Трансформация общественно-географического пространства метрополиса в постсоветской России (08.08.2011)

Автор: Аксенов Константин Эдуардович

замещение старой сущности сохраняющихся общественных функций новой сущностью.

Главными временными параметрами общественной трансформации как динамической системы выступают: время ее начала, последовательность ее этапов, соотношение времени протекания ее структурных элементов («отраслевых» реформ), продолжительность (время окончания), ускорение и торможение. При этом, определяя трансформацию как многомерную иерархическую систему, автор допускает, что данные временные параметры могут различаться как для элементов системы, так и для ее иерархических подсистем.

Автор выделяет пять факторов, которые считает способными ускорить процесс трансформации: 1) наличие внешней силы (глобализация и открытие для глобальной мобильности); 2) управленческие решения и прочие субъективные воздействия; 3) «эффект нулевого уровня» или пустого пространства (содержательно, это диффузионный пространственный эффект, который обеспечивает максимальную скорость диффузии, «вакуумного всасывания» инновации, если ей нечего вытеснять, и среда не только не сопротивляется ее распространению, но и сама ее требует); 4) идеологическая мобилизация; 5) пространственный резонанс.

Аналогично факторам ускорения процесса трансформации, можно выделить и основные факторы его торможения: 1) морфология среды иного происхождения; 2) пространственная конкуренция явлений одного общественного назначения (в противоположность описанному выше эффекту пустого пространства, ряд общественных инноваций в ходе трансформации по своим общественным функциям имел «социалистические» аналоги, которые требовалось либо вытеснить, либо найти возможность сосуществования с ним в пространстве); 3) управленческие решения и прочие субъективные воздействия со стороны населения; 4) культура и система ценностей (основанная на разделяемой большинством системе ценностей, она гораздо более инерционна по сравнению с идеологией и способна оказывать сопротивление интрузии новых ценностей и пространственных форм, противодействовать их замещению на новые).

Некоторые из факторов ускорения и торможения совпадают.

3. Внутренне непротиворечивое объяснение многомерному явлению крупного масштаба, такого как постсоциалистическая трансформация внутригородского пространства, может быть найдено только на основе анализа иерархических пространственно-временных систем, обладающих набором необходимых и достаточных условий для существования не только первичных систем, но и межсистемных межуровневых взаимодействий.

Выбор автором подхода, основанного на анализе трансформационных внутригородских пространственно-временных систем, объясняется следующими особенностями предмета: 1) комплексностью и многомерностью предмета (он очевидно включает в себя взаимодействие явлений и процессов принципиально разного происхождения и развивающихся по разным законам, следовательно, они измеряются и разными параметрами); 2) непознаваемостью предмета без включения в исследование пространственно-временных параметров (пространство и время имеют самостоятельную сущностную значимость для исследуемых явлений, которые непознаваемы без адекватного инструментария, и именно включение этих параметров в исследование позволяет производить наиболее общие сквозные классификации и обобщения комплексных общественных сущностей); 3) асимметричностью и разноразмерностью значимости пространства и времени для изменения сущности общественных явлений (воздействие пространства и времени на сущность общественных явлений не однонаправлена и разноразмерна, следовательно, сущность исследуемых явлений не может быть выявлена с помощью только пространственного или только временного инструментария); 4) полимасштабностью исследуемых явлений (явления, образующие изучаемый целостный предмет, имеют разный пространственный, временной и сущностный масштаб, и их можно познать именно с помощью анализа многомерных иерархических пространственно-временных систем); 5) неочевидность исследовательской парадигмы (выбор только уникализма или только универсализма в качестве исследовательского подхода может быть ошибочным и не привести к познанию сущности исследуемого предмета).

В данном исследовании под трансформационными внутригородскими пространственно-временными системами понимаются системы, которые: ограничены в пространстве – пространством города; ограничены во времени – процессом постсоциалистической трансформации; ограничены сущностно-общественными процессами; формируются только в пространстве-времени и не формируются только в пространстве, только во времени или вне оных; изменяют сущность общественных явлений в процессе своего возникновения, развития, исчезновения или перерождения; изменяют свою собственную сущность при изменении взаиморасположения своих элементов во времени и пространстве.

