Компонент насилия в гендерных взаимодействиях: социально-философский анализ (05.10.2009)

Автор: Аристова Марина Вадимовна

До середины прошлого века оказание психологической помощи женщинам - жертвам насилия основывалось на традиционной психотерапии или психоанализе. Оба эти направления базируются на традиционных патриархатных ценностях, которые напрямую связаны с полоролевыми стереотипами. К ним относятся: предположение, что пребывание в браке - это лучшее достижение для женщины; пренебрежение к женской карьере; уверенность, что за воспитание детей должны отвечать преимущественно женщины; более высокая оценка потребностей мужчин, чем женщин; миф о наличии у женщин непреодолимого Эдипового комплекса и т.п. Несогласные с этими положениями специалисты стали пропагандировать новое направление, получившее название феминистской психотерапии, включающей: обсуждение гендерных проблем (деньги, власть, разделение домашних обязанностей и т.п.); переопределение нормальности поведения для увеличения психической силы женщин; помощь женщине в определении себя независимо оттого, что от нее ожидают другие, и т.п..

Одним из наиболее действенных методов уменьшения насилия в отношении женщин по исследованиям, проведенным в 1997 году в США, является оказание юридической помощи потерпевшей. К сожалению, юридическая помощь в нашей стране для многих женщин - жертв насилия оказывается малодоступной в виду большой стоимости услуг адвоката. Одним из выходов из создавшегося положения может быть использование новейших компьютерных систем. В диссертации приводится изложение авторской идеи такой системы по оказанию помощи женщинам - жертвам насилия. Достоинством системы является то, что она относительно легко может быть перенастроена на защиту других дискриминируемых групп, например, детей, пожилых людей и т.п.

В четвертом параграфе «Негативные последствия для женщин некоторых современных биомедицинских и социальных технологий» анализируется ряд новых технологий, которые, по мнению автора, продолжают практику насилия в отношении женщин.

В ходе охватившей весь мир глобализации главным в политике многих стран становятся конкурентоспособность и консолидация государственного бюджета. Государство сокращает свою ответственность в социальной сфере, в области здравоохранения, образования, заботы о престарелых и безработных, а также государственного обеспечения. А поскольку преимущественными потребителями социальных благ, как бы мизерны они не были, являются слабейшие члены общества, в частности женщины, они страдают от этого в первую очередь.

Государство при глобализации перекладывает плату за услуги и оказание самих услуг на плечи тех, кто ими пользуется, т.е. происходит передача оказания социальных услуг в частные домохозяйства. Заботу и уход, вытесненные с рынка труда по причине их затратности, берут на себя женщины в неоплачиваемой сфере экономики, что увеличивает их «двойную нагрузку», ибо никакого перераспределения домашней работы не происходит.

ООН называет тенденции работы по гибкому графику и в неформальном секторе самым значительным изменением в мире труда при глобализации. Это в наибольшей степени затрагивает женщин, да и массовое увольнение в связи с сокращением рабочих мест в первую очередь сказывается на них. Как указывает немецкий социолог К. Вихтерик, новое международное разделение труда идет бок о бок с новым гендерным разделением труда. Для стран, ищущих возможности интеграции в мировой рынок, особый интерес представляет организация экспортных фабрик, где в качестве рабочей силы в основном используются женщины, готовые работать за более низкую, чем мужчины, плату.

Неолиберализм в условиях глобализации (и особенно кризиса) закрывает глаза не только на дискриминацию при оплате труда, но и на прямое нарушение прав человека. Под угрозой увольнения женщины фактически лишены возможности бороться за равные с мужчинами права. Более того, в условиях жесткой конкуренции усиливается тенденция предоставления рабочих мест женщинам через оказание сексуальных услуг, а также распространения явления, известного под названием сексуального домогательства на работе.

Невозможность найти работу в своей стране вынуждает многих людей искать ее за рубежом. Отличительной чертой процесса миграции при глобализации является ее феминизация, т.е. растущее число женщин, мигрирующих в одиночку и готовых принять рискованные условия труда и жалкое вознаграждение. А это способствует иерархизации и поляризации рынка труда.

Но самой большой проблемой расширяющейся рыночной экономики стала торговля женщинами как сексуальным товаром. В последние годы транснациональная коммерциализация тела женщины, сопровождаемая принуждением и нарушением прав человека, усилилась. Торговля женщинами для проституции, брака или нелегальной деятельности представляет собой бурно развивающуюся отрасль, в которой годовые доходы составляют от 7 до 13 миллиардов долларов.

Расширение неформального сектора, флексибилизация и потеря социальных гарантий все больше затрагивают и мужской сегмент на рынке труда, что подрывает мужскую гендерную самоидентификацию. Ответом на это у многих мужчин становится асоциальной поведение и прекращение заботы о семье. В этих условиях четко прослеживается нарастание феминизации социальной ответственности за семью.

