Региональные реакции на трансформацию лесной политики (на примере лесного комплекса Дальнего Востока) (06.09.2010)

Автор: Антонова Наталья Евгеньевна

Влияние транспортного фактора исследовалось на основе моделирования трансекта показателя доли вывозки древесины через территорию России. За основу трансекта принята Транссибирская железная дорога, дополненная Северной железной дорогой. Таким образом, трансект прошел от Архангельска до Владивостока и охватил все выходящие на эти магистрали субъекты Федерации. Возросшая роль транспортного фактора подтверждается распределением показателя доли вывозки древесины вдоль трансекта через территорию России, которая выросла с 1990 по 2007 гг. с 60 до 68%.

Изменение показателя динамики объема лесозаготовок по субъектам Федерации в 2000 и 2007 гг. в процентах от 1990 г. показывает достаточно четкую зависимость (рис. 4): наибольшее относительное снижение объема лесозаготовок приходится на Урал и Западную Сибирь, наименьшее - на фланги трансекта, а также Иркутскую и Красноярский край, что объясняется как наличием в этих субъектах Федерации относительно дешевой электроэнергии, так и их ориентированностью на внешний рынок.

В 2000-2007 гг. по сравнению с 1990-2000 гг. усилилось влияние фактора внешнего спроса на перераспределение лесопромышленного производства. Наибольший рост объема лесозаготовок в этот период приходится на фланги трансекта - Северо-Запад и Дальний Восток, тяготеющие к внешним лесным рынкам – европейскому и восточноазиатскому, особенно последнему.

Рис. 4 - Уровень лесозаготовок в 2000 и 2007 гг. в сравнении с 1990 г. вдоль трансекта "Архангельск – Владивосток", %

Пространственные изменения лесопиления за 1990-2007 гг. несколько отличаются от распределения лесозаготовок, хотя доминирующими были и остаются также территории Северо-Запада и Сибири при усилении их удельного веса. Регионы Поволжья, лидировавшие в производстве пиломатериалов до 2000 г., утратили свои позиции к 2007 г., занимая примерно одинаковую нишу с территориями Урала. Регионы юга Дальнего Востока, «исчезнувшие» с карты лесопиления России к 2000 г., постепенно восстанавливают свои позиции. Транспортный фактор здесь не имеет такого определяющего значения, как для круглых лесоматериалов, так как ценность каждой единицы груза минимум вдвое выше при одинаковых тарифах за вес.

Распределение центров производства лесопромышленной продукции за исследуемый период не изменилось - основными производителями были и остаются наиболее обеспеченные лесными ресурсами территории Северо-Западного, Сибирского и Дальневосточного федеральных округов, которые ориентированы на экспорт своей продукции. Усиление значения фактора внешнего спроса привело к увеличению сырьевой составляющей в выпуске продукции этих лесных комплексов.

В работе также исследовано влияние институциональных изменений на параметры лесного комплекса Дальнего Востока (разделы 3.2, 3.3).

Системным институциональным изменением явилась диверсификация форм собственности на факторы производства. В лесном комплексе две его основные подсистемы - лесное хозяйство и лесопромышленный комплекс – стали базироваться на различных формах собственности: лесное хозяйство - на государственной, лесопромышленное производство – на частной. Процессы приватизации и акционирования привели к дроблению предприятий. Результатом явилась деконцентрация производства в лесопромышленном комплексе Дальнего Востока в 1990-е гг., рост в 4-5 раз количества лесозаготовителей, что отражало общую для России тенденцию.

Либерализация внешнеэкономической деятельности привела к резкому увеличению количества лесоэкспортеров на Дальнем Востоке, которыми стали выступать как сами лесозаготовители, так и перекупщики, в том числе китайские.

Важным институциональным фактором стало изменение условий получения лесосырьевых участков в пользование. Если раньше за крупными лесопользователями лесосырьевые базы закреплялись на долгосрочной основе практически бесплатно, то с переходом к рыночным отношениям лесопользование стало платным и срочным. Однако доля лесных платежей в структуре себестоимости лесопродукции составляла мизерную часть (в среднем не более 1-2%), что не способствовало рациональному использованию лесных ресурсов.

Усиление интереса со стороны органов власти дальневосточных субъектов Федерации, особенно его южной части, к лесным ресурсам как одному из основных источников пополнения региональных бюджетов стимулировало проведение большой организационно-правовой работы по получению возможности распоряжаться этими ресурсами. Передача лесосырьевых участков в аренду на конкурсной основе позволяла устанавливать дополнительные условия для определения победителей лесного конкурса, что практиковалось в некоторых дальневосточных регионах и являлось предметом торга между лесопользователями и органами власти, как региональными, так и муниципальными.