Одним из главных критериев завершенности трансформации автор считает необратимость изменения общественной сущности исследуемых явлений. В связи с этим, возвращение процесса изменений в состояние исходной сущности трансформацией являться не может, а само трансформационное изменение должно носить линейный (ведущий от сущности 1 к сущности 2), а не кольцеобразный характер (от сущности 1 через изменения к сущности 1). Таким образом, можно утверждать, что трансформация внутригородского пространства – линейное преобразование городских пространственных систем.

Базовым (первичным) понятием для анализа трансформации общественно-географического городского пространства выступает понятие места (место-события). Первичный элемент общественно-географического (специального или сущностного) пространства, в котором начинают проявляться общественно-географические различия, автор называет общественно-географическим местом. Место определяет в каждый момент времени не только особенности проявления экономических, социальных, этнических и прочих факторов, действующих в обществе, но и формирует особую модель их сочетания, обусловливающую степень и результаты их влияния на сущность исследуемого явления. «Элементарной частицей» общественного времени выступает событие, определяемое как первичное изменение сущности общественного феномена (явления). Если данное событие изменяет сущность не всего общественного явления, а только в конкретном месте, то это изменение именуется место-событием. Не только возникновение или исчезновение какой-либо сущности является событием (место-событием), но и ее развитие. Важными для предмета данного исследования свойствами места (место-события) являются следующие: место имеет сущностное происхождение и не отлично от своей общественной сущности; место всегда имеет пространственный контекст, но не всегда – среду; временное чередование событий влияет на изменение сущности места, в результате чего место возникает, развивается и исчезает (перерождается).

Комплекс экономических, социально-классовых, этно-конфессиональных, социально-психологических, коммуникативных и других условий, отличающих данное место от остальных, а также его «внешнее» положение (соседство, протяженность, изолированность и т.д.) с другими местами и их системами в каждый момент времени неизбежно формируют специфический местный общественно-географический контекст – совокупность прочих мест, связанных с сущностью исследуемого места. Если же определенный контекст закрепляется на значимое для формирующей данное место сущности время, то такой контекст превращается в среду.

Процесс перерождения сущности (трансформации) места состоит из чередования событий. Изменение в чередовании событий, равно как и в контексте, может привести к изменению результирующих пространственно-временных параметров места. Когда первичная сущность в данном месте будет заменена иной, произойдет трансформация места (рис. 1).

Место может не только переродиться, но и исчезнуть. Исчезнуть оно может минимум по трем причинам. Во-первых, может исчезнуть не определенная сущность, а все явление целиком. Во-вторых, составившая данное место сущность может изменить свое положение в пространстве. В-третьих, контекст данного места может измениться настолько, что проявление данной сущности станет незаметным на его фоне, сольется с контекстом, став частью другого, более общего места.

Рис. 1. Процесс трансформации места

Точно так же, как и для места – шкала расстояния, для события – шкала времени определяется наложением первичного изменения сущности на физические пространство и время. Это позволяет определять соразмерность пространственно-временных характеристик разных сущностей. Полимасштабность сущностей порождает и полимасштабность мест и событий как первичных проявлений этих сущностей. Обобщенно система описанных выше категорий представлена в табл. 1.

Таблица 1. Пространственно-временные характеристики сущности общественно-географического явления

Первичное проявление (первичный элемент) сущности Взаимодействие первичных элементов

Общественно-географическое пространство место контекст места

Общественно-географическое время событие чередование событий

Общественно-географическое пространство-время место-событие среда

Общественно-географическое пространство – это форма бытия общественно-географических объектов, отражающая отношения их сосуществования: соразмерности (в мерах протяженности, объема, глубины) и взаиморасположенности.

Довольно распространенным в общественно-географических и философских публикациях является представление о том, что атрибуты социальной формы движения являются лишь определенным фрагментом закономерностей физического времени и пространства. Автор считает, что компоненты физического пространства-времени входят элементами скорее в среду деятельности общества, являясь по отношению к общественно-географическому пространству одной из функций. Физическое пространство проявляется по отношению к последнему опосредованно – в степени влияния на осуществление общественно-географических процессов либо лишь в отдельных его характеристиках (например, соседства, чередования и т.п. – для пространства; последовательности, сосуществования и т.п. – для времени). Само же по себе физическое пространство и его измерения могут описывать лишь физические характеристики общественных объектов (взятых как физические тела): например, размеры государственной территории, протяженность и конфигурация границ и др.

