления культурной политики.

Коммуникативные практики представлены в исследовании как разновидность социальных и культурных практик. Коммуникативные практики используют устоявшиеся в традиции способы (правила, схемы, модели, образцы и др.) прямого и опосредованного взаимодействия, использующиеся людьми в контактах друг с другом. При этом и взаимодействие, и контакты могут осуществляться разными способами и требуют от людей определенного видения контактной ситуации и ее оценки, выраженных в словесном разговоре или письменной речи, определенных действий, вытекающих из самого процесса коммуникации.

Коммуникативные практики целостны, масштабны; они не ограничены индивидуальной значимостью, но значимы для многих и/или для всех. Эти практики обусловлены во многом типическими (повторяющимися при сходных условиях) обстоятельствами и ситуациями, поэтому во многом регулируются социальными закономерностями, нормами, традициями, закрепленными в культуре. Для человека их выполнение привычно, не требует дополнительных усилий. Вместе с тем немалая часть коммуникативных практик определяется также законодательно-правовыми механизмами, жестко закрепляющими те нормы взаимодействия, смыслы, оценки, которые определяют контакты. Создание или освоение новых способов взаимодействия порождает инновационные коммуникативные практики.

Социокультурная сфера, по существу, состоит из огромной сети разных видов и форм практик, в рамках которых коммуникативная разновидность занимает ведущее место и тесно переплетена с практиками иного характера: творческими, управленческими, межнационального общения, социализации и воспитания новых поколений и т.п. Многие коммуникативные практики в социокультурной сфере имеют глубокие корни зарождения и развития (практики демонстрации живого искусства аудитории зародились в культурах древнего мира, то же самое относится к практикам обучения, зрелищным практикам и др.). Одновременно в мире и в России стремительно растет число практик, которые возникли несколько десятилетий или даже лет назад: практики массмедиа, информационно-компьютерные, электронные, мультимедийные и др. Для многих из них характерны поляризация ряда важных культурных характеристик: с одной стороны, они ведут к массовизации коммуникативных взаимодействий, с другой – к индивидуализации, замыканию человека перед экраном. Исследователи констатируют, что подобный человек утрачивает эмоциональную отзывчивость, чувственную непосредственность, хотя его возможности потреблять многообразие мультимедийных продуктов многократно возрастают.

Автор дает определение коммуникативных технологий, которые задействованы в социокультурной сфере и культурной политике, и представляет их разновидности. Имеются свои требования к коммуникационным технологиям через электронные системы, включая официальные сайты, Интернет-порталы официальных органов власти, крупных корпораций, общественных организаций и др. В этом случае широко используются разные мультимедийные технологии и web-дизайн.

Медиаиндустрия, включая индустрию культурных продуктов и культурных услуг, ныне представляет один из быстро растущих секторов современной культуры России. Пока его теоретическое осмысление отстает от его реального развития. Также недостаточно отрефлексированы практические возможности использования медиаиндустрии и электронных технологий в деятельности государственных органов власти, осуществляющих культурную политику в разных ведомственных формах.

В третьем параграфе «Новые принципы взаимодействия между населением и властью в условиях развития информационных технологий» анализируются такие вопросы, как формирование в современной России новых социальных обществ, в частности, связанных с доминированием тех или иных видов коммуникаций, их влияние на изменение социокультурной практики, на трансформацию модели культурной политики, на отношения между населением и властью.

В диссертации обосновано положение о совокупной аудитории электронных каналов – субъекте мультимедийных и цифровых коммуникаций как об открытом коммуникативном сообществе, которое по своим характеристикам не совпадает ни с социально-демографическим составом, ни с производственно-профессиональной принадлежностью людей, но при этом образует устойчивую социальную целостность. В социологическом аспекте, в количественных и качественных признаках аудитории отражаются характеристики социальных и коммуникативных взаимосвязей различных групп общества. Вследствие динамического распространения информационно-коммуникативных технологий рассредоточенная в культурном пространстве аудитория вступает в виртуальное общение посредством Интернета и медиасреды, организуя коммуникативное сообщество. В течение последнего десятилетия стало очевидно, что экранная культура и мультимедийные средства выступают инструментами, порождающими новые группы не только в масштабах города, области, страны, но и в масштабах межстранового и межрегионального пространства.

