Карикатура как жанр политического дискурса (05.04.2010)

Автор: АРТЕМОВА Евгения Александровна

жанроведения (М.М. Бахтин, 1996; С. Гайда, 1999; М.Ю. Федосюк, 1997; Т.В. Шмелева, 1998);

прецедентных феноменов (Ю.Н. Караулов, 1987; В.В. Красных, 1998; Д.Б. Гудков, 1999; Г.Г. Слышкин, 1999);

понимания и интерпретации текста (Кубрякова, 1997; Т.А.ван Дейк и Кинч, 1988; Залевская, 2001; Брудный, 1998; Борев, 1985; Эко, 1998; Леонтович, 2002; Карасик А.В., 2001)

Данная работа основывается на следующих положениях, доказанных в научной литературе:

Креолизованные тексты (в том числе текст политической карикатуры), создающиеся вербальными и изобразительными компонентами, входят в общую номенклатуру текстов наряду с собственно вербальными текстами (Анисимова, 1989, 1992; Головина, 1985; Дмитриев, 1998; Сорокин Ю.А., Тарасов Е.Ф., 1990; Козлов, 1999).

Креолизованные тексты являются одновременно феноменами языковой и визуальной коммуникации (Лотман, Плотников, 1992; Эко, 1998; Davies Sr., L. J., 1995).

Политическая карикатура входит в жанровое пространство политического дискурса наряду с другими смеховыми жанрами (Шейгал, 2000).

Юмор является разновидностью комического отношения к действительности, сущность комического состоит в критическом переворачивании ценностей (Бахтин, 1990; Пропп, 1999; Кулинич, 1999; Голубков, 1991).

Проблема понимания смысла любого текста возрастает в процессе межкультурной коммуникации, что связано с различиями в когнитивных базах представителей разных культур (Красных, 1998; Леонтович, 2002; Шамне Н.Л, 1999; Тер-Минасова)

Апробация. Концепция, основные положения и результаты исследования докладывались на научных конференциях Волгоградского Государственного Педагогического Университета (1999, 1999, 2000, 2001, 2002), Волгоградского педагогического колледжа (2001), на международной конференции "Межкультурная коммуникация и проблемы национальной идентичности" (Воронеж, 2002), на заседаниях научно-исследовательской лаборатории "Языковая личность" при кафедре языкознания ВГПУ, на теоретических аспирантских семинарах. Диссертация обсуждалась на аспирантском семинаре и кафедре языкознания ВГПУ. По теме диссертации опубликовано 6 работ.

Материалом являются образцы русских и американских политических карикатур, представленные в периодической печати (газетах, журналах) и в Интернете за 1996-2002 года. В работе использовалось около 2000 политических карикатур, в которых присутствует буквенный текст.

Объем и структура работы. Диссертация включат введение, три главы, заключение, список литературы, список лексикографических источников, справочников и источников примеров, а также приложение.

Глава первая. Карикатура как креолизованный текст.

1.1. Специфика реализации текстовых категорий в тексте политической карикатуры.

1.1.1 Подходы к пониманию понятий “текст” и “креолизованный текст”.

В научной литературе существует множество определений понятий "текст" и "дискурс". Термин "дискурс" даже в самой лингвистике, где он собственно появился, известен своей многозначностью. Во французской лингвистике главенствует концепция, восходящая к Э. Бенвенисту, где под дискурсом понимается "такой эмпирический объект, с которым сталкивается лингвист, когда он открывает следы субъекта акта высказывания, формальные элементы, указывающие на присвоение языка говорящим субъектом" (Presses Universitaires de France, цит. по Гийому, Мальдидье, 1999). Приведенное определение дискурса предопределяет два противоположных подхода, которые и рассматривают в своей работе Ж. Гийому и Д. Мальдидье (Гийому, Мальдидье, 1999).

Исследователи отмечают, что лингвист может подходить к проблеме дискурса, рассматривая его как предел языка и лингвистики. "Выявление субъекта акта высказывания, следы взаимосвязи с контекстом, некоторые типы функционирования дискурса заставляют вспомнить о пределах возможностей лингвистического формализма и о трудностях, возникающих в случае применения исключительно формальных подходов к языку" (Гийому, Мальдидье, 1999:125).

Второй подход полностью вписывается в структуру, намеченную Бенвенистом, и которая противопоставляет термины "язык" и "дискурс", представляющие собой два разных, но тесно связанных друг с другом мира. Такое противопоставление обусловлено тем, что Бенвенист являлся последователем Ф. Соссюра в вопросе дихотомии язык/речь (Соссюра, ), и на основе последней рассматривал взаимодействие языка и дискурса. "За пределами "лингвистики как изучения языка", занимающейся "языком как знаковой системой", вырисовывается место для другой лингвистики, объектом которой будет "функционирование языка в живом общении" (Бенвенист, 1966, 1971, цит. по Гийому, Мальдидье, 1999). Таким образом, изучение дискурса открыто и для языковедов.