Автор не согласен с подходом, согласно которому пространство представляет собой набор отношений между явлениями. Любой единичный материальный объект пространственен, вне зависимости от наличия иного объекта. Пространство возникает не между объектами, а уже в атрибутах самого объекта, которые возможно сравнивать в пространственных категориях между собой. При этом, если и рассматривать сравнение разных измерений отдельного объекта как отношение, то это будет отношение атрибутов материи внутри нее самой, а не между элементами материи. Взаиморасположенность двух материальных объектов, которую сторонники описанной точки зрения считают первичным признаком пространства, таковым, стало быть, не является, уступая «первичность» пространственным атрибутам, проявляемым измерением каждого отдельного материального объекта.

Общественно-географическое пространство – это не пространство физических тел, в котором осуществляется общественная деятельность, а сама эта деятельность, взятая с атрибутивной точки зрения.

В пространственно-временных системах одновременно и пространственные, и временные свойства их элементов способны менять сущность образующих систему явлений или процессов. В связи с этим, без анализа пространственных и временных характеристик такие системы не познаваемы, а иногда и неразличимы. Отличием пространственно-временных систем от место-события, контекста или среды выступает наличие системных взаимосвязей – таких взаимосвязей, без которых существование составляющих систему элементов в данной их сущности было бы невозможным. Необходимым условием появления пространственно-временной системы в общем виде выступает совпадение системных взаимосвязей во времени и пространстве (рис. 2).

Рисунок 2. Категория пространственно-временных систем

Категория качества общественно-географического пространства-времени, описывается теми его свойствами, которые непосредственно способны помешать или способствовать развитию какого-либо общественного процесса.

Если пространство-время может принести общественным субъектам пользу для достижения их целей, оно неизбежно будет выступать объектом их интересов. Эти субъекты будут стремиться установить экономический, социальный или политический контроль (или распространить свое влияние) над территорией тем сильнее, чем больше то количество ресурсов (чем выше качество общественно-географического пространства), которое эта территория может предоставить в определенный период времени. Стремление к контролю или влиянию на определенное пространство, несмотря на бесконечное многообразие форм и мотиваций, – одно из немногих объективных свойств общественной деятельности, явление, неизбежное для любого общественного субъекта.

Для пространственно-временных систем взаимное расположение их элементов во времени и пространстве может иметь принципиальное значение для сущности системообразующих процессов. Расположение общественно-географических мест в пространстве оказывает критическое воздействие на сущность общественного явления. Дисперсное расположение частных торговцев по большой территории способствует развитию их частной пространственной конкуренции, сконцентрированное – образует базар, в котором пространственная конкуренция отходит на дальний план, требуя развития совместной территориальной привлекательности всего базара. Дисперсное (дискретное) и сконцентрированное проявление политического интереса на территории дает различные результаты. В общем виде пространственная концентрация сторонников субъекта интереса качественно отличает их политическое положение по сравнению с их же возможным равномерным распределением в пространстве. То политическое качество, которое потенциально присутствует при компактном пространственном проявлении интереса и принципиально отсутствует при его дискретизации на территории, – это возможность пространственного политического самоопределения. Преимущество для развития, которое одно и то же общественное явление получает от сконцентрированного (компактного) проявления по сравнению с дискретным (дисперсным), автор именует пространственным резонансом.

Первичные (нуклеарные) пространственно-временные системы можно классифицировать по пространственному классу образующего их общественно-географического места – на пространственные (площадные), линейные и точечные, с возможным добавлением шкалы времени их существования.

Пространственно-временные системы, в том числе внутригородские, могут быть преимущественно пространственными, преимущественно временными или сбалансированно пространственно-временными. Так, некоторые системы не могут быть обнаружены только в пространстве или только во времени.