Проводимая региональными властями политика на укрупнение лесопользователей для повышения управляемости в лесном комплексе, а также приход на Дальний Восток крупного бизнеса, отечественного и иностранного, способствовали началу в 2000-е гг. процесса корпоратизации в лесозаготовительной отрасли. Этот процесс слияний и поглощений компаний и усиления концентрации в отрасли начался на Дальнем Востоке с опозданием на 3-4 года по сравнению с европейской частью России и Сибирью.

Несмотря на происходившие изменения, сложившаяся продуктовая и технологическая структура лесного комплекса Дальнего Востока явилась устойчивым образованием, инвариантным к институциональным трансформациям, которые происходили в 1991-2007 гг. Наибольшее влияние на лесной комплекс региона в этот период продолжали оказывать сырьевой, спросовый и транспортный факторы, в которых произошли изменения.

При сохранении площади и запасов лесных ресурсов качество лесов снизилось, особенно в наиболее доступной южной части Дальнего Востока. Сократилась доля хвойных пород, в структуре которых уменьшился удельный вес наиболее ценных пород (ели, пихты, сосны, кедра) и выросла доля лиственницы. Эта тенденция, сложившаяся еще в 1970-1980-е гг., особенно усилилась в 2000-е гг. из-за концентрации рубок в освоенных районах, тяготеющих к внешним рынкам. Но основным фактором, вносящим наиболее глубокие изменения в динамику лесных ресурсов Дальнего Востока, явились лесные пожары (за 1996-2007 гг. пожарами пройдена площадь в 12 млн га, что составляет 2,4% площади лесного фонда региона).

Спросовые изменения выразились в усилении внешнего фактора, практически полном отсечении национального рынка, в том числе из-за более высоких конкурентных преимуществ восточносибирской древесины; сжатии регионального рынка из-за сворачивания строительства – основного потребителя лесопромышленной продукции.

Как отмечалось выше, лесопользование российского Дальнего Востока всегда было в значительной степени связано с экспортом сырья на рынки Восточной Азии. Переход к рыночной экономике полностью привязал региональное лесопользование к этим рынкам. При сокращении платежеспособного спроса на внутреннем рынке усиление ориентации лесного комплекса на внешний спрос позволило ему выжить. За 1990-2007 гг. лесной экспорт Дальнего Востока, главным образом необработанной древесины, вырос в 3,6 раза, при этом основной рост пришелся на середину 2000-х гг. Рост объемов экспорта в результате повышения его эффективности из-за девальвации рубля и увеличения внешнего спроса на древесину способствовал преодолению возникшего в начале 1990-х гг. спада производства (рис. 5).

Рис. 5 – Динамика производства основных видов промышленной продукции лесного комплекса Дальнего Востока в 1990-2008 гг., %

В самом лесном экспорте произошло сужение его географии в сторону концентрации всех поставок только в страны Восточной Азии. Япония доминировала как потребитель дальневосточной древесины до 2001 г. Экономический рост в КНР, вызвавший увеличение спроса на древесину, вывел Китай на первое место с постепенным увеличением его доли до 80 % (табл. 2).

Таблица 2 – Страновая структура лесного экспорта Дальнего Востока

в 2005-2008 гг., %

Страна Доля в общей стоимости экспорта  Доля в физическом объеме экспорта

2005 2006 2007 2008 2005 2006 2007 2008

Китай 58,7 59 67,6 78,2 61,1 63,6 72,0 81,3

Япония 29,2 28,8 24,4 15,2 26,1 24,2 20,1 12,4

Республика Корея 11,3 11,7 7,1 5,9 12,4 11,8 7,4 5,7

Остальные 0,7 0,4 0,9 0,7 0,4 0,4 0,5 0,6

Усиление фактора внешнего спроса с его востребованностью только сырья привело к обеднению структуры предложения лесопромышленной продукции и дальнейшему увеличению доли необработанной древесины (рис. 6).

Деревопереработка оказалась неконкурентоспособной - к концу 1990-х гг. из-за потери рынков сбыта были свернуты имевшиеся мощности по производству плитной продукции, а также предприятия третьего передела (целлюлозно-бумажные производства, гидролизный и биохимический заводы).

Рис. 6 – Динамика структуры производства основных видов лесопромышленной продукции Дальнего Востока в 1993-2008 гг., %

Внешний спрос привел к модификации транспортного фактора - размещение производства стало концентрироваться в наиболее освоенных районах, примыкающих близко к внешним рынкам. Производство сконцентрировалось, прежде всего, в Хабаровском и Приморском краях, которые в сумме обеспечивают 83 % заготовки деловой древесины Дальнего Востока.