Ж. Гийому и Д. Мальдидье (Гийому, Мальдидье, 1999) отмечают, что направление, противопоставляющее "язык" и "дискурс" развивается, часто ориентируясь на типологические цели: описание признаков и типов функционирования дискурса и их связей с конкретными субъектами, с особенностями ситуаций и общественных институтов. Такая ориентация приводит к последующему определению различных типов дискурса (научного, педагогического, политического и др.).

В.И. Карасик выделяет четыре основных подхода к пониманию сущности дискурса:

коммуникативный подход (дискурс понимается как вербальное общение, диалог, единство регулярно-коллективного и творчески-индивидуального начал речи (Stubbs, 1983; Schiffrin, 1987; Борботько, 1998; цит. по Карасик, 2000:25);

структурно-синтаксический подход (дискурс толкуется как фрагмент текста, либо как развернутый смысл текста в сознании получателя речи (Звегинцев, 1976; Костомаров, Бурвикова, 1999; цит. по Карасик, 2000:25);

структурно-стилистический подход (дискурс интерпретируется как нетекстовая организация разговорной речи, характеризующаяся нечетким делением на части, господством ассоциативных связей, спонтанностью и высокой контекстностью (Сиротинина, 1994; цит. по Карасик, 2000:26);

социально-прагматический подход (Карасик, 2000:26), при котором дискурс понимается как текст, погруженный в ситуацию общения, "речь погруженная в жизнь" (Арутюнова, 1990:136).

Таким образом, дискурс как коммуникативное явление – это "промежуточное образование между речью как вербальным общением, как деятельностью, с одной стороны, и конкретным вербализованным текстом, зафиксированным в ходе общения, с другой стороны" (Карасик, 2000:26).

В отечественной лингвистике под текстом понимается "упорядоченное множество предложений, объединенных различными типами лексической, логической и грамматической связи, способное передавать определенным образом организованную и направленную информацию" (Тураева, 1986:11); "произведение речевого процесса, обладающее завершенностью, объективированное в виде письменного документа, литературно обработанное в соответствии с типом этого документа, произведение, состоящее из названия (заголовка) и ряда особых единиц (сверхфразовых единств), объединенных разными типами лексической, грамматической, логической, стилистической связи, имеющее определенную целенаправленность и прагматическую установку" (Гальперин, 1958:18).

Применительно к карикатуре, наиболее подходящими представляются определения, подчеркивающие знаковый (а, следовательно, коммуникативный) характер текста, и не содержащие указания на сугубо лингвистическую природу текста, поскольку карикатура содержит, в частности, паралингвистические и невербальные элементы. Так, Р. Барт, говоря о тексте, подчеркивает, что текст есть ткань, "текст создается, вырабатывается путем нескончаемого плетения множества нитей" (Барт, 1994:515), М.М. Бахтин понимает текст как "всякий связный знаковый комплекс" (Бахтин, 1976:123), как сотворчество, способ коммуникации двух сознаний: коммуникатора и реципиента в широком понимании этих терминов (Бахтин, 1986). Николаева определяет текст как объединенную смысловой связью последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связность и цельность (Николаева, 1990:507), И.В. Арнольд говорит о текст, как о целостном и связном сообщение, специальным образом организованном для передачи и хранения информации (Арнольд, 1980:7), Б.А. Зильберт видит в тексте явление социально-речевого уровня, продукт деятельности коммуникатора и объекта деятельности адресата (Зильберт, 1986). Коммуникатор опредмечивает, а адресат распредмечивает, воспринимая и интерпретируя текстовую информацию (Зильберт, 1991). Таким образом, c точки зрения прагматики текст является результатом сотворчества автора и реципиента, где первый опредмечивает, а второй – распредмечивает смысл, содержащийся в текстовом пространстве.

В исследовании также учитываются свойства текста, предлагаемые Ю.М. Лотманом (1970:67-69), а именно: выраженность текста (текст зафиксирован в определенных знаках и в этом смысле противостоит внетекстовым структурам); отграниченность текста (текст обладает единым текстовым значением и в этом смысле может рассматриваться как нерасчленимый сигнал); структурность текста (тексту присуща внутренняя организация, превращающая его на синтагматическом уровне в структурное целое).