На основе анализа социологических данных в диссертации сделан вывод о трансформации вкусов, информационных потребностей и культурных запросов подавляющего большинства российских пользователей электронных теле-, радио-, кинокоммуникаций, составляющих значительную часть аудитории. В этой ситуации даже представители наиболее «интеллектуальных» секторов сферы культуры, включая систему науки и образования, традиционно ориентированную на книжное знание и персональные взаимодействия, с середины 1990-х годов начали интегрироваться в виртуальное коммуникативное сообщество.

Рассматривая отмеченные тенденции, диссертант приходит к выводу о формировании в российском обществе культуры медиапотребления и новых механизмов социокультурной интеграции. Электронные и цифровые теле-, радио- и Интернет-коммуникации России в значительной степени стали стягивать на себя функции формирования моральных и нравственных ценностей, социальных установок, определяющих политические интересы, культурные предпочтения и вкусы в нашей стране. В социокультурной сфере в результате таких трансформаций постепенно нарастают новые дисбалансы и противоречия, не свойственные предыдущим периодам культурного развития, хотя и повторяющие некоторые закономерности нашего исторического развития.

С одной стороны, материалы многочисленных социологических исследований позволяют сделать вывод о тенденции к атомизации социальной среды, дроблению прежних культурных групп, утрате межличностных связей. Кажется, что работоспособная часть населения прочно устроилась перед экранами, минимизируя личные взаимодействия «лицом к лицу». Но, с другой стороны, эти новые, опосредованные техникой отношения стали складываться в процессе формирования массовых групп, сплоченных социальной, этнической, культурной консолидацией. Российские граждане, обращаясь к интерактивным формам сетевого взаимодействия (по типу социальных сетей, «живых журналов», блогов и пр.), получили возможность посредством техники общаться друг с другом в режиме реального времени, без политической цензуры, опираясь в основном на моральные принципы и обсуждая проблемы разных культур, обществ, повседневной жизни. Однако их вовлечение в реальные процессы коммуникативного сообщества осуществляется крайне неравномерно, что не может не вызывать у многих людей чувства недовольства тем, как они протекают, неудовлетворенности своей пассивной в них ролью. Автор подробно рассматривает проблему «информационного и цифрового неравенства» в России, выявляя наиболее острые противоречия, которые актуализируют перед органами власти, особенно перед проводниками культурной и социальной политики, во многом новые проблемы и задачи.

Подчеркивается значение электронной коммуникации для становления гражданского общества. Однако необходимость сохранения информационной и культурной безопасности страны предполагает включение механизмов регулирования информационных потоков в сети (таких, как запрет на пропаганду насилия, распространение порнографии и пр.). Усиление самоорганизации как результат демократизации отношений власти и общества не должен, по мнению автора, приводить к отстранению государства, осознающего свою ответственность за модернизацию, от участия в решении социальных и культурных проблем. В связи с этим автор анализирует вопрос о расширении возможностей использования современных ИКТ (информационно-коммуникативных технологий) в разных видах деятельности, раскрывая динамику изменений в использовании Интернета.

Рисунок 2

Структура целей обращения молодежи к Интернету, в %

Несмотря на то, что ИКТ выступает инструментом, обеспечивающим прежде всего образовательный и коммуникативный процесс, информационно-коммуникативная компетентность становится неотъемлемой частью профессиональных компетенций, повышающих эффективность функционирования системы служебных коммуникаций (см. рис. 2). Особое внимание уделяется исследованию процессов информатизации органов государственной власти в ракурсе проблемы совершенствования их взаимодействия с населением, налаживания диалога со структурами бизнеса и институтами гражданского общества.

В диссертации рассматривается законодательно-нормативная база в сфере ИКТ, используемая для обеспечения доступа граждан к официальным документам и регулирующая предоставление государственных (муниципальных) и информационно-коммуникативных услуг, предусмотренных программой «Электронная Россия». В результате анализа в работе обосновывается вывод о том, что «электронное правительство», действующее на базе единого информационного пространства, формирует условия для дальнейшего развития региональной, интегрированной информационно-коммуникативной, культурно-образовательной среды.