Предмет данного исследования образован областью взаимодействия по крайней мере трех систем высшего иерархического уровня, имеющих разное происхождение, сущностное наполнение и пространственно-временные параметры: это - город, общество и трансформация. Предмет исследования – постсоциалистическая трансформация общественно-географического пространства российского метрополиса – представляет собой не что иное, как систему более низкого иерархического уровня по отношению к упомянутым выше городу, обществу и трансформации. Автор исходит из положения, что любую более сложную иерархическую пространственно-временную систему теоретически можно разложить на составляющие ее первичные (нуклеарные) подсистемы и эелементы. Названный предмет представляет собой пример многомерной иерархической системы. Многие ее элементы, имеют разное иерархическое положение внутри своих «специальных» систем, измеряемых специфическими параметрами.

Именно сложность предмета обусловливает выработку и применение методологического подхода, основанного на наборе промежуточных обобщений, которые описывали бы закономерности развития сложных целостностей. Общие закономерности развития в сложных целостностях бывают только у систем. Именно поэтому внутренне непротиворечивое объяснение многомерному явлению крупного масштаба может быть найдено только на основе анализа иерархических пространственно-временных систем, обладающих набором необходимых и достаточных условий для существования не только первичных систем, но и межсистемных межуровневых взаимодействий. Автор отдает себе отчет в том, что не все многообразие явлений попадает в обнаруженные в работе системы. Тем не менее, автор полагает, что именно системные взаимосвязи и выявляют наличие единого сложного предмета, и только те явления, которые обладают искомыми системными взаимосвязями, должны включаться в анализ предмета.

4. Одним из центральных механизмов пространственной адаптации крупного «социалистического» города к рыночным условиям выступает пространственное насыщение потребительскими товарами и услугами. Под ним понимается процесс адаптации/реорганизации городского пространства в течение продолжающегося насыщения спроса на потребительские товары и услуги при переходе от плановой экономики к рыночной.

В ходе исследования зафиксированы три разные формы такого насыщения: 1) насыщение специфическими трансформационными формами; 2) пространственная трансформация вертикальных бизнес-структур; 3) территориальное комплексообразование.

В период между 1989 и 2010 гг. (на примере Санкт-Петербурга) можно выделить, по крайней мере, 4 стадии развития специфических форм торговли, которые различались преобладанием тех или иных специфических бизнес-форм и принципиальными особенностями систем их размещения.

На стадии ранней трансформации (1989-1996 гг.) киоски и мобильные формы торговли были главным механизмом освоения городского пространства третичным сектором. Их появление рассматривается автором как феномен, критически важный для экономической, социальной и пространственной адаптации города к требованиям трансформации. Будучи доминирующей формой торговли в городе на протяжении длительного периода времени, киоски и мобильные формы торговли породили несколько эффектов, которые проявляются и на посттрансформационной стадии развития бизнеса. Во-первых, эти формы торговли стали «первооткрывателями» для рынка новой иерархической системы коммерческих местоположений. Во-вторых, нельзя недооценить степень их влияния на характер форм торговли, пришедших им на смену. В-третьих, они привели к формированию модели потребления, которая была принята абсолютным большинством населения, и, следовательно, оказали существенное влияние на утверждение принципов размещения, которые бы учитывали эту модель при определении местоположения объектов розничной торговли и услуг. В-четвертых, они составили основу первичного накопления капитала в третичном секторе, который составляет главную конкуренцию приходящим в российский город западным компаниям.

Критическая значимость транспортной модели и шопинга заключается в том, что киоски предлагают принципиально иную модель осуществления покупок по сравнению со стационарными магазинами.

Фатальная значимость местоположения для киоскового бизнеса заключается в критической для собственного существования необходимости приблизить товар как можно ближе к потенциальному покупателю. Главное отличие модели киоскового шопинга заключается в том, что в случае магазинной модели шопинга покупатель совершает дополнительную работу четырех видов: принятию решения о покупке, маркетингу, выбору места покупки и перемещению к торговцу. В случае киосковой модели большую часть этой работы берет на себя киосковый торговец. Таким образом, преимущества основаны исключительно на ином использовании пространства.

Главный закон киоскового бизнеса может быть сформулирован следующим образом: киосковая торговля тем более эффективна, чем ближе территориально она придвинута к гарантированным ежедневным маятниковым потокам и чем интенсивней эти потоки. Этот закон действует, по крайней мере, на трех пространственных уровнях: макро-, мезо- и микро.


загрузка...