ОСОБЕННОСТИ Я-КОНЦЕПЦИИ И СПЕЦИФИКА САМОСОЗНАНИЯ НЕЗАМУЖНИХ БЕЗДЕТНЫХ ЖЕНЩИН (07.09.2012)

Автор: Дашковская Инесса Николаевна

2- женщины, считающие, что незамужнесть и бездетность – ситуативное состояние, которое может измениться.

3- женщины, считающие, что незамужнесть и бездетность – результат объективно сложившихся обстоятельств.

4 - женщины, считающие, что незамужнесть и бездетность, результат их свободного личного выбора

Таб.1 Возрастные группы.

Далее всей группе испытуемых была предложена следующая батарея тестов:

1. «Локус контроля» Дж. Роттера.

2 «Методика исследования самооценки личности С.А. Будасси».

3. Шкала реактивной и личностной тревожности Ч. Спилбергера в

модификации Ю.Ханина

4. Коппинг-тест Лазаруса

5. Морфологический тест жизненных ценностей, МТЦЖ

(В.Ф. Сопов Л.В. Карпушина)

Сравнительный анализ результатов использованных методик был проведен с помощью статистической обработки данных (программа SPSS 14.0) с использованием критериев сравнения Крускала-Уолиса, Манна-Уитни.

По результатам исследования коппингов (коппинг-тест Лазаруса) выявлены базовые отличия, между группами женщин с желанием брака и детей и с отсутствием такого желания. В частности выявлено, что коппинг -конфронтация более характерна для женщин, стремящихся к браку, но нежелающих детей, наименее характерна данная коппинг-стратегия для женщин группы I-4 ( II-3,4). Дистанцированность как коппинг-стратегия, характерна для двух промежуточных групп ( I-2,3), но не характерна для крайних групп (I-1,4)

Поиск социальной поддержки менее всего характерен для женщин, группы I-1( II -1, 2) и наиболее характерен для женщин группы I -2 ( II-2).

Кроме того, необходимо отметить, что копинг-конфронтация является специфически агрессивным ответом на неблагоприятную социальную и психоэмоциональную ситуацию. В данном случае, можно говорить о наличие определенного феномена: данный вид копинга безусловно характерен для женщин, не желающих детей. Однако чётко объяснить, почему именно он им присущ невозможно. В беседах и нестандартизированных интервью спектр ответов на данный вопрос чрезвычайно варьировался и менялся по характеру содержательных рассуждений, по нашим наблюдениям ведущим фактором в данном случае можно считать характерологические особенности женщины, стиль индивидуального мышления и поведения, выходя за рамки поставленных в исследовании задач, эмпирически данная гипотеза не проверялась. Хорошо объяснимым является лишь поиск социальной поддержки, характерный для женщин группы I-2 . Так как желание растить ребенка в одиночку фактически не является социально одобряемой позицией, несмотря на объективную действительность ситуации, вне зависимости от мотивации, возникает ожидаемая реакция – поиска социальной и эмоциональной поддержки. Вне сомнения, данный показатель будет иметь существенную разницу при сравнении женщин –жительниц крупных и малых насёлённых пунктов, городских и сельских жительниц, выходя за рамки поставленных в исследовании задач, эмпирически данная гипотеза не проверялась.

Таб.2. Коппинг-стратегии в контексте возрастных групп.

Таб.3. Коппинг-стратегии в контексте содержательных групп

При анализе проявлений тревожности в контексте ситуации брачности и рождения ребёнка ( тест Спилберга-Ханина ) выявлена прямая не линейная зависимость – нарастание уровня тревожности с возрастом. Отдельно необходимо отметить несколько принципиально важных моментов – проявления тревожности практически не различались в рамках сравнения групп ни в I, ни во-II классификационном блоке, в ходе наблюдения и бесед-интервью выявлены косвенные зависимости уровня тревожности от статусного положения, характера выполняемой социальной и профессиональной деятельности, при этом во всех случаях проявления тревожности носят «волнообразный» характер прямо зависящий от степени принятия-непринятия фактических обстоятельств повседневной реальной жизни. Иными словами – в большинстве случаев отмечено резкое повышение уровня тревожности в ситуации вероятностного выбора между «привычной устоявшейся жизнью» и «возможностью новых отношений», «появлением перспективы материнства», и снижение тревожности при осознании, психологической проработке и принятии ( в процессе психокоррекционной работы) , при этом в возрастной группе 27-29 повышение и снижение тревожности носит «импульсный» характер, в группе 37-41 – характер «затяжного» процесса с большим «следовым» эффектом, уровень тревожности снижается медленно даже в тех случаях, когда уровень психологической зрелости высок и принятие ситуации возможных изменений – объективно и выражено.