При глобализации происходит серьезное наступление на политику женской эмансипации и гендерного равноправия. Уже в середине 90-х годов в мире сформировались силы противодействия женской эмансипации со стороны религиозного фундаментализма, который пытается уничтожить достигнутые завоевания, особенно на гендерно-политическом поле. К нему присоединился неолиберализм, который структурно использует неравенство полов и объявляет, что поддержка женщин служит препятствием для достижения конкурентоспособности.

Особое внимание акцентирует автор на биомедицинских технологиях, которые наряду с общим позитивным результатом несут и минусы для женщин. Одной из новейших репродуктивных технологий является распространение суррогатного материнства, когда женщина за определенную плату вынашивает плод для бездетной пары. В принципе это явление можно отнести к началу процесса стоимостной оценки ранее неоплачиваемого тяжелого женского труда, связанного с беременностью и родами. Оказалось, что для некоторых женщин не так-то легко отказаться навсегда от рожденного ею ребенка, даже если он генетически не является её собственным. Посттравматический синдром этого явления ещё недостаточно изучен.

Биомедицинские технологии, в частности УЗИ, позволяют определять неизлечимые генетические болезни эмбриона, что позволяет избавиться от него. Однако население стало избавляться и от здоровых, но «нежелательных» зародышей в основном женского пола, что породило «половую селекцию», ведущую к диспропорции численного соотношения полов в мире. Последствия этого для общества могут быть плачевными. Во-первых, при избытке мужского населения в обществе возрастает уровень агрессии. Во-вторых, гендерная диспропорция приводит к возрастанию насилия (особенно сексуального характера) в отношении женщин. В-третьих, появляется тенденция замены моногамного брака (наиболее устойчивой формы семейных отношений) полиандрией, что может отрицательно сказаться в первую очередь на правах детей.

В Заключении сформулированы основные выводы диссертационного исследования, которые состоят в следующем:

1. Гендерное насилие и насилие в отношении женщин как его разновидность раскрываются в особом типе социальных взаимодействий между представителями разных полов, известных как гендерные взаимодействия. Ответственность за установление насильственных отношений к женщинам как к социодемографической группе со стороны мужского сообщества автор возлагает на патриархат, который возник в результате доминирования грубой силы и установления строгой иерархии в социальном взаимоположении половых групп. Таким образом, можно говорить об установлении гендерной иерархии, которая держалась и отчасти продолжает существовать за счет насилия в отношении женщин, принимающего в наше время разные формы. При этом автор не отрицает существования во все времена насильственных отношений между отдельными группами мужчин. Однако проявление взаимного мужского насилия в истории отличалось многовекторностью, часто меняло направление на противоположное, принимало форму более или менее ненасильственных отношений, наконец, исчезало вовсе с установлением ненасильственных равноправных отношений. Что касается насилия в отношении женщин, то оно никогда не меняло своего вектора, разве что интенсивность его со временем стала ослабевать, формы трансформировались от применения грубой физической силы к новым психологическим, экономическим и т.п. формам.

2. Исторически становление гендерной иерархии началось с формирования патриархатных отношений в семье, затем в обществе и, наконец, в государстве. Во всех них проявляется насилие в отношении женщин, а сами они тесно взаимодействуют, поддерживают и усиливают друг друга. В установившемся патриархатном обществе мужчины считаются существами высшими по отношению к женщинам, и, соответственно, качества и интересы, принадлежащие мужчинам, считаются более ценными по своему значению, чем те, которые относятся к женщинам. Суть авторского подхода к насилию в отношении женщин, на котором продолжают держаться патриархатные традиции, состоит в том, что оно привело к отказу учитывать природную симметрию и равноценность мужского и женского начал, практически полностью исключило женскую точку зрения на развитие цивилизации.

3. Анализируя различные факторы, влияющие на динамику насилия в отношении женщин, автор отмечает несколько закономерностей. Во-первых, формы, сферы проявления и напряженность насилия в значительной степени менялись во времени в сторону исчезновения наиболее жестоких форм, сужения сфер проявления и снижения напряженности. Во-вторых, особенности насилия определяются моральными, юридическими и прочими нормами взаимодействий женщин и мужчин, зависящими от государственного устройства. В-третьих, на форму и интенсивность насилия оказывает влияние степень устойчивости общества. В обществе, находящемся в нестабильном состоянии, активно усиливаются разные формы насилия, в том числе и насилие в отношении женщин.

4. Исследуя сущностные характеристики различных форм насилия в отношении женщин, автор классифицирует их в соответствии с философскими категориями общего, особого и единичного. К первому классу, названному автором традиционным, относятся те формы, которые зародились на ранней стадии установления патриархатного общества, и продолжают существовать в виде гендерных стереотипов, затрагивая всех без исключения женщин. Второй класс – институциональный – содержит насильственные формы, прямо или косвенно порождаемые социальными институтами, а, значит, затрагивает ту часть демографической женской общности, которая проживает именно в конкретном государстве. Наконец, третий - социально-личностный - класс включает формы насилия, проявляемые в отношении конкретной женской личности.

Традиционное насилие связано с возникновением и поддерживанием уничижительного положения женщин и их заниженной самооценкой. Институциональное насилие нарушает общечеловеческие права женщин. Социально-личностное насилие направлено на ущемление определенных потребностей конкретной женской личности.