Специфика политической карикатуры как текста также обусловлена ее включением в сферу текстов политической коммуникации, опосредованной массовой информацией. В научной литературе отмечается, что "массовая информация является комплексным текстом, включающим…различные знаковые системы…при этом словесная часть текста не отграничена от несловной, составляя с ней единое целое" (Аспекты общей и частной лингвистической теории текста, 1982:76). Указываются также следующие характерные свойства текста массовой информации: многофактурность, вторичность и семиотическая неоднородность. Многофактурность обусловлена использованием электромагнитных колебаний, колебаний воздуха, фото- и кинопленки и т.д. (Зильберт, 1986). Вторичность обусловлена тем, что каждый конкретный материал создается на основании текста, лежащего вне массовой информации (Аспекты общей и частной лингвистической теории текста, 1982). Использование различных знаковых систем приводит к семиотически неоднородному характеру текстов массовой информации (Зильберт, 1986).

Современная наука предлагает несколько различных классификаций текстов на основе разных классификационных признаков: тематические, лингвистические, по характеру построения, по характеру передачи чужой речи, по функционально-смысловому назначению и т.п.

Например, в работе Г.Я. Солганика (Солганик, 1997:87) рассматривается лингвистическая классификация текстов, предложенная Э. Верлихом. Используя дедуктивный метод, исследователь различает типы текстов в зависимости от структурных основ текста, то есть начальных структур, которые могут быть развернуты посредством последовательных «цепочек» (языковых средств, предложений) в текст. Э. Верлих выделяет следующие основные типы текстов: 1) дескриптивные – тексты о явлениях и изменениях в пространстве; 2) нарративные – тексты о явлениях и изменениях во времени; 3) объяснительные – тексты о понятийных представлениях говорящего; 4) аргументативные – тексты о концептуальном содержании высказывания говорящего; 5) инструктивные – к примеру, тексты законов. В аспекте данной классификации мы можем рассматривать карикатуру как совокупность сразу нескольких типов текста – нарративного, объяснительного и аргументативного, ибо все характеристики, свойственные, с точки зрения Э. Верлиха, этим видам текста, присущи карикатуре.

Под креолизованными текстами в современной лингвистике понимаются “тексты, фактура которых состоит из двух негомогенных частей: вербальной (языковой, речевой) и невербальной (принадлежащей к другим системам, нежели естественный язык)” (Сорокин, Тарасов, 1990:180-181). Примеры креолизованных текстов: кинотексты, тексты радиовещания, средства наглядной агитации и пропаганды, плакаты, рекламные тексты, комиксы и карикатуры. Следует отметить, что не всякая реклама является креолизованным текстом, так как она обладает специфическим каналом передачи и восприятия информации: только зрительный ряд в печатной рекламе, только звуковой – в радиорекламе, видео- и аудиоряд – в телевизионной (Попова, 1998:114).

На протяжении долгого периода времени лингвистика как наука старательно избегала включать в свою компетенцию едва ли не все невербальные средства, которые сопровождают как устную речь, так и письменный текст. Однако, в последние десятилетия ситуация в корне изменилась, и среди многочисленных лингвистических дисциплин формируется паралингвистика, которая в СЭС (1990:979) определяется, как “раздел языкознания, изучающий звуковые средства, сопровождающие речь; степень громкости, распределения пауз и т.п.; в широком смысле включает в том числе кинесику (особенности мимики и жестикуляцию в процессе общения)”. Представляется, однако, что подобное определение не отражает в полной мере значения, роли, свойств и функций паралингвистики в целом, так как оно полностью исключает письменный текст, на который в определенных видах речевой деятельности приходится гораздо больше информации, чем на устную речь, и насыщенность которого различными авербальными знаками неоспорима.

Рассматривая креолизованный текст с позиций лингвистики текста, Е.Е. Анисимова (1992:71-77) определяет его как ‘’особый лингвовизуальный феномен, текст, в котором вербальный и невербальный компоненты образуют одно визуальное, структурное, смысловое и функционирующее целое, обеспечивающее его комплексное прагматическое воздействие на адресата’’.

В научной литературе прослеживается несколько попыток построения типологий креолизованного текста. Ю.Г. Алексеев (Алексеев, 2002) в своем исследовании сопоставил и проанализировал наиболее известные из них. В качестве базовой автор представляет классификацию Е.Е. Анисимовой (Анисимова, 1994; цит по Алексеев, 2002:22), в которой выделяются три группы:

текст с нулевой креолизацией (где изобразительный компонент не представлен, текст является чисто вербальным);

текст с частичной креолизацией (где вербальная часть относительно автономна, независима от изображения, обладает смысловой самостоятельностью вне соотнесения с изобразительной частью и может существовать без нее, а изобразительная часть выступает в качестве сопровождения вербальной части и является факультативным элементом текста);

текст с полной креолизацией (где вербальная часть не может существовать автономно, независимо от изображения).

Существуют различные виды корреляции буквенного текста и изображения, так Л.В. Головина выделяет три основных типа:

параллельный, при котором содержание текста и рисунка полностью совпадают, перекрывают друг друга;


загрузка...