Основываясь на данных социологических исследований, автор предлагает новые содержательные ориентиры коммуникативных стратегий, направленные на эффективность медиаиндустрии и СМИ как важного пространства культурной политики. В диссертации обосновывается первоочередная потребность в создании новых по целевым задачам и семантике общероссийских телеканалов (в частности, детского, юношеского и учебного вещания, военно-патриотического и др.). Именно модернизация сети телерадиовещания Российской Федерации, включая переход на цифровое вещание, может создать благоприятные предпосылки для появления новых, востребованных обществом теле- и радиоканалов. Обосновывается необходимость преодоления «информационно-культурного неравенства» регионов, которое обозначает не только неравномерность развития информационной инфраструктуры, но и разный уровень готовности социальных институтов и организаций к обеспечению доступа граждан к достижениям современных информационных технологий и культуры, чтобы устранить существующие «разрывы», дезинтегрирующие население страны и разрушающие целостность социокультурного пространства России.

В пятой главе «Коммуникативные стратегии межкультурного диалога и формирование международного имиджа России в условиях глобальных взаимодействий» диссертант выявляет специфику разработки коммуникативных стратегий в целях ведения межкультурного диалога в условиях глобализирующегося мира, предлагает авторскую типологию коммуникативных стратегий формирования имиджа России на основе культурно-ценностных показателей.

В первом параграфе «Расширение возможностей глобального межкультурного диалога и участия в нем российского общества» анализируются процессы глобализации, основанные на коммуникативной составляющей; на конкретных примерах изучается, как разные каналы включаются в сложную систему коммуникаций, влияя на характер и содержание социокультурных процессов.

Выявляя тенденции развития информационно-коммуникативных технологий и исследуя процессы обмена телевизионными текстами (программами), автор приходит к выводу, что стратегия коммуникации, разрабатываемая телевидением, приобретает сущностные качества, функции и методы, аналогичные формированию культурной политики. Поэтому дальнейший анализ в диссертации строится на изучении стратегии функционирования телевидения, призванного выступать инструментом культурной политики в условиях глобализирующегося мира.

В диссертации отмечается, что коммуникативная стратегия продвижения идей и интересов транснациональных корпораций в условиях глобализации использует по преимуществу механизмы продвижения культурной продукции. В «упаковке» культурных, общечеловеческих ценностей в силу их притягательности легче создать иллюзию «единого мира», виртуальной «общности человечества», а то и попросту замаскировать истинные цели борьбы за новые рынки сбыта стандартизированной продукции в глобальных масштабах.

На основе анализа культурно-коммуникативных процессов глобализации автор выявляет новые подходы к продвижению идей и товаров под видом общечеловеческих, духовных и культурно-смысловых ценностей, виртуализированных в «символический капитал» культуры. С его помощью создается новый образ мира, формируются определенные культурные ориентации и предпочтения.

Доминирующую роль в международной политике глобализирующегося мира начинают играть электронные каналы коммуникации, используемые для создания целостной системы сведений о том или ином явлении, событии, облеченные в яркую, притягательную для зрителя форму; для полного (или частичного) ограничения культуры страны от возможностей информационно-коммуникативного воздействия (при всей маловероятности данного сценария в условиях глобализации, развития системы ИКТ).

Совершенно очевидно, что национально изолированная культура вряд ли сможет продолжительное время противостоять глобализирующемуся миру. Следовательно, возникает проблема сохранения и развития самобытной культуры. Наиболее плодотворный путь, по мнению автора диссертации, заключается в выработке цивилизационного консенсуса, глобальной морали, в поиске механизмов диалога культур и согласования разных позиций. И в этом процессе велика роль и значение коммуникативной стратегии формирования культурной политики, способствующей межкультурному, межконфессиональному и межцивилизационному диалогу.

Во втором параграфе «Стратегия формирования информационно-культурного и образовательного пространства в странах СНГ (отечественный опыт)» выявлены основные государственные стратегии взаимодействия России с другими странами, раскрываются ресурсы культурной дипломатии в этих процессах, исследуются механизмы культурной политики, обеспечивающие сохранение отечественной культуры, развитие толерантности в условиях мультикультурной среды и др.