Таким образом, сложившаяся сырьевая структура лесного комплекса Дальнего Востока оказалась инвариантной к институциональным изменениям, поскольку основные полезности лесных ресурсов привязаны к полезностям внешнего для Дальнего Востока рынка, где востребована главным образом необработанная древесина.

6. Показано, что в странах Восточной Азии произошло кардинальное изменение лесной политики. Существенно повышена значимость экологических и социальных функций леса, что привело к сокращению объемов заготовки древесины в естественных лесах и увеличению спроса на импортную древесину. Для РФ и Дальнего Востока, в частности, это означает, в случае сохранения существующих приоритетов в лесной политике, прогрессирующее усиление сырьевой направленности производства и экспорта в эти страны.

Лесной комплекс Дальнего Востока на протяжении всей истории своего становления и развития испытывает на себе влияние лесных политик стран Восточной Азии, являющихся как его давними партнерами, так и конкурентами по использованию лесных ресурсов и продуктов. Изменение лесной политики в каждой из этих стран ведет к изменению приоритетов в развитии их лесных секторов. Соответственно, это не может не отражаться на траектории развития международных отношений в этой сфере, оказывая влияние на спрос на внешних лесных рынках. В связи с этим в диссертации (разделы 4.1, 4.2, 4.3) проанализирована динамика лесных секторов, выявлены основные тенденции развития целевых рынков лесной продукции, исследованы ключевые особенности политики в сфере использования лесных ресурсов в странах Восточной Азии - основных партнерах Дальнего Востока, которыми являются три страны: Япония, Китайская Народная Республика и Республика Корея.

Можно выделить следующие тенденции в динамике лесного сектора и лесных рынков стран Восточной Азии:

1. С начала 2000-х гг. Китай является ключевым игроком восточноазиатского и мирового лесных рынков: крупнейшим производителем, экспортером и импортером лесопромышленной продукции. По запасам древесины, объемам производства лесопромышленной продукции доля Китая среди трех стран Восточной Азии в среднем составляет 75%, Японии – 20%, Республики Корея – 10%.

2. Роль лесного сектора во всех трех странах во вкладе в валовой внутренний продукт страны и общую занятость населения невелика: в Японии доля лесного сектора в ВВП и общей занятости страны в 2006 г. составила 0,7 и 0,6%, в Китае – 1,3 и 0,4%, в Республике Корея – 1,1 и 0,4%, соответственно. Тем не менее лесной сектор играет важную роль в обеспечении средств к существованию жителей отдаленных горных лесных районов. В этом схожесть роли лесных секторов стран Восточной Азии и Дальнего Востока.

3. Важной особенностью отраслевой структуры производимого в лесном секторе стран Восточной Азии ВВП является наличие подавляющей доли продукции с высокой добавленной стоимостью: 67% в Китае, 82% в республике Корея и 97% в Японии (2006 г.). В сравнении с ними примитивная структура лесного комплекса Дальнего Востока России, где первый передел обеспечивает свыше 90% производимого комплексом ВВП, делает его неконкурентоспособным.

4. До 2008 г. Россия являлась крупнейшим экспортером хвойной древесины в эти страны, обеспечивая 65% объема импорта круглой древесины КНР, 50% - Японии, 30% импорта хвойной древесины Республики Корея. Основные российские регионы, ориентированные на восточноазиатский рынок – Сибирь и Дальний Восток. Российской древесине предпочтение отдается из-за более низкой цены и высокой прочности и плотности материала - хвойной древесины. Особенно высоко ценится фанерный кряж из лиственницы, продукция из которого используется в деревянном домостроении. Собственные заготовки в странах Восточной Азии ведутся в основном на плантациях, древесина которых маломерная и низкокачественная.

В результате изменений в таможенном регулировании России, что повлекло нестабильность условий снабжения российским сырьем и рост цен на него, восточноазиатские потребители стали ориентироваться на поставки круглой древесины из США, Канады и Новой Зеландии, таможенная политика которых, напротив, была направлена на повышение конкурентоспособности лесоматериалов с целью расширения своих ниш на восточноазиатских рынках. Снижение из-за мирового финансового кризиса тарифов на грузоперевозки морским транспортом в странах-конкурентах лишило российских лесоэкспортеров последнего преимущества – близости к рынкам сбыта. Соответственно, наблюдается тенденция сокращения ниши России на рынках стран Восточной Азии: потеря ею лидирующей роли на японском рынке (с 45 до 17% за 2007-2009 гг.) и пока незначительное, но тем не менее сокращение доли на китайском рынке (с 69 до 55% за этот же период).

Цель российской лесной политики через повышение пошлин изменить продуктовую и технологическую структуру лесного комплекса не реализуема для Дальнего Востока, так как его лесной комплекс является малым агентом восточноазиатского рынка, который не в состоянии повлиять на параметры последнего (табл. 3).


загрузка...