Значимые различия по тревожности в возрастных группах 27-29 лет и 32-35 лет составили P<0,05 (Sig=0,041), при средних значениях 38,14 у младшей возрастной группы и 49,12 у старшей.

Значимые различия по тревожности в возрастных группах 27-29 лет и 37-41 лет составили P<0,01 (Sig=0,005), при средних значениях 33,88 у младшей возрастной группы и 48,60 у старшей.

Таб. 4. Морфологический тест жизненных ценностей

В процессе анализа результатов, полученных по МТЖЦ отмечаются следующие тенденции : сфера семьи и семейных отношений ожидаемо максимально важна для женщин группы I-1, при этом существенны различия данной группы с группами I-2, I-3. Мы предполагаем, что в двух указанных группах содержательный акцент ставится на формировании и развитии диадных отношений, что выходит за рамки формализации понятия «семья» в данной методике. При этом необходимо отметить достаточный интерес , отмеченный в ходе интервью и индивидуальных бесед, к обсуждению семьи и семейной проблематики в группе I-4, однако данный интерес носит характер внешнего, «экспертного», практически полностью исключающего акцент на данной сфере лично для себя, объяснительные мотивы варьируются в диапазоне от сознательного отказа и выработке определённого «внесемейного» образа жизни, стремления « к личной свободе», нежелания и непринятия ответственности за возможного «другого» до - «непонимания в принципе проблемы семьеобразования» (прямая цитата).

Сфера «профессия», «общественная деятельность» ожидаемо, выражено значимы для группы I-4, что очевидно, является системой компенсаторно-заместительной деятельности, при этом в данной группе не проявилась как ожидаемо выраженная, сфера «досуг, увлечения», что возможно связанно с особенностями конкретной выборки.

При сравнении самооценки у всех групп, обнаружилось, что в I-4 группе

в 55 % случаев является завышенной, достаточно стабильной, устойчивой, 35% группы показывают устойчиво высокую, (но не завышенную при этом) и также стабильную самооценку. Кроме того, стоит отметить, тот факт, что данная группа является крайне однородной по этому показателю, что делает высокий уровень самооценки «визитной карточкой» группы. Очевидно, что повышение самооценки в данном случае связана с рядом факторов – не в последнюю очередь с успехами в профессиональной и общественной деятельности, также в данном случае, самооценка является частью компенсаторно-приспособительных или же компенсаторно-защитных реакций.

Таб 5. Уровень самооценки.

Общий объём полученных данных позволяет утверждать, что женщины всех исследуемых групп в большей или меньшей степени ориентированы лишь на один из отрезков временной шкалы жизни (прошлое-настоящее-будущее) и дискретное восприятие своего жизненного пути. Необходимо отметить достаточно невысокую степень гибкости поведения, нарастание с возрастом ригидности во взаимоотношениях с окружающими людьми.

Определённые сложности отмечаются в системе организации и проявлений эмоций (специально данный блок не изучался – данное направление необходимо выделить как перспективное в ходе дальнейших исследований), при этом женщины с установкой на отказ от детей,

(вне зависимости от желания брачных отношений), менее способны спонтанно и непосредственно выражать свои чувства, вести себя естественно и расковано, демонстрировать окружающим свои эмоции, менее отдают они себе отчет и в своих потребностях и чувствах, хуже рефлексируют их и ощущают. Для четвёртой группы (I-4) это сочетается с высокой или завышенной самооценкой разного спектра адекватности, что в результате формирует специфику личностных проявлений в виде сложного защитно-адаптивного «каркаса», включающего высокие степени защитной агрессии, большую социальную и психологическую дистанцированность, личностную «закрытость», отчуждённость, эмоциональную холодность. При этом данные проявления могут хорошо сочетаться с демонстрируемыми «открытыми» формами внешнего поведения, которые в данном контексте будут носить характер социально-маскировочного процесса.

Вне зависимости от оценки своих достоинств и недостатков, практически все категории незамужних и бездетных женщин после 25 лет не принимают себя такими, как есть, также многие из них более склонны приписывать главенствующую роль в происходящем с ними в первую очередь внешним силам (другие люди, случай, судьба), а лишь потом себе.