В диссертации анализируется реализация федеральных целевых программ и межгосударственной целевой программы инновационного сотрудничества государств-участников СНГ и др. Все эти программы призваны содействовать сохранению за рубежом российских культурно-исторических памятников, обмену культурными ценностями, способствовать взаимопониманию между народами и взаимообогащению культур. Открытые в этих целях в странах СНГ российские центры науки и культуры работают по следующим направлениям: информационное сопровождение внешней и внутренней политики России; содействие расширению международных культурных, образовательных, научно-технических связей; работа с соотечественниками; поддержка русского языка и образования; взаимодействие с неправительственными организациями, зарубежной общественностью, иностранными выпускниками российских вузов.

Государственная культурная политика, отмечается в диссертации, выходит далеко за пределы социокультурного пространства нашей страны. Реализация ее стратегий осуществляется с привлечением ресурсов отечественной культуры, которыми располагают российские представительства в зарубежных странах.

В диссертации выявляются и анализируются общие тенденции и некоторые особенности взаимодействия и культурного обмена между Россией и Арменией, Азербайджаном, Белоруссией, Молдавией, Казахстаном, Украиной, Таджикистаном и др. Государственная культурная политика в рамках СНГ регулируется Федеральным законом «О внесении изменений в Федеральный закон "О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом"», в котором есть положение о переходе от предоставления соотечественникам гуманитарной помощи к активному партнерству и сотрудничеству с ними. Наделение статусом «соотечественника», по мнению автора диссертации, основывается на принципе самоидентификации, подкрепленном соответствующей общественной или профессиональной деятельностью.

Основываясь на данных социологических исследований, диссертант раскрывает законодательные, организационные, политические и коммуникативные аспекты формирования стратегии Российского государства в развитии и укреплении культурных связей с соотечественниками с целью дальнейшей консолидации зарубежных общин, налаживания их эффективного взаимодействия с исторической родиной.

В третьем параграфе «Коммуникативная стратегия создания международного имиджа современной России в социологическом и ценностно-аксиологическом измерении» рассматриваются социально-экономические и культурно-информационные условия и факторы, способствующие позиционированию политических, экономических и военных интересов различных государств в условиях глобальной конкуренции.

Автор исходит из положения, что для создания имиджа нашей страны активно используются гуманитарные технологии. Пространство, на котором разыгрывается «война имиджей», чаще всего отводится культуре. Образно-эмоциональная система культуры, как никакая другая сфера способна оказать воздействие на качество и выстраивание международных отношений и в конечном счете на психологические механизмы принятия государственных решений.

Отдавая предпочтение социологическому подходу, диссертант полагает, что целевая направленность имиджа России может быть достигнута лишь с учетом знания оценок населения данного имиджа, что требует применения методов социологического исследования. В диссертации предложена следующая технология формирования имиджа на основе социологического подхода: выявление сложившихся у аудитории представлений об объекте; определение предпочтений и ожиданий аудитории, обоснование характеристик, которыми должен обладать объект, претендующий на позитивный имидж; информационно-коммуникативное конструирование имиджа данного объекта; разработка стратегии формирования имиджа – плана действий; перевод сконструированной модели в реальные контексты (визуальный, вербальный, событийный и др.); контроль за реализацией плана, социологический замер промежуточных результатов, корректировка при необходимости модели и стратегии; мониторинг сформированного имиджа. Неоспоримое достоинство социологического подхода заключается в его возможностях выявить и замерить «прямые» и «обратные» каналы коммуникации, служащие конструктивными основаниями разработки коммуникативной стратегии формирования имиджа России как части культурной политики государства.

В диссертации рассматривается опыт формирования внешнеполитического имиджа России, накопленный МИДом России, информационными агентствами «ИТАР-ТАСС», «РИА-НОВОСТИ», телеканалом «Russia Today», специализированными изданиями. Основываясь на результатах социологических исследований, диссертант отмечает, что лидирующие позиции в рейтинге российских имиджевых ценностей отведено отечественной художественной культуре (в части ее духовного и материального наследия), прежде всего русской литературе. Причем значимость культурного наследия России у иностранцев зафиксирована на уровне базовых представлений, которые формируются в течение всей жизни человека под влиянием исторических, культурных и социально-политических факторов. Поэтому при создании инвестиционной привлекательности имиджа России следовало бы соотносить его с богатым культурным и научным потенциалом страны при непременном включении региональной составляющей.


загрузка...