5. Концепция гендерного насилия учитывает особое определяющее значение специфических социокультурных феноменов, а именно мужского и женского стилей существования, вступающих в диалог и борьбу. При этом первый из них зиждется в преобладающей степени на культе силы, непримиримости и жесткости, а второй – на предпочтении ненасилия, сострадательности и терпения. Освоение новой картины мира человека, связанной с преодолением однозначного полового детерминизма, не может быть полным без учета женского стиля существования.

6. В современном обществе, где все активнее выражаются тенденции к признанию равноправия мужчин и женщин в различных сферах, тем не менее, сохраняются общие подходы, отражающие доминирование мужской и недооценка женской культуры. А значит, в социально-философском дискурсе имеет смысл постановка вопроса о наличии двух гендерных культур. Автор в целом характеризует глубинную биопсихическую основу мужской культуры как базирующуюся на насилии, а женскую — на ненасилии. Женская культура обогащает разнообразие человеческого существования и, стремясь к своему проявлению, объективно выстраивает систему взаимоотношений в форме и сущностных характеристиках ненасилия.

7. Однако автор не делает вывода о превосходстве той или иной гендерной культуры или о целесообразности (для преодоления насильственного характера установившейся культурной модели) перехода к матриархату. В реальности обе культуры не только переплетаются, но нередко ассоциируются с представителями противоположного пола или вообще не идентифицируются с полом. Согласно автору, на смену преобладанию мужской культуры придет гармоничный диалог женской и мужской культур.

8. Ликвидация всех форм насилия в отношении женщин тесно связана, по мнению автора, с дальнейшим совершенствованием как внутрисемейных, так и социальных взаимодействий. При этом патриархатную семью уже сменяет биархатная, предоставляющая равные возможности для развития женской и мужской личности, как в профессиональной сфере, так и при реализации своих партнерских и родительских функций. В общественных отношениях наиболее прогрессивная из существующих форм государственно-политического устройства – демократия – во многих странах уже учитывает гендерный фактор, привлекая женщин во властные структуры на принципах равноправия.

Кроме Заключения, в диссертации представлен Список использованной литературы и в качестве приложения - Руководство по пользованию экспертной компьютерной системой.

Основное содержание диссертации изложено в 28 публикациях автора общим объемом 50,4 п.л.

I. Статьи в изданиях по Списку ВАК Министерства образования и науки РФ

Аристова М.В. Асимметрия социальных отношений (насилие по гендерному принципу) // Труд и социальные отношения. 2005. №3. С. 66 – 76. 0,69 п.л.

Аристова М.В. Гендерный оттенок власти // Власть. 2008. №11. С. 102 – 105. 0,25 п.л.

Аристова М.В. «Женская культура» и репрезентация женских образов в массовой культуре // Этносоциум и межнациональная культура. 2008. №5. С. 172 – 187. 1,0 п.л.

Аристова М.В. Телекоммуникационные системы и гендерные особенности в процессе образования // Социология образования. 2008. №7. С. 60 – 70. 0,78 п.л.

Аристова М.В. Современные компьютерные технологии в социальной сфере // Знание. Понимание. Умение. 2009. №1. С. 81 – 86. 0,4 п.л.

Аристова М.В. Гендерные проблемы в эпоху глобализации и современных технологий // Этносоциум и межнациональная культура. 2009. № 3. С. 94 – 105. 0,75 п.л.

Аристова М.В. Постиндустриальное общество с гендерной точки зрения // Социология власти. 2009. №4. С. 93 – 101. 0,56 п.л.

II. Монография по теме диссертации

Аристова М.В. Гендерные отношения и современные технологии их гармонизации. М.: Изд-во СГУ, 2007. 580 с. 36,25 п.л.

III. Статьи в научных изданиях

Аристова М.В., Лупал А.М. Использование современных компьютерных технологий в социальной и гуманитарной сферах // Актуальные проблемы экономики и новые технологии преподавания: Материалы II Международной научно-практической конференции. С-Пб.: Изд-во МБИ, 2003. С. 276 – 277. 0,12 п.л.

Аристова М.В., Лупал А.М. Организация базы данных информационной системы регулирования социальных отношений // Актуальные проблемы экономики и новые технологии преподавания: Материалы II Международной научно-практической конференции. С-Пб.: Изд-во МБИ, 2003. С. 278 – 279. 0,12 п.л.

Аристова М.В. Современные гендерно ориентированные технологии достижения гендерного равенства // Гендер как инструмент познания и преобразования общества: Материалы Международной конференции «Гендерные исследования: люди и темы, которые объединяют сообщество». М.: РОО МЦГИ при участии ООО «Солтэкс», 2006. С. 180 – 187. 0,48 п.л.

Аристова М.В., Лупал А.М. Гендерно-ориентированная технология формирования ненасильственных отношений // Актуальные проблемы экономики и новые технологии преподавания: Материалы V Международной научно-практической конференции. С-Пб.: Изд-во МБИ, 2006. С. 210 – 213. 0,2 п.л.


загрузка...