Мы уже отмечали факт сосредоточенности женщин всех исследуемых групп на своей внешности, телесное, физическое «я» занимает важное место в их я - концепции. Кроме того, женщины групп II-1 и II-3 считают себя менее женственными, что видимо, также можно связать со стереотипом материнства как показателем женственности.

Женщины этих групп также не видят связи между своими действиями и значимыми для них событиями жизни. Они не считают себя способными контролировать их развитие и полагают, что большинство этих событий являются результатом случая или действия других людей. Свои успехи и достижения приписывают судьбе или помощи других людей, также как и неудачи. В семейной жизни причиной значимых ситуаций считают партнера, а не себя. Свое здоровье и болезни, например, они рассматривают как результат «порчи», действию других людей, а выздоровление, результатом действия врачей, не признавая своей ответственности.

Для женщин группы II 4, группы I-4, (на 75% состав этих групп совпадает), по сравнению с женщинами остальных групп, включая контрольную, может быть отмечен высокий уровень интеллектуального контроля поведения, фактически речь идёт о структуре характера и мышления, как интегрированной системе, детерминирующей почти все процессы, не дающей возможности для спонтанности, что в свою очередь говорит о строгой фиксированности поведения в заданных рамках. Вместе с тем, высок в данной группе и уровень самоуважения, восприятия и осознания себя как источника своих достижений.

В третьей главе «Психологические основы коррекции поведения

незамужних бездетных женщин» представлены обоснования и материалы авторских лекционно-семинарских и тренинговых курсов комплексной программы психологической поддержки незамужних и бездетных женщин «Женское мастерство». Программа включает в себя шесть основных направлений : 1. Самопознание и самопринятие ( образ–«я» и я-концепция, самоанализ, самоотношение, самооценка, практическое исследование системы ценностных ориентаций, основы телесноориентированной терапии в контексте работы с физическим «я».) 2. Мотивационные основы поведения и поступков. 3. Система регуляции и контроля агрессии, тревожности и психоэмоциональных реакций (включая ситуации стресс-реагирования) 4. Навыки конструктивного полоролевого поведения (стратегия гендерного имиджа, самопрезентация, гендерная позиция, гендерные и социальные роли, их распределение в отношениях разного типа, анализ, организация и регуляция жизненного сценария) 5. Анализ внутриличных и межличностных конфликтов, стратегии продуктивного поведения в конфликтных отношениях. 6. Анализ содержания брачных сценариев поведения, организация и регуляция поведения в контексте брачно-семейных сценариев.

Комплексная программа разрабатывалась и апробировалась в период с 2000 по 2012гг, за указанный период проведено более 70 групп и семинаров-практикумов, в которых приняли участие свыше 1200 человек. География проведения семинарских и тренинговых занятий включает Москву, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Самару, Краснодар, Иркутск, Екатеринбург, Тюмень, Владивосток. Программа была представлена в виде мастер-классов в Варшаве (2009), Дублине (2010), Дубае (2007,2011).

Исследуя мотивы безбрачия и нежелания иметь детей К.Хорни отмечает, что очень сильное раннее желание иметь много детей и вышеупомянутый страх приводит к отрицанию этого желания и его вытеснению. В связи с желанием иметь ребенка может возникнуть множество конфликтных подсознательных тенденций. Естественный материнский инстинкт может быть нейтрализован некоторыми бессознательными мотивами. Для женщин, которые очень хотят быть мужчинами, но не всегда это осознают, беременность и материнство, как женский эквивалент мужской карьеры, нередко приобретает преувеличенное значение. Другой фактор, иногда играющий особую роль, - сильный страх умереть во время родов сам по себе может и не быть осознан. Источник же этого страха практически никогда не является сознательным. С другой стороны, материнскому инстинкту могут

противодействовать бессознательные враждебные импульсы, направленные непосредственно против ребенка. В действительности, по мнению Хорни, практически все женщины инстинктивно – подсознательно хотят иметь ребенка, но, в тоже время многие страшатся всех фаз реализации этого желания, от полового акта до ухода за ребенком. В случаях, когда этот страх приобретает черты невротической блокады, происходит формирование сложной системы защитно-компенсаторных реакций, результатом которого становится выводимый в той или иной степени на уровень сознания отказ от беременности, а в ряде случаев и от создания семьи не только в «классическом» варианте, но и в варианте гражданского брака.

Элементы тренингового комплекса в первую очередь (первая задача) направлены на работу с этими неосознаваемыми страхами, их осознание, визуализацию, анализ и создание системы контроля собственного поведения.


загрузка...